Деус опустил все подробности относительно созданного мною и Эллис женского общества, помогавшего горемычным, застрявшим в этом пепельно-угольном мире. Часть средств, действительно, принадлежала мне, а другая была взята из бюджета коммуны для ее же финансирования. 

По сути, когда нас вынудили закрыть общество, я продолжила ту же самую деятельность, но уже без новоиспеченной маркизы де Агуэра. Все благотворительные фонды работали абсолютно легально. 

Что же касается демонов и бесов, травмы и переломы которых фиксировало ведомство Набериуса, то, не все эти господа попадали в госпиталь из-за меня. Беррион тогда еще не умела отличать домогательства от легкого флирта и опекала большинство девушек из наших. Однако некоторых рогатых олухов нокаутировала лично я и, разумеется, не жалела об этом. 

— Что же случилось, когда Виолетта встретила герцога? Нет, она не потеряла голову от любви и успешно сопротивлялась его ухаживаниям. В газетах того периода полно заметок о фейерверках, которые Виттен устраивал для возлюбленной. Он организовал дождь из бутонов лилий, а потом — из розовых лепестков. Романтично, не правда ли?... А если открыть письма, то из них ясно, что Его Светлость далеко не сразу раскрыл демоническое имя. О том, что он и есть правитель Вельзевул, девушка узнала почти перед самой свадьбой. Ни о каком расчете с ее стороны речи не шло. Более того, Маркус уверял ее, что прочие две жены значатся таковыми ровно на бумаге — ведь необходимость держать несколько личин была закреплена в его должностной инструкции. Напомню, что Вельзевул — не просто один из правителей. Он герцог по особым поручениям. 

Деус ранее представил суду эти письма, и сейчас Круст голосом, слегка дрожащим от собственной значимости, подтвердил, что они изучены. Кроме того, в суд передали и копию брачного контракта.

— А знаете, какой размер компенсации при разводе полагался третьей супруге правителя? Того самого, что завалил улицы города цветами… Никакой. Он оставлял сумму на свое усмотрение… Содержание для молодой жены? Тоже на усмотрение. При этом все важные решения леди Церингерен теперь согласовывала с супругом. Она и не догадывалась, что к таковым отныне относилась возможность выехать за пределы столицы, принимать гостей и даже те траты, которые она совершала из собственного бюджета. Да и ничего своего у бедняжки не осталось. Виттен не стал объединять свою собственность и ее скромный бизнес, однако технически имел и на него полное право. 

Деус не сказал ничего нового. Все так. Но как же мерзко это звучало. Вводная часть, за которое самое плохое еще только последует. 

— Что мы имеем? Леди Виолетта, небедная девушка с деловой хваткой, с замечательным происхождением, которое по собственным причинам была вынуждена скрывать, вошла в упрощенный брачный союз, то есть не признанный Бездной. Однако обычных в таких случаях гарантий она не получила. Наоборот, ей досталась огромная редкость для нашего мира, верховный демон-многоженец. А в качестве свадебного подарка — обещания, что он расстанется с двумя другими женами, после того, как выполнит свои обязательства… Это рабство, и ничего кроме рабства. Каждый день их брака герцог эксплуатировал ее таланты, практически ничего не предлагая взамен.

Петреус Перт посматривал на меня не то что с сочувствием, а с некоторой укоризной. Лепреконы — известные живчики, которые обращают в прибыль даже сорняки. А тролли у большинства народов и во многих сказаниях считались туп…

Мое самобичевание прервала Веренея, использовавшая право на ремарку: 

— Эксплуатировал — ничем не подкрепленное суждение. В своем слове я докажу, что все было ровно наоборот… Свадебных подарков герцога — огромный список, а обещание расстаться с другими женами адвокат выдумал. Доказательств этому нет. Ему и в голову не приходит, что девушка, находясь в Бездне,  имея подобный выбор свободных мужчин, захотела стать третьей по счету. Но Вельзевул — первый герцог, один из старейших правителей, а у госпожи Виолетты — особенности, которые затрудняли ей поиск супруга. Кстати, троллихи выходят замуж рано, по меркам длины их жизни, — где-то около двадцати пяти. 

