— Наконец-то пожаловал, Хранитель костей, — послышался скрипучий голос старого призывателя. Гаргул выбрался из-под земли, и на его гнилом лице расплылась жуткая улыбка. Он повернулся к входу в аббатство и, направляясь туда, бросил через плечо: — Жнец уже проводит ритуал. Скоро мы встретимся с нашим епископом.

Проходя через резные двери, оба почувствовали тяжёлый запах гнили — такой, что обычный человек тут же зашёлся бы в приступе кашля. Спустившись на нижний уровень аббатства, они внезапно переместились на пустырь в тёмном лесу и оказались перед группой связанных молодых девушек.

— Давно не виделись, Жнец. Вижу, жертвы уже подготовлены, — произнёс Хранитель костей, глядя на фигуру в балахоне с чёрной косой. На его лице появилась холодная улыбка — страх в глазах девственниц у алтаря заставлял его чувствовать себя живым.

Человек в балахоне резко обернулся, и его широкая улыбка обнажила ряд чёрных, окровавленных зубов.

— Хранитель костей и Гаргул, вы наконец-то прибыли! Скорее помогите мне — епископ уже ждёт! — хрипло выкрикнул он, и его голос прозвучал как скрежет металла по стеклу.

На Жнеце был балахон, сотканный из паутины древней ехидны, а на спине сиял красный символ с надписью «Жертва». Он выглядел настолько жутко, что даже привычная к ужасам нежить невольно отступала от него.

Крак.

Коса в его руках пронзила спину одной из девушек, и, подняв её над алтарём, Жнец замер, позволяя жертве трепыхаться в последних мгновениях жизни.

Над алтарём, окроплённым кровью, начал сгущаться белый туман. Он жадно поглощал энергию жертв, светясь зловещим чёрным светом и явно ожидая ещё одной порции свежей крови.

— Продолжайте наше дело, дети мои, — раздался голос епископа, бледного и неподвижного, словно вырезанного из мрамора. Он смотрел на собравшуюся троицу и на десятки адептов, стоявших на коленях вокруг алтаря.

Чёрная аура смерти, исходившая от него, заставляла даже самых стойких преклонять колени. В его присутствии любое благоговение казалось естественным, ведь он был одним из первых последователей Чернобога, и многие тайны мира были открыты перед ним. Миллионы принесённых в жертву существ наделили его разрушительной силой, о которой слагали легенды даже в самых отдалённых деревушках.

— Жнец! — Епископ посмотрел на человека, проводившего ритуал, и на его лице мелькнуло одобрение. — Ещё одна атака — и вы добьётесь успеха. Я отправлю к вам своего помощника для дальнейшего командования. Слушайте каждое его слово, и наше дело наконец свершится.

С этими словами он растворился в тумане, оставив после себя лишь эхо своего голоса.

Жнец повернулся к адептам, и на его бледном лице застыла безумная преданность тёмному владыке.

— Вы все слышали, черви? За работу! А вы двое остаётесь со мной, — он подошёл ближе к Хранителю костей и Гаргулу. — Гаргул, ты сам знаешь, что нужно делать. А ты, Хранитель костей, собери побольше пространственных камней. Чтобы призвать Владыку Бедствия, нам может понадобиться вся наша сила!

Затем он запрокинул голову и разразился безумным смехом, и его шея изогнулась в неестественной позе, будто кости внутри неё рассыпались.

Отдых в ресторане тянулся неторопливо, а стакан Александра будто жил своей жизнью — алкоголь в нём никак не хотел заканчиваться. Мимо то и дело проходили новые путешественники, каждый со своей историей, порой настолько запутанной, что голова шла кругом. Пока Александр дожидался рыцаря, который ушёл на второй этаж заниматься непонятно чем, перед ним мелькали всё новые лица, будто страницы бесконечной книги судеб.

— Эй, Саня, а я тебе ещё не рассказывал, как в одиночку целую стаю кровопийц уничтожил? Ох… ик… ик, — молодой маг раскраснелся от крепкой выпивки, и, похоже, уже слабо соображал, что болтает. Такие вот подсаживаются, начинают травить байки — и не отвяжешься.

— Третий раз слышу, — Александр устало прижал ладонь ко лбу, глядя на весёлого волшебника, который стал жертвой собственного пристрастия к рому.

— Всего третий? Тогда слушай: в то время я ещё обычным наёмником был… — и пьяница снова пустился в рассказ, даже шутки повторял те же самые — уже в четвёртый раз.

«И зачем я его слушаю?» — пронеслось в голове у Александра. А потом он вспомнил: этот парень знал кое‑что такое, чего не знали другие.

— Ох, Саня, какая хорошая у тебя выпивка, — парень потянулся к стакану, и на лице его расплылась блаженная улыбка. — Может, всё‑таки продашь мне эту фляжку? А я тебе кристалл пространства подарю! — и он с торжественным видом выложил на стол синеватый кристалл.

Система тут же выдала оценку:

Имя: Борис.

Раса: получеловек.

Пол: мужской.

Возраст: 44 года.

Ранг: 11.

Здоровье: 48 890.

Мана: 16 789.

Сила: 450.

Ловкость: 580.

Выносливость: 800.

Интеллект: 1 490.

Способности: стихия воздуха (ранг 11), стихия жизни (ранг 10).

Состояние: опьянение, хорошее расположение духа.

Оценка предмета:

Кристалл пространства, ранг 12.

Ценность: 1,2–2,5 ккк.

Свойства: искажение пространства. Высоко ценится магами. Возможности использования не ограничены. Заряд: 999/999.

— Ты серьёзно, мужик? — Александр уставился на Бориса, будто тот предложил обменять драгоценный меч на пучок сухой травы. — Этот артефакт от силы на 15 кк тянет, а ты мне предлагаешь несколько миллиардов? Ты вообще меня слышишь? — он покачал головой, глядя на развалившегося на столе полуэльфа‑получеловека. «Ну не умеют они пить, эти местные маги, — подумал он. — Привыкли к своим зельям из непонятно чего».

Александр быстро набросал записку, подозвал деревянного официанта‑древена и велел передать послание хозяйке ресторана — вместе с рыцарем, который всё ещё пропадал наверху. А потом, схватив мага за шкирку, закинул его себе на плечо и направился к выходу.

— Вот же привязались, — пробормотал Александр, сворачивая в безлюдный переулок в квартале от ресторана. Он вернул на лицо чёрную маску и, покачивая головой, пробурчал: — Дурак ты, Боря, дурак. Такими вещами на глазах у всякого сброда светить…

Обернувшись, он заметил большую группу авантюристов: несколько воинов и больше десятка магов. Ранги у всех были примерно одинаковые — от девятого до одиннадцатого. А по взглядам было ясно: просто так они не уйдут.

— Слышь, волшебник, а ты смелый, раз посмел мою команду «Чёрных воронов» назвать каким‑то сбродом, — главарь банды хищно ухмыльнулся и демонстративно показал красную сферу перемещения, будто это придавало ему веса.

В следующую секунду пространство вокруг замерцало. В мгновение ока переулок исчез, и вместо него перед Александром раскинулся пустырь возле старого кладбища — мрачный, заброшенный, будто специально созданный для грязных дел. Александру вдруг захотелось рассмеяться: он и так едва сдерживал желание кому‑нибудь врезать, а тут целая группа идиотов решила его ограбить. Почти трогательно.