— Трындит как дышит… — неожиданно раздался в воцарившейся тишине восхищенный шепот, чем то напоминающий голос танка, который вывел госпожу Май из задумчивости, но не хмурости.

— Хм… Я слышала, что ты и с императором общался. — призналась она мне и когда я кивнул, вкрадчиво уточнила, — И о чем же вы говорили?

— Да в общем то о том же, о чем с мэтром Домиником и господином Дарусом — что хорошо бы что нибудь сделать с тем, чтобы некромантия «поднялась с колен»… — ответил я полуправдой, — Только, похоже, он на меня особых надежд не возлагал.

Закончил я уже полной правдой.

— А кто еще? — скупо уточнила Май.

— Эээ… Кто еще? — растерянно уточнил я и госпожа Май тут же отмахнулась:

— Не важно. Просто пришлось к слову!

А в моем мозгу запоздало всплыло воспоминание о шустрых молодых людях склонных к суициду и членовредительству, иногда наведывающихся в мой скромный гротик. Правда, по счастью, это не отразилось на моем перекошенном от напряжения лице.

— Император, господин Дарус, мэтр Доминик… — выстраивая всплывшие имена в некий недоступный мне порядок, перечислила себе под нос госпожа Май и подняла взгляд на меня, неожиданно и лучезарно улыбнувшись, — А моя племянница столько о тебе рассказывала! Я уже очень давно не видела, чтобы Люс кем то так интересовалась. Даже решила навестить тебя, когда проезжала мимо и заскочила к своей любимой племяннице.

Я перевел свое перекосившееся лицо в сторону Ужепочтиточнолюсинды и увидел не менее перекосившееся лицо. Собственно нормальным, без изысков и вполне естественным осталось только выражение на лице госпожи Май, а вот остальные в этом домике явно пребывали не в своей тарелке! Некоторые и вовсе на грани обморока.

Но, по-крайней мере, вопрос с оскорблением всяких там Великих семей перестал подыматься, что лично меня очень радовало.

— Ага… Добрая девочка сделала для меня много хорошего. — слегка автоматически признался я. Пережив некоторый шок, а затем и острый приступ вдохновения, я теперь пребывал в немного подавленном состоянии.

— Добрая девочка… И правда. Люс очень добрая! — с готовностью закивала госпожа Май, метко вычленяя из разговора важные и смущающие части, пока молчаливая добрая девочка попеременно заливалась то бледностью, то краской…

Мне в голову тут же попытался предательски вплыть образ из памяти как, тогда еще злая девочка, стояла и смотрела как меня пинали, а возможно и вообще всем руководила, но я не поддался! В присутствии госпожи Май.

— Да. — согласился я и посмотрел на госпожу Май слегка расфокусированным взором. Та еще какое то время пыталась завести непринужденный разговор о чем то расспрашивая меня и наемников — на предмет того как у нас вообще жизнь, успехи, откуда мы и сколько нам платят. Но разговор как то не клеился и отвечали мы довольно односложно, боясь что то спрашивать в ответ, так что госпожа Май вскоре разочарованно отложила пустую чашку чая в руки танка и призналась:

— Напиток у вас, конечно, мерзопакоснейший! Ну, да было бы странно в этой глуши найти что нибудь изысканное… Так что я обязательно пришлю тебе пакетик достойного напитка. — улыбнулась она мне, — Пойдем Люсинда. Покажешь мне остальную часть школы.

Обратилась она к доброй девочке и та с готовностью поднялась.

— Не провожайте нас. — приказала нам госпожа Май, что вышло очень кстати, поскольку мы и не собирались. Лично у меня так и вовсе ноги стали почему то ватными от разговоров с этой женщиной…

После чего ушла, мило беседуя со своей слегка побледневшей, но улыбающейся любимицей.

А мы выдохнули.

— Ты это… лучше не оскорбляй никого из Великих семей. — попросил меня танк, походкой столетнего деда возвращаясь на кухню, — Они люди такие. Злопамятные.

Остальные же наемники и вовсе никак наш разговор не прокомментировали, хотя я заметил, что Лечило выглядел как то получше, чем остальные. Даже чему то ненавязчиво улыбался, как будто увидел нечто прекрасное… Наверное влюбился в тетушку доброй девочки! Уж я в таких вещах кое что понимаю. Что ни говори, а женщина хоть и вызывала некоторые неясные ощущения опасности — как будто ты разговаривал с шипящей и пристально на тебя уставившейся змеей — но была вполне себе симпатичной. Как и сама Люсинда. Кажется у таких людей это называлось «порода»?..

