— Ви, ты… само очарование, — выдохнул я, не отрывая взгляд от ее аккуратных нежно-розовых губ.

О нееееет. Я и не представлял, во что я вляпался. Мне не хотелось смотреть ни на что другое!

— Идем! — воодушевленно произнесла Ви и потянула меня в толпу школьников, потому что вечеринка была уже в самом разгаре.

Я был в разных школах на разных новогодних вечерах, но сегодняшний вечер был совсем иным. Мне впервые не были интересны эти гирлянды, шары и елка, на которые обычно я смотрел, будучи один. Теперь мое внимание забрала себе девушка в зеленом атласном платье, которая смеялась над моими шутками, улыбалась так, что разбегались волнами мелкие морщинки вокруг глаз, губы приоткрывались с придыханием, когда начиналась новая мелодия, а глаза словно каждый раз спрашивали: «Ну что, под эту тоже танцуем?».

Мне кажется, что прошло уже часа два прежде, чем я выбрался с танцпола, чтобы взять нам напитки. Пока ждал своей очереди, рядом материализовался Глеб. Меня так и подмывало выдать какую-то колкость, но я сдержался, в отличие от него.

— Эй, чувак, я сказал тебе держаться от нее подальше.

— Я не намерен следовать твоим приказам. Чувак, — выдавил я, а челюсти сами сжимались от напряжения.

— Она еще не знает, что она теряет.

Я вздохнул и закатил глаза:

— Самомнение у тебя выше Бурдж-Халифы. Поумерь свой пыл, она все прекрасно понимает. И твои действия только этому способствуют. Отвали уже от нее.

— Слушай я вижу, что ты к ней неровно дышишь. Но правда жизни в том, что ты отсюда скоро свалишь в любом случае. Мне даже стараться не надо. А она останется. Одна. Ты для нее что-то новенькое, весь из себя защитник, но в конечном счете у нее останусь только я. И когда-нибудь она простит меня.

Я молчал, всерьез задумываясь над его словами. Они били. Больно.

Глеб продолжил:

— Давай так. Если она не ответит тебе взаимностью сегодня, то ты перестанешь с ней дружить, а? — его глаза хищно блеснули. — Я готов даже поставить десять косарей, что ты облажаешься.

— Ты издеваешься, что ли? — мой тон был ледяным. — Мы в детском саду?

Глеб оскалился:

— А че, слабо, да?

Я сделал вид, что все же раздумываю над его предложением.

— Знаешь, у меня вариант получше, — я скопировал его улыбку, наполняя два бокала газировкой. — Давай лучше ты заткнешься и займешься своей жизнью. Раз и навсегда.

Я отошел уже на несколько шагов, но вслед все же услышал:

— Слабо.

Этот разговор и этот Глеб с его отвратительной манерой извращать и переворачивать с ног на голову все должны ничего не значить. Но штука в том, что я не хотел с ним спорить не только из-за факта спора или самого Глеба, дело в том, что я ведь понимал, что шансы у меня, мягко говоря, близки к нулю. И хоть в этом мы с Глебом были согласны, но ему об этом никогда не суждено узнать.

— Ли, что он там тебе опять плел? — цепкий взгляд Ви следил за мной.

— Предлагал погулять под луной, — отшутился я.

Ви хмыкнула, но приняла напиток и через несколько мгновений снова стала веселой. Для меня сегодня она буквально была другим человеком: девушкой, которую я знал так мало, но которую очень сильно хотел узнать. Узнать ту Ви, голова которой свободна от бесконечных дел и быта, узнать ее фантазии и мечты, куда текут ее мысли, когда не нужно никуда спешить, от чего на лице появляется улыбка и румянец.

— Спасибо тебе за мой проект, — поблагодарила Ви, а мне вовсе не хотелось говорить об учебе.

— Я не при чем.

— Ой я тебя знаю, Ли! — отмахнулась она. — Правда. Татьяна Васильевна никогда бы просто так не поставила мне оценку. Я предполагаю, что ты ходил к ней и заколдовал ее.

— Ага, — заулыбался я. — Ну ладно, пусть так.

Хотел бы я заколдовать кое-кого другого. Потому что она со мной это уже сделала.

— Я сегодня столько времени потратила на выпрямление волос, — сменила тему Ви, рассматривая свои пряди. — А теперь, смотри, они снова кудрявые. Эх…

— Мне нравятся твои волосы, — приободрил ее я, надеясь, что это не слишком.

