Подобные слова вовсе не обрадовали остальных адептов Ордена Гу Су Лань. Лань Ци Жэнь бросил взгляд на Су Шэ, однако ничего не ответил. Зато другой старший приглашенный заклинатель высокого ранга недовольно воскликнул: «Су Минь Шань, пускай ты больше не относишься к Ордену Гу Су Лань, тебе следует быть осторожнее в речах!»
Тут же вперед вышел один из адептов Ордена Мо Лин Су: «Наш Глава давно покинул Орден Гу Су Лань, какое вы имеете право говорить с ним подобным тоном?»
Лань Цзин И давно затаил обиду на Орден Мо Лин Су и сейчас громко выкрикнул: «Положение, которое сейчас занимает ваш Глава Ордена, досталось ему лишь потому, что когда-то он получил наставления в Гу Су! Теперь кусает руку, которая его кормила, так с какой стати нам нельзя ничего о нем говорить?»
В пещере Фу Мо две группы людей принялись обмениваться гневными взглядами и колкими замечаниями. Среди адептов Ордена Мо Лин Су вновь кто-то произнес: «В Ордене Гу Су Лань тьма адептов, но неужели каждый может взять и основать свой клан? Не слишком ли многое вы мните о себе?»
Кто-то со стороны Ордена Гу Су Лань не остался в долгу: «Это кто из нас мнит о себе слишком многое? Интересно, кто же тогда сыграл мелодию усмирения мертвых с огрехами и даже не заметил, что ошибся?»
После этой фразы в душе Вэй У Сяня сверкнул проблеск истины!
Он произнес: «Дело не в пище и не в свойствах местности!»
Остальные удивленно воззрились на него, а Вэй У Сянь продолжил: «Вы забыли еще кое-что. После того, как вы поднялись на гору, каждый из вас делал еще одну вещь».
Лань Сы Чжуй спросил: «И что же это?»
Вэй У Сянь: «Вы сражались с мертвецами».
Оуян Цзы Чжэнь решил вставить реплику: «Ага, неужели точно так же, как в городе И, в телах ходячих мертвецов было спрятано что-то вроде ядовитого порошка?! Отец, когда вы сражались с мертвецами, из их тел не просыпался порошок необычного цвета?»
Глава клана Оуян ответил: «Не было никакого порошка, не было!»
Оуян Цзы Чжэнь не унимался: «Тогда… возможно, жидкость?»
Цзян Чэн холодно произнес: «Довольно. Если бы во время уничтожения мертвецов их тела сочились странной жидкостью или сыпали порошком, мы бы наверняка обнаружили подобную странность».
Оуян Цзы Чжэнь, уж было решивший, что ухватился за нить к разгадке, немедленно покраснел и растерянно почесал затылок. Его отец поспешно притянул к себе излишне разволновавшегося сына и усадил рядом. Вэй У Сянь произнес: «Случившееся действительно связано с уничтожением ходячих мертвецов. Однако проблема не в самих мертвецах, а в тех, кто их уничтожал».
Он повернулся к Лань Ци Жэню. «Учитель Лань, я бы хотел задать вам один вопрос».
Лань Ци Жэнь бросил взгляд на Лань Ван Цзи и бесстрастно ответил: «Что это за вопрос, на который ты ищешь ответа не у него, а у меня?»
Лань Ци Жэнь, будучи закостенелым консерватором, глупцом все же не являлся. Он тоже заподозрил странность и лишь поэтому терпеливо слушал Вэй У Сяня так долго, пускай и с лицом мрачнее тучи. Вэй У Сянь в юности испытал на себе недовольство Лань Ци Жэня, а впоследствии и недовольство бесчисленного множества других людей, поэтому давно перестал обращать на это внимания. Подумав о том, что это дядя Лань Ван Цзи, который растил его с малых лет, Вэй У Сянь решил, что обижаться на его слова не стоит, поэтому лишь потер подбородок и усмехнулся. «Я просто боялся, что если стану задавать ему слишком много вопросов на ваших глазах, вы рассердитесь. Но раз уж вы сами разрешили мне, я спрошу его. Лань Чжань?»
Лань Ван Цзи: «Мгм».
Вэй У Сянь: «Орден Мо Лин Су — это клан, который когда-то отделился от Ордена Гу Су Лань, верно?»
Лань Ван Цзи: «Мгм».
Вэй У Сянь: «Но даже несмотря на отделение, все же сильнейшие техники были «заимствованы» у Ордена Гу Су Лань, это так?»
Лань Ван Цзи: «Мгм».