— Тетя… Так ты поняла, кто его у нас перехватил? — спросила Люсинда как только они отошли подальше от общежития некромантов.

— Конечно. — кивнула та с задумчивым видом.

Сдав все экзамены на отлично, Люсинда отправилась домой, чтобы пополнить запас денег и поделиться сведениями о наиболее перспективных кадрах выявленных ей в школе. А также о ситуации в ней в целом. Именно тогда тетя и заинтересовалась необычным поведением своей племянницы, которая вместо обычного хладнокровия вдруг стала вести себя как то… нервно. А затем и вытащила из нее весь рассказ о взаимоотношениях Люсинды и юного некроманта.

На самом деле госпожу Май не особо заинтересовала перспектива приобретения этого паренька для семьи. Она прекрасно понимала и сама, что без книг и учителей даже самый талантливый маг вырастет в нечто… Не особо ценное. И, конечно, о бесплатных рабочих, слугах и солдатах о которых мечтала ее юная племянница, тут и речи не могло идти. Как правильно выразился этот паренек — некромантский мусор и не более того.

Но кое что в рассказе Люсинды ее все же заинтересовало. А именно вызов паренька во дворец, о результатах которого было известно очень мало. И то, что кто то явно начал вкладывать в этот по сути бесполезный актив какие то деньги — госпоже Май очень захотелось узнать в чем тут дело и из-за чего началась вся эта возня? Ведь окажись ситуация иной, чем она ее видела — например, если у какой то из семей вдруг появился бы — в нарушение всех указов прошлого — учебник по некромантии, то вся ситуация приобрела бы совершенно иной оттенок и такую книгу хорошо бы было прибрать себе. И некроманта к ней — возможно даже и вот этого паренька. Хотя и любой другой бы тоже подошел.

Так что госпожа Май все же решила проехаться и присмотреться к тому, что происходило в этой школе магии своими глазами. И то что она увидела… Ставило ее в тупик.

— И кто же это? — не выдержала молчания Люсинда, заставив тетю улыбнуться ее молодости и наивности, — Император? Господин Дарус? Это семья Дарус, так?

Люсинда явно запомнила озвученный ее тетей список.

— А почему ты думаешь, что не император? — улыбнулась госпожа Май.

— Нууу… Потому, что он здесь, а не во дворце. — указала себе за спину Люсинда.

— Правильно. — улыбнулась госпожа Май, — Хоть и частично правильно. Но это и не господин Дарус. Попробуешь и тут угадать?

— Эм… Может быть из-за охраны? Он бы оставил кого нибудь из своей семьи, а не наемников… — протянула Люсинда и задумчиво посмотрела на тетю.

— Пожалуй. Хотя наемники это тоже неплохой вариант, поскольку за ним теперь будут охотиться Чистые, а подставлять под их удар своих было бы… не практично. Но самое главное это то, что эта его халупа построена на минимальную сумму. Если бы в паренька вложилась семья Дарус, то, как минимум, тут была бы нормальная дорога.

Поморщилась госпожа Май, вспоминая, когда она последний раз вот так ходила по бездорожью. Получалось что в далеком детстве — когда бегала по парку. И трава там была подстрижена, а не как тут…

— Значит это мэтр?.. — задумчиво протянула Люсинда.

— Очень похоже на этого скупердяя, но вряд ли. — нахмурилась госпожа Май, — Перед тем как придти к тебе, я наведалась к нему. Выразить свое уважение от имени семьи. И он мне сделал пару намеков из которых я поняла, что он считает, что это мы построили для паренька этот коровник.

Поморщилась госпожа Май, вспоминая свой визит к мэтру и, особенно, его отвратительный чай.

— Тогда кто же?.. — удивилась Люсинда.

— Вот и я об этом подумала. — задумчиво проговорила госпожа Май.

В процессе разговора она еще раз подтвердила, что паренек был довольно умным, но не особо ценным. Разве что как объект для всяких мошеннических схем с выкачиванием денег из государства в каковом виде его явно использовали известный ей господин Дарус и теперь кристально понятный для нее мэтр Доминик. Тогда откуда он взял деньги на дом и охрану? Причем так, что некий меценат проскользнул и мимо внимания ее племянницы, что было вполне возможно и так и не всплыл в разговоре, когда госпожа Май попробовала немного на паренька надавить? Чисто из вредности и желания пошалить, прямо скажем.