Вэй У Сянь не стал отвечать на приветствие и заявил прямо: «Нет нужды. Приглашения не имеется». Затем легко кивнул в сторону Цзинь Цзы Сюня со словами: «Молодой господин Цзинь, можно вас на пару слов?»
Цзинь Цзы Сюнь ответил: «Если у вас есть какие-то вопросы, мы можем обсудить их после завершения торжественного приема».
На самом же деле он вовсе не собирался беседовать с Вэй У Сянем, который прекрасно это понял, но все же спросил: «Сколько придется ждать?»
Цзинь Цзы Сюнь ответил: «Шесть-восемь часов. А может и десять-двенадцать. Сказать трудно. Или же до завтра».
Вэй У Сянь возразил: «Боюсь, я не могу ждать столь долго».
Цзинь Цзы Сюнь надменно произнес: «Не можете, а придется».
Вмешался Цзинь Гуан Яо: «Хотелось бы узнать, по какому вопросу молодой господин Вэй обращается к Цзы Сюню? Это настолько срочно?»
Вэй У Сянь ответил: «Не терпит ни минуты промедления».
Цзинь Цзы Сюнь снова повернулся к Лань Си Чэню с поднятой чаркой в руке. «Глава Ордена Лань, ну же, давайте, вы еще не выпили свою чарку!»
Во взгляде Вэй У Сяня промелькнули черные всполохи. Он понял, что Цзинь Цзы Сюнь лишь тянет время, и потому сощурился, приподнял уголок рта и произнес: «Отлично. Тогда я скажу прямо здесь. Прошу, ответьте, молодой господин Цзинь, известен ли вам человек по имени Вэнь Нин?»
Цзинь Цзы Сюнь переспросил: «Вэнь Нин? Нет».
Вэй У Сянь продолжил: «Вы наверняка должны его помнить. В прошлом месяце вы охотились близ Гань Цюань, и в погоне за восьмикрылым Царем Летучих Мышей оказались в месте обитания остатков клана Вэнь. Или лучше сказать, в месте их заточения. И увели оттуда группу адептов клана Вэнь, лидером среди которых являлся именно он».
После Аннигиляции Солнца и уничтожения Ордена Ци Шань Вэнь их разросшиеся во все стороны владения поделили между собой другие кланы. Местность Гань Цюань досталась Ордену Лань Лин Цзинь. Что до остатков клана Вэнь, их согнали в местечко в Ци Шань, по размеру в тысячу раз меньше изначальных территорий, дабы люди ютились здесь, доживая последние дни.
Цзинь Цзы Сюнь ответил: «Я сказал — не помню, значит, не помню, мне не настолько нечем занять себя, чтобы тратить силы на запоминание имени какого-то пса из клана Вэнь».
Вэй У Сянь произнес: «Хорошо, мне не составит труда рассказать подробнее. Вы не смогли изловить Царя Летучих Мышей, но весьма удачно наткнулись на адептов клана Вэнь, которые вышли к вам узнать, что происходит. Тогда вы стали заставлять их прикрепить на спины талисманы привлечения нечисти и стать вашей наживкой. Они побоялись пойти на подобное. На переговоры с вами вышел заикающийся юноша, Вэнь Нин, о котором я упомянул ранее. Пока суд да дело, Царь Летучих Мышей скрылся, а вы избили тех адептов клана Вэнь и силой увели с собой. Теперь их местонахождение неизвестно. Стоит ли мне объяснять еще подробнее? Они до сих пор не возвратились домой, и я не знаю, кого еще следует спрашивать об этом, кроме вас».
Цзинь Цзы Сюнь вспылил: «Вэй У Сянь, что ты хочешь этим сказать? Пришел ко мне, чтобы их найти? Неужели хочешь вступиться за псов из клана Вэнь?»
Вэй У Сянь с улыбкой до ушей ответил: «Тебе какое дело, собираюсь я вступиться или казнить их? Отвечай, где они, немедленно!»
Последняя фраза стерла улыбку с его лица, голос сделался ледяным. Очевидно, Вэй У Сянь потерял терпение. Множество заклинателей в Зале Несравненной Изящности содрогнулись от страха, да и Цзинь Цзы Сюнь ощутил, как зашевелились волосы на голове. Однако страх немедленно смыло волной гнева, Цзинь Цзы Сюнь выкрикнул: «Вэй У Сянь, ты совсем распоясался! Разве на сегодняшний прием Орден Лань Лин Цзинь тебя приглашал? А теперь ты смеешь стоять здесь и упиваться своей наглостью? Думаешь, что тебе все позволено и никто не смеет тебе перечить? Собрался перевернуть Небеса?»
Вэй У Сянь в ответ рассмеялся: «Это ты себя-то с небесами сравнил? Прости за прямоту, но это и есть наглость чистой воды».