Возражения жгли мне язык. Большая часть предметов в списке подарков попали туда, чтобы Маркус мог зарегистрировать ценности в родном мире и не платить за них налог. Я их и в глаза не видела. А насчет брачного возраста… Да, примерно в это время троллиха выбирала себе первого супруга. Этой тощей дылде из патриархального мира бесполезно объяснять, что мужчины у нас недолговечны и затягивать с ними не стоило.

Деус тем временем продолжал. Он расписал, как я управляла столичными активами Маркуса и частью тех, что он держал в этом мире. По словам Дэва, я полностью окупала собственные расходы и, более того, приносила супругу прибыль.

— Виттен с каждым годом считался с женой все меньше. Все последние пять лет она отправляла одно прошение о разводе за другим. Ничего не требовала, ни денег, ни преференций. Только возможность уехать. Эти документы также приобщены к делу. Беременность стала последней каплей. Супруг навещал ее редко. За три года, что она носила их сына, эти визиты можно пересчитать по пальцам. Она была в ужасе, что ее положение только усугубится. Опасалась, что при родах муж переведет всю магию сына на себя и не позволит проявиться материнской половине… Леди Церингерен обратилась за помощью к трем демонам первого круга в обход собственного супруга. Их показания также у вас, Ваша Честь… Учитывая, какая это огромная редкость, ни один из первых древних так и не оставил прямого потомства… Да и у герцога беременные жены умирали на разных стадиях вынашивания… Ей пошли навстречу и поддержали во всем.

Теперь пламя вспыхнуло в обоих треножниках. Зловеще, ярко. Маркус поднялся со своего места и двинулся на меня. 

— Ты могла бы сказать, Виолетта. Хотя бы намекнуть. Я разрывался между чувством к тебе и необходимостью произвести на свет наследника. Делал все, чтобы травмировать как можно меньше. По-твоему, это нормально, если бы я проводил с тобой столько времени, сколько мне хотелось, а потом привел Лючию? Ответь мне! Я берег тебя, как мог. 

Маркус — да, для меня он был им и только им, хотя в натуральном виде, без личин, опять равнялся почти двум Маркусам, — подошел ближе и схватился за разделявшую нас решетку-щит. Я, как только ее увидела, сразу заподозрила, что до этого дойдет. 

Круст замычал что-то нечленораздельное, словно не верил своим глазам. Похоже, по их расчетам, магический заряд должен был уложить герцога, но этого не случилось.

Виттен, вцепившись в прутья двумя руками, без усилий смял их. Отодрал крепления от пола и швырнул конструкцию в сторону судейской кафедры. Причем рассчитал так, что она ровнехонько перелетела ошалевшего Петреуса, подняв букли на судейском парике. 

Лори все-таки вернул себе речь: 

— Технический перерыв. Объявляется. Кгхм. Беспорядки в зале суда.

Остин Аргус, потея от ужаса, тряс колокольчик, зажатый у него в кулаке. Признаков голоса он даже не подавал. И тут до меня дошло. Они испугались не того, что Вельзевул смял щит, как картонку, — просто демона в таком состоянии не остановила бы никакая стража. Никакие надзиратели. 

Это не суд, а гладиаторские бои. Пламя в треножниках полыхало ровно и радостно.

Теперь Вельзевул возвышался напротив нас с Деусом, потому что мы, конечно же, повернулись к нему лицом.

— Я похоронил нескольких жен, иногда вместе с нерожденными. Я знаю, что это такое. Я не мог допустить, чтобы погибла и ты. Даже не думал в ту сторону. Я заботился о тебе… Разве тебе плохо жилось? Со всех сторон окружил безопасностью… Вы, тролли, за пределами своего мира постоянно рискуете. Связываетесь не с теми. Взять эту твою чокнутую золотую подружку… Статистика не на стороне вашей расы. Из десяти взрослых особей в течение десяти лет в иномирье выживает половина. В смысле ноль целых пять десятых тролля. Понимаешь? Со мной ты бы веками не знала бед.