— Жертва, усиление ×2! Кровавый прилив! Солнечное извержение! — Александр возник прямо перед Авессаломом, глядя ему в глаза с таким давлением, что даже бывалый жнец невольно попятился. Клинок опустился, касаясь головы противника.

Чёрные доспехи порчи, сплетённые с магией тьмы, рассыпались в пепел. Лезвие, опускаясь на голову Авессалома, вспыхнуло и ускорилось вдвое.

Кача!

Клинок плавно прошёл вниз, разрубая адепта на две ровные половины. На земле остался глубокий обугленный раскол, уходящий на десяток метров вглубь. Подняв глаза на последнего оставшегося адепта — того самого призывателя, который так не вовремя задержал его своим монстром, — Александр стиснул руку в кулак.

Внимание: навык «Жертва» работает ещё 18 секунд.

Все атаки пользователя повышены в 2 раза.

Потрачено 100 очков характеристики.

Огромная рука телекинеза, усиленная духовной силой и эффектом «Жертвы», с хрустом сомкнулась на теле адепта. Крак, крак — и на землю упали раздавленные останки последнего из последователей Чернобога.

Повернувшись, Александр взглянул на бледное лицо своей любимой. Опустившись на одно колено рядом с Кариной, он поднёс руку, покрытую магией света, к её груди.

— Магия одиннадцатого ранга, лечение! — его ладонь засияла золотистым светом, пытаясь развеять порчу. Но ничего не происходило. Он повторял заклинание снова и снова, вкладывая в него всю свою силу, но отчаяние всё сильнее сжимало сердце.

— Лечение, лечение, лечение, чёрт возьми! — выкрикивал он, теряя контроль над эмоциями. Почему эта проклятая способность не работает?

Внимание: способность «Жертва» предназначена только для атаки!

«Ошибка»: способности создания и изменения состояния не подвержены её влиянию!

Он смотрел, как здоровье Карины стремительно падает, и его сердце словно пропустило удар. Почему всё должно было закончиться именно так? В отчаянии он переключился на Диану, применив на ней то же лечение — и, к его удивлению, оно сработало мгновенно: все раны рыцаря затянулись, рука вернулась на место.

Падая в пучину отчаяния, Александр вдруг ощутил сильную встряску откуда-то издалека. В следующую секунду перед ним открылся портал, знаменуя возвращение Солнечного Стража.

— Отойди, мальчик. Дай я попробую, — послышался усталый, но твёрдый голос за его спиной.

В груди Александра вспыхнула слабая надежда. Он обернулся и увидел Серхольма — Стража, покрытого свежими ранами. Тот только что расправился со своей целью и сразу поспешил сюда.

— Исцели ее, — тихо произнёс Александр.

Серхольм кивнул и направил на девушку поток божественного света.

— Это лечение тринадцатого ранга, парень. Не беспокойся, всё будет в порядке! — уверенно заверил он.

Александр на мгновение даже позволил себе поверить в чудо. Но затем он увидел, как порча в сердце Карины начала пениться, выпуская тонкие щупальца глубже в её плоть.

— Прости… — прочёл он по её алым губам последние слова.

Здоровье Карины стремительно падало даже под лучами сияющего владыки. Перед глазами Александра всплыло уведомление:

Ваш союзник погиб. Вы хотите исключить его из списка друзей?

Да / Нет?

Тудум, тудум, туд…

Что-то сжалось в груди, и, молча глядя на тело девушки, мирно лежащее на траве, Александр почувствовал, как в его глазах разрастается пустота.

Отчаяние, безысходность, страх и утрата — эти чувства он не испытывал уже очень давно. Сердце сжималось от невыносимой боли. Опустившись на колени перед бездыханным телом своей возлюбленной, он не заметил, как по щеке скатилась одинокая слеза.

Над миром Сияющего Владыки сгущались тяжёлые тучи, а в центре мрачной сцены, освещённой вспышками молний, на коленях застыл Александр. Перед ним лежало бездыханное тело Карины, и каждый разряд, рассекавший небо, будто подчёркивал трагедию момента.

Время для него остановилось. Секунды растягивались в вечность, а внутри разливалась звенящая пустота. Он не чувствовал ни боли, ни отчаяния — только оглушающее непонимание: почему это снова происходит?

В голове проносились обрывки воспоминаний из прошлых жизней — словно проклятый калейдоскоп, где финал всегда был одинаковым. Смерть Карины от укуса зомби второго ранга в самом начале апокалипсиса, шальная пуля во время налёта бандитов… Вселенная будто специально подталкивала её к гибели. Александр был уверен: если бы он никогда не встретил её, она жила бы спокойно. Каждый раз, теряя её, он терял часть себя — будто нарушал какой-то вселенский закон и теперь расплачивался за это.

«И вот опять… Я снова тебя теряю…» — мысль обожгла сознание, и руки бессильно опустились. Это случалось не впервые и, возможно, не в последний раз. Бесконечный цикл перерождений приносил с собой не только опыт, но и эту неизбывную боль. Его душа возвращалась к первому дню апокалипсиса, начиная всё заново. Он не помнил этого сразу после пробуждения, но по мере роста осознанности воспоминания просачивались в разум. Навыки из прошлых жизней оседали в сердце, позволяя развиваться быстрее обычного. Духовная сила, накопленная за многочисленные перерождения, значительно превосходила возможности людей того времени — он мог осваивать заклинания и создавать новые техники почти мгновенно. Но всё изменилось, когда в ход времени вмешался главнокомандующий.

В тот раз смерть пришла неестественно: тело рассыпалось в мелкий песок, а душа отправилась в круги перерождения. Однако на этот раз привычный цикл нарушился — Александр не вернулся в первый день апокалипсиса. Его судьба сделала резкий поворот: он нашёл первый ключ этого мира — обломок меча, а позже в его руки попал и второй — загадочный камень.

— Мы уйдём отсюда, архимаг, — тихо произнёс древний Страж, — но ты останешься и пройдёшь это ещё раз…

Серхольм хлопнул Александра по плечу, и в его глазах мелькнули всполохи силы. В тот же миг кристалл мироздания, мирно спавший в кармане героя, начал пульсировать, вибрируя всё сильнее. Серхольм не мог его перезарядить — похоже, вмешался сам Владыка, даруя Александру новую силу. Метка на его душе, оставленная Аврелиусом, вспыхнула, открывая доступ к заблокированным функциям артефакта.

Александр не подозревал о скрытых манипуляциях, которые велись вокруг него. Он смотрел на Серхольма пустыми глазами, не сразу осознавая смысл сказанных слов. Но спустя мгновение в груди затеплилась надежда. Мрак, застилавший разум, отступил. Он понял: ещё не всё потеряно.

У него был шанс вернуться на день назад — к тому моменту, когда они только вышли из врат. Он мог спасти Карину, мог всё сделать иначе, предвидеть шаги врагов и не оставить им ни единого шанса.

— Спасибо, Серхольм, я этого не забуду! — выдохнул он.