Мне нравишься вся ты.

Вдруг заиграла какая-то медленная музыка, кажется, какая-то обработка популярной песни Taylor Swift — Lover, и я понял, что это тот самый момент. И вдруг показалось, что я не смогу. Сердце стало бешено вырываться из груди, а ноги стали ватными. Я практически дрожал, когда протянул ей руку.

Как я терпеть не могу это дикое смущение, когда начинаются медленные танцы. Но сегодня я разглядывал каждую эмоцию на лице Ви, когда она вкладывала свою ладонь в мою, и надеялся, что это то самое смущение, а не страх.

— Ли, ты можешь пригласить другую девушку, Ася в тебя влюблена и… — она посмотрела по сторонам, — несколько девчонок справа тоже. Они ждут и…

— Я хочу пригласить тебя.

— Ладно.

«Ладно?». Можно мне позаимствовать хотя бы половину самоуверенности Глеба, чтобы идти напролом даже тогда, когда все двери наглухо закрыты. Но другого момента не будет.

Мы медленно танцуем, покачиваясь в такт музыке. Я крепко сжимаю правую ладонь Ви, а левой рукой касаюсь талии. Я не могу полностью положить руку на ее талию, поэтому она полулежит, полувисит в воздухе, из-за чего я не могу расслабиться. Я бы хотел, чтобы она просто положила свою голову мне на грудь в доверительном жесте, и я не видел перед собой эти огромные зеленые глаза.

— Все в порядке? — тихо спрашивает она, а я нервно сглатываю, не зная, что ответить.

— Ты можешь положить ладонь сюда, Ли, я не кусаюсь, — смеется она вдруг, прижимая мою ладонь к себе. — Ну, если хочешь, конечно…

Хочу, конечно.

— … В этом ничего такого нет, мы танцуем.

Все, я не могу больше молчать. Поехали.

— Ви, — мой голос срывается, и я чуть откашливаюсь, пытаясь его настроить. — Я давно собираюсь тебе кое-что сказать.

Ви впервые отводит глаза, я не уверен, что это румянец в темноте этого вечера, возможно, просто цветные блики от гирлянд, но все же…

— В первые дни нашего знакомства я обещал тебе дружбу.

Она хмурится, я буквально чувствую, сколько разных мыслей начинают заполнять ее голову.

— И я сам в это хотел верить, но… я не хочу с тобой больше дружить, — о нет! — Нет, не так. В смысле я хочу с тобой не только дружить…

Она непонимающе качает головой, и мне кажется, что вместе задуманных слов у меня все это вырывалось какое-то бульканье изо рта.

— И ты, возможно, скажешь опять, что «Это клише, Ли» и все же… Я очень сильно хочу быть тебе больше, чем… другом.

Молчание тянется вечность. Я боюсь, что выгляжу, как идиот, потому что произношу эти слова девушке под самую романтичную музыку, а она молчит в ответ. Я чувствую, как спину прожигает взгляд Глеба. В голове эхом проносится его последнее «Слабо!». Но я терпеливо жду, и на автомате мы просто двигаемся в такт музыке.

Наконец Ви поднимает на меня глаза, но я все еще не могу разглядеть в них ответ.

— Это такое клише, Ли, — снова качает она головой, внутри меня все разбивается на множество осколков от разочарования, но потом Ви чуть заметно улыбается и продолжает: — Но я не против такого клише. Потому что я тоже хочу быть для тебя кем-то большим.

О боги.

— Я не знаю, надолго ли ты здесь, не знаю, сколько мы сможем встречаться, но я хочу этого.

Кажется, все это время я не дышал. И не существовал в принципе, застряв в прекрасных глазах в поисках ответов.

Глава 25. Исполнение желаний (Ви)

Ви

Мое тело дрожит. Кажется, это сон. Так ведь не бывает, да? Только если в сказках….

Время остановилось, голоса вокруг стихли, была только музыка и мы. Бесконечная песня, которая никак не кончалась. Но и я хотела остаться в этом моменте навсегда.

— Я хочу… тебя поцеловать, Ви, — выпалил Ли, легко коснувшись моего подбородка. — Очень давно уже хочу. Если можно…

Он такой милый, когда смущается. Вчера вечером он был одним из драчунов школы, которого вызвали к директору и который отстоял мой проект по биологии, а теперь он тушуется и не может связать двух слов. Это забавно. И мило. И я знаю, что только я вижу эту уязвимую его часть.