Вэй У Сянь серьезно сказал Вэнь Цюн Линю: «Я пойду на соревнования. Ты сможешь посмотреть, как я стреляю…»
Терпение Цзян Чэна лопнуло, и он потащил Вэй У Сяня прочь. «Посмотреть, как ты стреляешь? Ты что, думаешь, будто ты пример для подражания или что?»
Вэй У Сянь на мгновение задумался, а потом ответил: «Ага. Разве нет?»
«Вэй У Сянь! Никого более бесстыжего я в жизни не встречал!»
***
Вспомнив этот случай, Вэй У Сянь перевел взгляд с Вэнь Нина на вымазанного в крови Цзян Чэна, лежавшего с закрытыми глазами. Его руки сами собой сжались в кулаки.
Сначала они плыли вниз по реке. Когда лодка пристала к берегу, они поехали в заранее подготовленной Вэнь Нином повозке. На второй день они прибыли в И Лин.
Примечания:
Джонка — традиционное китайское парусное судно для плавания по рекам и вблизи морского побережья.
Маньтоу — приготовленная на пару пресная булочка, традиционная китайская выпечка.
Глава 60. Три Яда. Часть пятая.
Вэнь Нин призвал несколько десятков адептов и лично защищал путников в дороге, пока они не добрались до огромной красивой усадьбы. Он прокрался внутрь через черный ход и провел Вэй У Сяня в маленькую комнату.
Едва Вэнь Нин, не успев перевести дыхание, отвернулся и затворил дверь, Вэй У Сянь вновь схватил его за горло и приглушенно спросил: «Что это за место?!»
Пускай Вэнь Нин и спас его, Вэй у Сянь все равно не мог окончательно довериться человеку из Ордена Ци Шань Вэнь, ему приходилось все время сохранять бдительность. Ранее, ведомые Вэнь Нином, они миновали множество комнат, в которых большинство людей разговаривали с акцентом Ци Шань. Вэй У Сянь прислушался к обрывкам разговоров, что долетали до него, и разобрал слова «надзирательный пункт».
Вэнь Нин торопливо замахал руками: «Нет… я…»
Вэй У Сянь прошипел: «Что значит “нет”? Разве это не надзирательный пункт в И Лин? Земли какого несчастного ордена вы захватили на этот раз? Зачем ты притащил нас сюда?»
Вэнь Нин попытался объяснить: «Молодой господин Вэй, п-послушайте меня. Это надзирательный пункт, но… но у меня и правда в мыслях не было причинить вам вред. Если бы мне этого хотелось, я бы нарушил свое слово еще вчера, в Пристани Лотоса. Мне… мне бы не пришлось вести вас сюда».
Не расслабляясь ни на секунду, Вэй У Сянь, подобно пружине, готов был среагировать в любой момент, голова его шла кругом. Даже после этих слов он все равно не мог полностью поверить Вэнь Нину. А тот продолжил: «Да, это надзирательный пункт, но это и единственное безопасное место, где клан Вэнь не станет вас искать. Вы можете остаться здесь сколько угодно, но вас никто не должен увидеть…»
Помедлив, Вэй У Сянь все же отпустил его. Он тихо поблагодарил Вэнь Нина, извинился, а потом переложил Цзян Чэна на лежанку.
Неожиданно входная дверь распахнулась, после чего послышался женский голос: «Тебя-то я и искала! Объясни-ка мне, что…»
Стоило Вэнь Нину предупредить, чтобы они никому не показывались на глаза, как юношей тут же раскрыли!
Вэй У Сянь похолодел. Вовремя сориентировавшись, он закрыл лежанку собой. Вэнь Нин же испугался так сильно, что не мог вымолвить ни слова.
Они вдвоем застыли, глядя на стоявшую в дверях женщину. Вернее сказать, девушку. У нее была смуглая кожа, а лицо, хоть и имело миловидные черты, выражало крайнее высокомерие. Солнце на ее одеждах полыхало красным, словно языки настоящего пламени, пляшущие по рукавам и вороту.
Она занимала невероятно высокий статус, такой же, как у Вэнь Чжао!
Несколько секунд все трое стояли неподвижно, но тут с улицы послышались торопливые шаги. Вэй У Сянь собрал смелость в кулак и приготовился напасть, но девушка, опередив его, быстро вышла наружу и захлопнула дверь.
Снаружи послышался голос: «Глава надзирательного пункта Вэнь, что случилось?»
Девушка равнодушно ответила: «Ничего не случилось. Мой брат вернулся и снова нехорошо себя чувствует — не будите его. Идем. Можем поговорить на ходу».
Люди снаружи ответили согласием и последовали за ней. Вэнь Нин облегченно выдохнул и объяснил Вэй У Сяню: «Это… это моя старшая сестра».
Вэй У Сянь недоуменно спросил: «Вэнь Цин — твоя старшая сестра?»
