На миг студент замялся, его глаза метнулись в сторону, словно он проверял, не слышит ли нас кто-то ещё.

— Говорю же, молния. В грозу всякое бывает, — повторил он с нажимом. — А вы почему спрашиваете?

Я бы ещё поверила, если бы эти камни выглядели, как после удара — с трещинами, обломками, хаосом. Но передо мной зияло нутро флигеля, и оно словно вытекло изнутри. Пятый этаж плавно перетёк в четвёртый, а затем в третий, пока всё не слежалось в бесформенную груду. И это точно не походило на «сорванную крышу».

Парень поспешил откланяться, а я осталась стоять, не в силах отвести глаз от обугленных стен.

Каэр. Конечно, это был он.

— Девушка! — раздался хриплый оклик.

Я обернулась — ко мне семенил седой сторож с густыми бровями и связкой ключей на поясе. Его глаза недобро блеснули.

— Здесь посторонним нечего делать, — сказал он, подойдя ближе. — Убирайтесь, пока неприятностей не нажили.

— Я просто спросила, что случилось, — оправдалась я, чувствуя, как щеки заливает жар. — Вон тот студент сказал, что крыша сорвалась, но... ведь это не похоже на…

— Вам же сказали, что молния, — буркнул сторож, но вдруг прищурился и резко рявкнул:

— А ну-ка, документы предъяви!

Я застыла.

— Зачем это? Я просто гуляла…

— Документы! — настаивал он. — У нас тут не проходной двор!

Я попыталась состроить наивное лицо, пожаловала плечами:

— Но ведь ворота открыты, доступ-то публичный… Да зачем вам мои бумаги? Я же ничего не сделала…

— Ещё и спорит, — в голосе зазвенело раздражение. — Сейчас полицию позову — они быстро проверят, кто ты такая.

Я сжала зубы. Ну вот, дошутилась. Медлить уже не имело смысла.

— Ир'на Черна, — выдохнула я, стараясь не смотреть ему в глаза. — Жена тал Вэла.

Сторож поморщился, будто я вслух произнесла проклятие.

— Так бы сразу и сказала, — пробурчал он и зло сплюнул в сторону. — Эх, знал бы, не стал бы связываться… Ладно, в бездну полицию, топай лучше домой. И чтобы я тебя тут больше не видел!

Я кивнула, быстро отступая назад. И только когда оказалась за углом, позволила себе выдохнуть:

Ну вот, тал Вэл, спасибо… с тобой меня уже узнают и выгоняют ещё до того, как успеваю по-настоящему вляпаться.

Я шла по каменной мостовой, стараясь дышать ровно. Слова сторожа никак не выходили из головы.

Жена тал Вэла.

Это определение уже не просто скрипело на зубах — оно вдруг стало обузой. Слишком легко его узнавали, слишком быстро за этим именем появлялся страх и неприязнь. И теперь мне предстояло жить так? С чужой фамилией, которая вместо двери открывала разве что путь к подозрительным взглядам.

Безопаснее, конечно,

— признала я сама себе. Полицию сторож звать не стал, и то благо. Но безопаснее — не значит приятнее. Особенно если каждый встречный будет смотреть так, будто я добровольно связала свою жизнь с монстром, что плавит стены и жжёт сараи.

Я сжала ладонь в кулак и заставила себя сосредоточиться на главной цели. Механик. Нужно разобраться с этим чудовищным паровым самоходом, иначе в поместье я буду пленницей, отрезанной от всего города.

— Мисс! — окликнул меня какой-то делец, у которого я, видно, слишком долго изучала список услуг. — Что за мастера ищете?

— По самоходкам… не самым типичным.

— Так это вам вниз по улице, потом налево. Там мастерские Фтодопсиса. Они в любых механизмах толк знают, лучше не найдёшь.

Я вздрогнула. Фамилия ударила по нервам, как звон пустого колокола. Я едва не осыпала торговца проклятьями, но язык не повернулся.

Мастерские Телека. Да уж, «лучше не найдёшь» — сомневаюсь. Туда, конечно, шагнешь — и окажешься в его сети, будто муха на паутине. Он ведь улыбнётся своей хитрой улыбочкой, распахнёт двери — и будет ждать, пока я сама признаюсь, зачем пришла.

Нет. Хватит с меня его любезностей. Уж на сегодня точно, и так передоз Телека.

