— Ты останешься жив, Широ Ишии, как я и обещал, — Александр в одно мгновение оказался перед мастером. Его ладонь опустилась на голову Ишии, и тот тут же обмяк, теряя сознание. — Но кое‑что ты должен забыть. Навсегда.

Затем Александр выбросил мастера подделок за пределы города через одни из пространственных врат и сам помчался к аукционному дому. Огибая охрану и других практиков с помощью своих способностей, он спешил попасть за кулисы, туда, где готовились к торгам.

Аукционный дом гудел, как растревоженный улей.

— Сто восемьдесят пять миллионов! За номером 404 предложит кто‑нибудь больше? — выкрикивал аукционист, сканируя зал. — Двести двадцать миллионов — номер 312! Двести шестьдесят миллионов!.. — Он продолжал принимать ставки, сначала на скульптуры, затем на картины, и зал отзывался шёпотом, вздохами и тихими аплодисментами.

Тем временем Александр в своих доспехах бесшумно появился за кулисами. Четверо охранников рухнули без единого звука — он вырубил их быстро и чётко. К тому моменту, когда аукционист вернулся за сцену, там оставались лишь трое: волшебница девятого ранга, готовившая товары к показу, хозяин аукциона, который теперь трясся от страха, и сама девушка, готовая вот‑вот потерять сознание.

— Что происходит? — аукционист Роберт замер на пороге, увидев, как чёрные щупальца сомкнулись на горле волшебницы, а хозяин аукциона висит в воздухе, удерживаемый телекинезом. Он собирался выставить следующий лот — ту самую вазу.

— Слушай меня внимательно, Роберт, — Александр окинул его холодным взглядом. — Вместо этого лота, — он указал на настоящую реликвию — древнюю вазу, — ты выставишь вот это. — Из его рук появилась точная копия вазы. Лица аукциониста и хозяина аукциона вытянулись от изумления. — Всё понятно?

— Делай, что он говорит, Роберт! — прошипел хозяин, едва сдерживая дрожь. — Он обещал оставить нас в живых, так что делай всё, как он велит!

Александр положил подделку на бархатную подушечку и накрыл её шёлковой тканью. Оригинал он тут же убрал в своё кольцо. Затем, взглянув на аукциониста, спокойно произнёс:

— Веди себя естественно, Роберт. И никто не пострадает. Даже твоя жена и маленькая дочь. — Он хлопнул аукциониста по плечу, и под чёрной маской сверкнул ледяной взгляд, от которого сердце Роберта пропустило удар.

Выйдя на трибуну, Роберт, хоть и дрожал всем телом, сумел взять себя в руки. Голос его звучал почти спокойно, когда он объявлял следующий лот.

— Внимание, господа! Последний на сегодня лот из произведений искусства — древняя гравированная ваза! — Роберт привлёк всеобщее внимание. — Найденная в древних развалинах, она запечатала в себе древние знания и ждала этого момента, чтобы попасть в руки того, кто сможет раскрыть её секреты.

Он снял шёлковое покрывало, и мрачная аура, исходящая от вазы, заставила многих ценителей искусства, адептов и практиков по всему залу затаить дыхание. Никто из них и подумать не мог, что перед ними подделка. Ставки росли, напряжение нарастало, пока лот наконец не достался кровавой ведьме. Спустя два часа она покинула аукцион, намереваясь вручить реликвию епископу и тем самым поднять свой статус до уровня адепта.

Александр, помогая проводить аукцион и подготавливать предметы для показа, не сразу заметил, что Эриза уже покинула здание. Она спешила к адептам, чтобы передать реликвию и закрепить своё положение. Преследовать её сейчас не было возможности: лотов оставалось ещё много, а привлекать к себе лишнее внимание — особенно к «себе из прошлого» — он не хотел.

Поэтому он продолжал методично выкладывать на мягкие подушки драгоценные камни, сверкающие зелья (часть из которых он сам же и купил), броню восьмого ранга и меч Горящей Звезды — тоже его приобретение. При этом его не покидало странное, колючее ощущение, будто он делает что‑то одновременно правильное и очень опасное.

— Да не трясись ты, девочка, не буду я вас убивать, — Александр посмотрел на волшебницу, которая помогала ему расставлять товары. Та вздрагивала от каждого его движения. — Вот, посмотри, даже этот уже успокоился, — он кивнул на хозяина аукционного дома и негромко рассмеялся под чёрной маской, отчего девушка вздрогнула ещё сильнее.

— Это был последний лот, — аукционист произнёс эти слова, едва сдерживая дрожь. Затем, схватившись за голову, вся троица — аукционист, хозяин и волшебница — рухнула без сознания.

Очнулись они спустя пару минут, ничего не помня о странном мужчине в чёрных доспехах и о подделке, которая уже мчалась к епископу, неся с собой перемены, о которых никто из них даже не догадывался.

Глубоко под землёй, в нескольких километрах под городом Рассвета, в мрачных недрах, где тьма казалась почти осязаемой, кипели зловещие приготовления. В самом сердце этого подземного лабиринта, среди теней и шёпота древних проклятий, жнец беседовал с епископом. Их взгляды были прикованы к третьему этажу некрополиса, где в запечатанной форме томился древний дракон — существо, чей средний уровень силы достигал 15 ранга. Чудовище рвалось на свободу, скрежеща когтями по невидимым оковам, а тёмные последователи терпеливо ждали, когда в их руки попадёт реликвия — ключ к вратам некрополиса.

— Эта девочка уже на подходе, жнец. Ты ведь готов к ритуалу открытия? — голос епископа, похожий на скрип старого надгробия, прозвучал в полумраке. Старик не сводил глаз с адепта, сжимавшего в руках кристалл, пульсирующий багровым светом.

— Приготовления закончены, ваше темнейшество, — отозвался жнец, склонив голову. — Наши печати расставлены по всему городу. Стоит нам только призвать великого, как все эти жертвенные агнцы послужат топливом для машины нового миропорядка…

В длинных коридорах, усыпанных костями давно забытых жертв, эхом отдавались шаги. Молодая девушка, сжимавшая в ладонях реликвию, приближалась к алтарю. Эризе шла медленно, каждый её шаг отзывался гулким эхом, будто сама земля вздыхала под её ногами. Подойдя к владыкам, она опустилась на одно колено, протягивая руки с реликвией в сторону епископа. В её глазах плескался трепет — смесь страха и странной гордости.

— Ты заслужила одобрение владыки, дитя, — произнёс епископ, протягивая руку к вазе, которая казалась старше самого времени. — Твой вклад в создание нового порядка, где тёмные и легионы тьмы не будут сражаться, а станут единым целым, неоценим! — схватив сосуд, он бросил короткий взгляд на жнеца и отдал команду: — Ты будешь куратором нового адепта. Авессалом, проводи ритуал. Да прибудет с нами благословение Темнейшего.

Епископ долго изучал реликвию, ощущая ауру смерти и тяжесть заклятия, сила которого достигала как минимум 13 ранга. Тем временем Авессалом воззвал к владыке Чернобогу. Он поджёг свою порчу, и по его телу прокатилась волна жгучей боли — но владыка явился без промедления, наделяя новое дитя силой и навсегда лишая его свободы воли.

Глаза Эризе, прежде горевшие кровавым огнём, постепенно наливались тьмой. В них больше не было ни страха, ни сомнений — только холодная, бездонная пустота. Теперь она стала новым адептом Чернобога, а все её прежние воспоминания, мечты и поступки были отброшены в самый дальний угол её новой души, погребённые под слоями тьмы.