Цзинь Цзы Сюнь действительно уже давно считал Орден Лань Лин Цзинь новыми Небесами мира заклинателей, однако сейчас и сам прекрасно понял, что сказал лишнего. Со слегка покрасневшим лицом он вознамерился громко дать отпор Вэй У Сяню, когда с почетного места раздался голос Цзинь Гуан Шаня.
Он, посмеявшись, произнес: «Разве это дело настолько серьезное, чтобы молодые люди понапрасну ссорились? И все же, молодой господин Вэй, рассуждая справедливо, вам действительно не следовало врываться на частный прием, устроенный Орденом Лань Лин Цзинь».
Сказать, что Цзинь Гуан Шань позабыл о случившемся на горе Бай Фэн, было бы невозможно. Именно поэтому он все это время спокойно смотрел на то, как Цзинь Цзы Сюнь задирает Вэй У Сяня, и не собирался его останавливать. Лишь когда Цзинь Цзы Сюнь оказался в невыгодном положении, Глава Ордена вмешался.
Вэй У Сянь кивнул ему и ответил: «Глава Ордена Цзинь, я не хотел помешать вашему частному приему, прошу меня извинить. И все же. Сейчас не известно ни местонахождение тех людей, которых увел молодой господин Цзинь, ни живы ли они вообще. Каждая секунда промедления может стать роковой. Одному из тех людей я обязан жизнью, поэтому ни в коем случае не могу остаться в стороне. Надеюсь на ваше великодушие. В будущем готов загладить свою вину».
Цзинь Гуан Шань не уступал: «Любое дело может немного подождать. Прошу, вначале присядьте, мы спокойно все обсудим».
Цзинь Гуан Яо уже давно незаметно приготовил еще одно место для гостя. Вэй У Сянь ответил: «Вы слишком любезны, Глава Ордена Цзинь. Но я не могу задержаться. Дело не терпит отлагательств. Прошу вас выполнить мою просьбу как можно скорее».
Цзинь Гуан Шань продолжал: «Не спешите. Если поразмыслить как следует, мы с вами еще не разрешили некоторые вопросы, также не терпящие отлагательств. Раз уж вы явились сюда, давайте не станем упускать прекрасную возможность разрешить все проблемы сразу. Как вы на это смотрите?»
Вэй У Сянь приподнял бровь. «Что еще мы не разрешили?»
Цзинь Гуан Шань объяснил: «Молодой господин Вэй, мы ведь уже касались этого вопроса в разговоре с вами, и не раз. Вы наверняка помните… Во время Аннигиляции Солнца вы некогда использовали одну вещицу».
Вэй У Сянь ответил: «Ох, Стигийская Тигриная Печать. Вы в самом деле упоминали об этом. И что же?»
Цзинь Гуан Шань продолжал: «Если верить слухам, вы переплавили Стигийскую Тигриную Печать из демонического металла железного меча, который добыли со дна пещеры Черепахи Губительницы. Вы использовали ее на поле битвы всего единожды, но тогда ее сила оказалась такова, что затронула и некоторых наших соратников…»
Вэй У Сянь прервал его: «Прошу, переходите к главному».
Цзинь Гуан Шань ответил: «Это и есть самое главное. В той битве потери понес не только Орден Ци Шань Вэнь, но и мой Орден тоже. Я убежден, что подобный артефакт весьма сложно держать под контролем, и боюсь, что пока он находится в руках у одного лишь человека…»
Он не успел довести фразу до конца, когда Вэй У Сянь начал смеяться.
Отсмеявшись, он произнес: «Глава Ордена Цзинь, позвольте мне задать один вопрос. Вы считаете, что раз Ордена Ци Шань Вэнь не стало, то Орден Лань Лин Цзинь вполне заслуженно способен его заменить?»
В Зале Несравненной Изящности воцарилось гробовое молчание.
Вэй У Сянь добавил: «Все на свете артефакты должны принадлежать вам, все должны слушать только вас? Глядя на подобное поведение Ордена Лань Лин Цзинь, я невольно возвращаюсь во времена расцвета Вэньского владычества».
Квадратное лицо Цзинь Гуан Шаня исказилось гневом, которым он пытался скрыть смущение от его слов. После Аннигиляции Солнца скрытая критика Темного пути, которому следовал Вэй У Сянь, стала постепенно подниматься со дна на поверхность в сердцах заклинателей. Цзинь Гуан Шань упомянул о Стигийской Тигриной Печати, чтобы пригрозить Вэй У Сяню, напомнить ему, что у остальных есть повод, чтобы внимательно следить за ним и ждать, пока он оступится. Поэтому не стоит слишком зарываться и пытаться сесть на голову Ордену Лань Лин Цзинь. Кто бы мог подумать, что речи Вэй У Сяня окажутся открытыми, словно кровоточащая рана? Разумеется, Цзинь Гуан Шань давно в тайне замыслил занять освободившееся место Ордена Ци Шань Вэнь. Но еще никто не позволял себе обличить его в этом столь неприкрыто, да еще с явной насмешкой.