Судя по запаху, он к нам торопился. Злился, что его пребывания неизвестно где затянулось. Но не совершил ни одной ошибки. Не удлинил этот срок еще больше. 

— Завтра, Маркус. Я не могу. Я сплю, — пробормотала я в могучую шею. 

— Дети подросли. Прямо на все тридцать восемь дней без двух часов. А ты снова похорошела. Хотя это уже невыносимо, Виола. Я влюблен, как молодой сатир. 

Это он прав. Рядом с ним любое древнее существо — молодое и юное. Почему же тогда он так маняще пахнет? Как самый породистый, самый сложно-кристаллический булыжник? Продолжая недоумевать, я рухнула обратно. В теперь уже сладкую и абсолютно довольную темноту. 

***************

Через пару часов, все еще ранним утром, я вышла в смежную со спальней комнату. То есть комнату отдыха, где Беррион могла возиться с малышкой, пока я отдыхала. В центре в большом кресле спал Виттен. Он еще увеличил его под свои габариты.

Рубашка на нем была расстегнута, полы свешивались вниз, а на бронзовой и гладкой, как отполированная гранитная плита, груди дрыхли оба наших ребенка.

Соскучились по папаше, ясно. Маркус, зная, что в эти часы, если меня теребить во сне, я весь день брожу раздражительная, принял их на себя. Они же, все трое, даже дышат хором. Брухлики и гарабрандзот… Нет, обратно замуж все равно не пойду. Пускай помучается. 

Почуяв мой внимательный взгляд, демон открыл глаза и потянулся. В основном ногами вперед, чтобы не разбудить малышню. Вместо зрачков в его очах танцевали знакомые искры-переростки. Ого, уже возбужден. И готов разбираться с этой проблемой немедленно. 

Что же он будет делать? Я рассматривала его, не таясь. Тяжелый подбородок, грешные губы. Внимательные глаза, которые мгновенно выхватывали нужные ему детали. На моем лице, уверена, ничего не отражалось. Однако пульс менялся прямо сейчас, зрачки расширялись, а в горле будто бы завели огромные ходики… Мое дыхание замедлилось. В уголках его губ зазмеилась улыбка. 

В комнату без стука ступила Беррион. А я даже не услышала, как она топала. 

— Ваша Светлость, приветствую под родной кровлей. Правда, ее в ваше отсутствие… немного или много… освежили. А вот зачем создавать портал в полуметре от меня, мешая одеваться приличной женщине. Хорошо, что я уже проснулась и как раз молилась Оругве Камнежуйке…

Маркус четко и при этом тихо произносил каждое слово.

— Да, да. Она несказанно впечатлена, как почтительно ты грызла сахарные брикеты. У меня аж в ушах затрещало… Кстати, о приличных женщинах. Герцогиня у нас ходит почти нагая. В доме каких только строителей за месяц ни перебывало. Нам необходимо обсудить ее моральный облик, то есть неотложные хозяйственные вопросы. Разговор назрел. 

Беррион, не уточняя, где именно у него созрело, осторожно подхватила малышку, а Виттен вслед за ней вынес и малыша. Я закатила глаза. Как Беррион, которая знала его как облупленного, позволяла проворачивать эти фокусы? Да еще смотрела так, словно верила каждому слову. Наверное, теперь он платил ей премии за моей спиной — скачок оклада я бы заметила. 

Пока я решала, занять кресло или подойти к окну, интриган вернулся. Его шаги невозможно было уловить. Поэтому я дернулась, когда две глыбоподобные ладони опустили на плечи. 

— Ты так пожирала меня глазами, малышка. Я вспотел. Но прежде обязан, как порядочный брошенный бывший муж, предложить руку и… Просто руку, дорогая. Могу две. Ты пойдешь за меня, Виола? 

Он бухнулся на колени. Этажом ниже с потолка посыпалась штукатурка. Главное, чтобы светильники из последней партии уцелели. 

Я отрицательно покачала головой. Аргументы, если честно, тут же забыла, потому что он отвел невесомый подол в сторону и принялся по очереди целовать мне лодыжки. 

— А как же свадебный подарок? Я готовил его больше года. Мне помогала Эллис. Сначала и слышать не хотела, а затем втянулась. 