Вэй У Сянь: «Одна из секретных техник Ордена Гу Су Лань, Песнь Подавления, изгоняет нечисть и усмиряет мертвых. Наилучшего результата можно достичь, исполняя эту мелодию на семиструнном гуцине, поэтому большинство адептов изучают именно игру на цине. Орден Мо Лин Су копирует вас во всем, а значит среди них также наибольшее число адептов играют на гуцине, я прав?»
Лань Ван Цзи: «Прав».
Вэй У Сянь: «Несмотря на то, что Глава Ордена Мо Лин Су покинул Орден Гу Су Лань, забрал с собой все техники и основал свой клан, его собственное искусство игры на гуцине все же далеко от совершенства, и адепты, которых он обучил, иногда допускают ошибки в исполнении мелодий, так или нет?»
Лань Ван Цзи честно ответил: «Так».
Вэй У Сянь и Лань Ван Цзи обменивались репликами, один задавал вопрос, другой отвечал, словно рядом не было никого. При этом все больше становилось тех, кто постепенно осознавал — они не просто насмехаются над Су Шэ, а тщательно вытягивают нить расследования, и потому люди слушали все внимательнее.
Тем временем Вэй У Сянь неторопливо произнес: «Иными словами, даже во время сражения с мертвецами на горе Луань Цзан, один из отрывков боевой мелодии, которую играли адепты Ордена Мо Лин Су, был неверным. Но адептам Ордена Гу Су Лань это не показалось странным, ведь они привычно решили, что проблема в ужасной технике игры, а может кто-то просто неправильно заучил ноты. И никто даже не стал раздумывать, была ошибка случайной или все же умышленной, так?»
Стоило прозвучать последнему вопросу, зрачки Су Шэ резко сузились, а на руке, сжимающей рукоять меча, вздулись вены. Даже лезвие бесшумно показалось наружу на пол-цуня. Лань Ван Цзи же поднял глаза, и они с Вэй У Сянем увидели во взгляде друг друга почти незаметное для остальных понимание.
Лань Ван Цзи произнес, чеканя каждое слово: «Все. Именно. Так».
Су Шэ резко выдернул из ножен сияющий меч, но Вэй У Сянь отбил лезвие всего двумя пальцами и с улыбкой произнес: «Что ты делаешь? Не забывай, что ты лишен духовной силы, твои угрозы в мою сторону бессмысленны».
Су Шэ, выставив меч перед собой, не атаковал больше, но и убирать оружие в ножны не торопился. Он прошипел сквозь сжатые зубы: «Для чего вы все время приплетаете меня в свой разговор? Что за завуалированные нападки?»
Вэй У Сянь ответил: «Может, все дело в том, что мои рассуждения слишком размыты, и потому тебе они кажутся завуалированными нападками? В таком случае, я выражусь яснее, так и быть. Все те, кто лишился духовной силы, совершали одно и то же действие. Какое? Сражались с мертвецами. Во время сражения Глава Ордена Мо Лин Су поднимался на гору вместе со всеми. Он притворился, что играет мелодию усмирения мертвых, но на самом деле незаметно для всех изменил отрывок боевой мелодии на другой, который как раз может заставить духовные силы заклинателя временно исчезнуть. Пока вы все были заняты кровопролитным сражением, он делал вид, что бьется с вами плечом к плечу, а на самом деле тайно исполнял коварный замысел…»
Су Шэ закричал: «Наглая, грязная клевета!»
Вэй У Сянь продолжал: «Здесь присутствует немало заклинателей Ордена Гу Су Лань, совершенствующих искусство игры на гуцине. Когда вы поднимались на гору, замечали ли ошибки в боевой мелодии адептов Ордена Мо Лин Су?»
Адепты Ордена Гу Су Лань, играющие на гуцине, имели право ответить на этот вопрос, как никто другой. Немедленно раздались их голоса: «Все так и было!»
Вэй У Сянь добавил: «Глава Ордена Су, вы прекрасно знали, что многие адепты Ордена Гу Су Лань относятся к вам и Ордену Мо Лин Су с презрением, и решили воспользоваться этим. Темные мелодии могут навредить человеку, но чтобы этого добиться, духовные силы исполнителя должны достигать определенного уровня. В одиночку вы, разумеется, не сумели бы сыграть мелодию настолько мощную, чтобы более тысячи заклинателей лишились духовных сил. Поэтому вы привели с собой всех адептов Ордена Мо Лин Су, которые совершенствуют музыкальное искусство, чтобы они играли вместе с вами! Из всех присутствующих заклинателей лишь адепты Ордена Гу Су Лань могли услышать ошибки в мелодии. Но поскольку они не желают якшаться с вами, то даже если и заметили неправильное исполнение, просто списали это на недостаток техники, которую вы передали и вашим ученикам!»