Вэнь Нин несколько смущенно кивнул: «Моя сестра. Она очень сильная».
И это было правдой.
Вэнь Цин считалась прославленным заклинателем ордена Ци Шань Вэнь. Она приходилась племянницей главе Ордена Вэнь Жо Ханю, будучи дочерью одного из его двоюродных братьев. Родство их было весьма отдаленным, и все же Вэнь Жо Хань поддерживал близкие отношения со своим братом. К тому же Вэнь Цин обладала исключительными способностями к гуманитарным наукам и изучала медицину. Вэнь Жо Хань благоволил талантливой девушке. Вэнь Цин часто сопровождала его на приемах Ордена Ци Шань Вэнь, отчего ее лицо и показалось Вэй У Сяню знакомым. Ко всему прочему, она была красавицей. До Вэй У Сяня доходили слухи, что у Вэнь Цин есть то ли старший, то ли младший брат, однако, верно, из-за того, что способности этого брата не шли ни в какое сравнение с ее собственной силой, обсуждали его крайне редко.
Вэй У Сянь воскликнул: «Так ты и правда младший брат Вэнь Цин?»
Вэнь Нин решил, что Вэй У Сянь удивился наличию у столь выдающейся и известной сестры такого заурядного брата. Он признал: «Да. Моя сестра действительно хороша. А я… я — ни на что не годен».
Вэй У Сянь поспешил ответить: «Нет-нет. Ты тоже действительно хорош. Меня удивило то, что твоя сестра — Вэнь Цин, глава надзирательного пункта, а ты осмелился привести нас сюда…»
Вдруг на лежанке пошевелился Цзян Чэн. Он слегка нахмурился. Вэй У Сянь тут же обернулся к нему: «Цзян Чэн?!»
Вэнь Нин заторопился: «Он очнулся. Ему нужно принять лекарство, пойду приготовлю снадобье».
Выйдя, он закрыл за собой дверь.
После долгого беспамятства Цзян Чэн, наконец, пришел в сознание. Вэй У Сянь сначала очень обрадовался, но вскоре понял, что радость эта была преждевременной.
Выражение лица Цзян Чэна было довольно странным. Спокойное, даже слишком.
Он неотрывно смотрел в потолок, словно его совершенно не волновало, что происходит и куда он попал.
Вэй У Сянь никак не ожидал подобной реакции от Цзян Чэна. Печаль, счастье, гнев, удивление — ничего этого не было. Сердце его екнуло. «Цзян Чэн, ты можешь видеть? А слышать? Ты меня узнаешь?»
Цзян Чэн мельком взглянул на него и ничего не сказал. Когда Вэй У Сянь задал еще несколько вопросов, Цзян Чэн все-таки сел, опираясь на руку. Посмотрев на пересекающий его грудь след от кнута, он холодно усмехнулся.
Позорную отметину от дисциплинарного кнута было невозможно свести. Вэй У Сянь попытался утешить Цзян Чэна: «Не смотри на него. Наверняка есть способ избавиться от шрама».
Цзян Чэн отвесил ему пощечину. Удар был таким слабым, таким бессильным, что Вэй У Сянь даже не вздрогнул, но все же произнес: «Бей. Что угодно, лишь бы тебе стало лучше».
Цзян Чэн спросил: «Ты ее почувствовал?»
Вэй У Сянь помедлил. «Что? Что почувствовал?»
Цзян Чэн ответил: «Ты почувствовал мою духовную силу?»
Вэй У Сянь удивился: «Какую духовную силу? Ты никакой духовной силы не использовал».
Цзян Чэн тихо произнес: «Использовал».
Недоумение Вэй У Сяня стало еще сильнее: «Да что ты такое… говоришь вообще?»
Цзян Чэн повторил, чеканя каждое слово: «Я сказал, что использовал. Когда ударил тебя, я использовал всю свою духовную силу. И спрашиваю: ты хоть что-нибудь почувствовал?»
Вэй У Сянь молча смотрел на него. А чуть погодя сказал: «А ну, ударь еще раз».
Цзян Чэн покачал головой: «Нет нужды. Сколько бы я тебя ни бил, результат будет тот же. Вэй У Сянь, ты знаешь, почему Сжигающего Ядра так называют?»
Сердце Вэй У Сяня тяжелым камнем ухнуло вниз.
Не дожидаясь ответа, Цзян Чэн продолжил: «Потому что он своими руками разрушает золотое ядро, после чего тебе уже ни за что не удастся создать его вновь. Твоя духовная сила рассеивается, ты становишься обычным человеком. А обычный человек, происходящий из ордена заклинателей, — это всего лишь калека. Всю свою жизнь ты посвятишь суетным делам. Можно сразу отбросить любые мечты о том, чтобы снова забраться на вершину. Вэнь Чжу Лю сначала сжег золотые ядра матери и отца, чтобы они не могли сопротивляться, а затем убил их».