Вот коварный крокодил. Монна всякой ерундой вроде самородков и редчайших украшений заниматься не будет. Да еще вместе с ним.

— Что за подарок? — излишне быстро уточнила я. 

— Сеть медцентров по анализу магического и физического состояние по всей Бездне. Можно обследоваться, получить консультацию по голограммеру и даже попасть на прием к лекарю. На мой взгляд, у нас совершенно избыточное количество категорий, претендующих на страховку. Но Эллис настаивает. Тебя тоже ждем, что присоединишься к обсуждению. Вдруг проявишь заинтересованность. Подарок-то свадебный, а если невеста бегает от тебя почти сорок месяцев…

Аааааа. Ууууууууу. Это же мечта моя. Зачатки системы по охране здоровья. У троллей мне такое при своей жизни не застать, а здесь у нас — в смысле, у них — уже есть ресурсы.

— Сколько центров? Какой объем финансирования, сроки?

Старалась игнорировать, как мужская щетина щекочет мне колени. Ай, щиплет!

— Инвесторов пришлось бы искать долго. Конвей готов открыть пилотные центры в этом полугодии. Но у остальных поселений бюджет урезан… То засуха, то ураган…

— Виттен! 

Он усадил меня на подоконник. И я сама подставила шею для поцелуев. Необходимо узнать подробности. 

— Гусеночек. Если ты скажешь мне «да», то я моментально решу вопрос с деньгами. Количество центров — в зависимости от плотности населения. Ты сможешь сразу войти в правление и вместе с Эллис выносить остальным мозг. Эммм… поможешь учесть различные нюансы, защитить все слои населения. И так далее. 

А далее он перешел на грудь, которая от услышанного вздымалась весьма высоко. Ему даже не нужно было наклоняться. 

…Это тот самый демон, который дрожал над каждой снесенной беседкой в парке. Покушение на свою жизнь он воспринимал куда более благосклонно, чем необходимость расстаться с некоторой суммой в золоте или камнях. 

— Маркус, мне надо подумать. Это все неожиданно. Я…

— Малыш, каждую минуту какой-то страдалец, стеная и вопя, отдает в неизбежность свой последний вздох. Предлагаю не затягивать.

— Ты безжалостен и циничен, Виттен. Я бы не доверила тебе собирать пожертвования даже на открытие пункта раздачи еды…

Его пальцы оказались там, куда и стремились, как только он подобрался ко мне и припер к раме. А это уже рискованно. Я в любой момент могу сильно дернуться. Выбить окно. Куча осколков…

— Маркус, — сдаваясь, простонала я, пытаясь ухватиться за выступы слева и справа.

Он распахнул окно. Закинул мои ноги себе на талию… Шел напролом с такой свирепой уверенностью… Как всегда. 

— Запустим тестовый центр на этой неделе. Марбас готов посодействовать. Ты согласна, Виола?

Я кое-как выдавила из себя «да», которое ничем не отличалось от всхлипа. Демон лишь на секунду прикрыл глаза. Не стал комментировать, только кивнул и оскалился.

— Лучше держись за меня, Виола. На правой стене трещина. Держись, моя бракхарра.

Первый же толчок заставил меня позабыть о том, что я только что позорно капитулировала. Я собиралась обсудить условия, договориться об именах детей… Да просто потомить его еще лет десять. Но его натиск, наглость, мощь… Он подготовился и не оставил ни единой лазейки.

Шхгрр. Как же сладко. Пускай празднует свою победу. Нет ничего такого, в чем он сможет мне отказать… Подоконник под нами поскрипывал с очевидными намерениями. Если сейчас рухнем из окна, третью бригаду садовников я как раз еще не распустила. Они заделают яму на дорожке за два дня.

Вельзевул зарычал в момент, когда стена под рамой все-таки стала разваливаться. Он дернул меня на себя и опрокинулся на спину, на абелундский ковер из черной шерсти.

Успела заметить, как на запястьях, — я ухватила его за плечи мертвой хваткой — снова проявилась руны. Теперь уже яркие и серебряные. Не такие, какими я увидела их в первый раз. Потом меня скрутило в спазм и подбросило куда-то во владения Таргруун. 

Пламя могло пожрать многое. Почти все. Но оно не властно над каменным сердцем, охваченным любовью. Двумя валунами, что бились в унисон.