Я покачала головой и пошла в противоположную сторону. Город был шумным, уличные голоса перебивали друг друга, запахи дыма и пряной выпечки мешались в воздухе, а я ловила на себе новые взгляды. Люди привыкли всё знать, и фамилия тал Вэл в их воображении наверняка уже приросла ко мне намертво.

Найду кого-нибудь другого. Пусть даже не самого лучшего механика — главное, не из его своры.

И я двинулась дальше, в поисках вывески попроще, какой-нибудь лавки без громкой фамилии на фасаде, где мастера чинят чайники, а не строят интриги.

шла по узким улочкам, всматриваясь в вывески и двери, и наконец наткнулась на неприметную мастерскую с выцветшей деревянной табличкой:

«Механика и паровые устройства — Мартин Грант»

Внутри пахло маслом, железом и горячим паром. Мужчина средних лет, с грязными руками и внимательным взглядом, поднял на меня глаза.

— Так, значит, нужно разобраться с агрегатом? — спросил он, вытирая ладонь о замасленное полотенце. — Покажете, что у вас за зверь?

Я вздохнула: не было ничего, кроме смутного представления о странной громоздкой машине в поместье, которую я сама не понимала и не умела управлять.

— Там… он вроде как должен двигаться, — сказала я. — Но я не уверена, работает ли он, и уж тем более как им управлять.

Мартин склонился и внимательно слушал.

— А, ясно. Ничего страшного, — сказал он. — Могу подъехать к вам в поместье, глянуть на него своими глазами. Придётся подождать пару часов — у меня ещё несколько дел.

Я облегчённо выдохнула. Наконец кто-то, кто не пытается меня запугать, не ставит под сомнение мою квалификацию и не строит интриг.

— Отлично, я подожду, — кивнула я. — Спасибо.

Внутри щёлкнуло чувство: хоть ненадолго я могла отвлечься от мыслей о Каэре и всех этих бюрократических и магических странностях.

Через пару часов под начинающимся дождём мы подъехали к поместью. Каэра не было видно — он, видимо, торчал у себя в лаборатории, и мы с Мартином проследовали прямо в гараж.

— Честно говоря, такого я ещё никогда не видел, — пробормотал он, глядя на громоздкую самоходку. — Но… кажется, нашёл, как её завести и аккуратно выпарковать.

Я выдохнула с облегчением. Машина стояла там, словно огромный металлический зверь, с трубами, клапанами и странными рычагами, и казалось невероятным, что кто-то может управлять этим без навыка. Механик уверенно настраивал устройство, а я наблюдала, ловя каждый его жест.

— Ну что, — сказал он, надевая кепку, — если всё пройдёт гладко, через пару минут она будет готова к движению.

Механик завершил подготовку и шагнул в сторону, давая мне возможность попробовать. Я села за рычаги, слегка дрожа. Сердце колотилось — на этот раз ответственность лежала только на мне.

— Попробуйте аккуратно, — посоветовал Мартин. — Главное — плавно управлять паровой тягой и не давать излишнего давления.

Я вдохнула, нащупала рычаги, и, к моему удивлению, агрегат завёлся! Гул парового двигателя, дрожь металла под руками, и самоходка слегка двинулась вперед. Я едва сдерживала улыбку — получилось!

В этот момент в гараж ворвался Каэр. Лицо его было как камень, а глаза блестели от злости.

— Что тут творится? — прохрипел он. — Что этот человек здесь делает?

— Он показывает мне, как управлять самоходкой, — объяснила я, стараясь не смущаться. — Вы же сами сказали, что могу вести её…

Каэр сжал кулаки:

— Потому что вы сказали, что умеете, — его голос был ледяным. — Чужих мужчин звать вас в дом не просил!

— А как же прислуга? — удивилась я. — Или мне на все посты искать только женщин?

— Это другое, — прошипел он, — да и прислугу вашу я тоже сперва буду должен одобрить, а этого вы без спроса привели!

Механик отступил, чуть ошарашенный. Неужели Каэр ревновал? Как ещё можно было расценивать подобный выпад?

— Я буду ждать снаружи, — охая, пробормотал механик.

— Не ждите, — отозвался Каэр, — убирайтесь к своему хозяину, да поскорее!

Я вздохнула, чувствуя не только раздражение, но и облегчение и радость одновременно. Как же права я была, что заранее рассчиталась с механиком — Мартин получил свои деньги ещё перед уроком и теперь мог спокойно откланяться, не дожидаясь окончания спектакля.