И несмотря на это, мне кажется, Ли обрел здесь, со мной, то, что давно искал. Теперь у него был дом и место, куда он хотел возвращаться.

— Эй, хватит тут миловаться, малявки, — знакомый голос с хрипотцой раздался позади.

— Все никак не привыкну, что у тебя ключи, — отшутился Ли, отпуская меня.

— Сам дал, вписав меня в ряды инвесторов. Стоило бы и ключи от квартиры новой дать, раз ты туда деньги направил.

Фокс всегда был честен и прямолинеен. Иногда это бесило до тошноты, но в этом были определенно свои плюсы.

— Смотреть там особо пока не на что. Переедем — пригласим.

Фокс снял верхнюю одежду, аккуратно припарковал Шермана и плюхнулся на диван.

— Я смотрю, цветов прибавилось, — а потом взглянул на меня. — Место оживает, Ви.

Я улыбнулась. Медленно, но верно я стараюсь здесь все обустроить так, как хотим мы. Пусть даже я начала с цветов и с того, что убрала эти жуткие черепа и змей со стен —такое уже не в моде у наших клиентов.

— Ты надумал, что набьешь себе в благодарность за обучение? — в который раз спросил его Ли, суетясь с тарелками и стаканами.

— Пока нет, Ли, — задумчиво произнес Фокс. — Может, это будет не сейчас, расслабься. Когда-нибудь. К этому нужно подойти ответственно. Я же не ты!

Ли наигранно поджал губы и оглядел себя. Татуировок на нем было уже десять штук, и девять из них набиты мной.

— Эй! — заступилась я. — Он и поступил ответственно. Помог мне в обучении, пожертвовав себя.

— Это не жертва, — голос Ли потеплел, а он не отводил от меня взгляда. — Это любовь.

Фокс фыркнул и закатил глаза. Он делал вид, что ему все это чуждо, и, может, если бы я не видела то, как он смотрит на сестру, я бы поверила в то, что он не способен любить.

— Давайте уже есть, а? Вам же еще домашку делать наверняка, а вы тут распустили нюни.

И Ли финальным штрихом поставил на стол еще теплые лепешки для тако.

Ли

Судить о том, мой это человек или нет, я теперь могу по его любви или нелюбви к тако. Фокс тоже забраковал все корейское, что я готовил, и я вконец забросил это дело. Но чего стоило это зрелище, когда он закидывал в рот одно тако за другим… Я чувствовал за себя гордость. И все же предусмотрительно отложил в тарелку Ви парочку лепешек.

— Тебе уже прислали твои призовые? — спросила Ви, чтобы хоть как-то отвлечь этого парня от пережевывания пищи. — Была же какая-то заминка.

— Да, — с набитым ртом ответил Фокс. — Все путем. Неприятно, конечно, когда за первое место так сильно задерживают выплаты, но взамен организаторы предложили мне бесплатное участие во всех их соревах в будущем сезоне. Ну и… они буквально требовали, чтобы я приехал со своей командой.

— Фокс, — я выдохнул. — Сейчас мы не готовы.

Нам с Ви нравилось гонять на моноколесе. Но цена на них была неподъемной, даже на вторичном рынке. Это совсем не то, во что нужно вкладываться сейчас, хотя и так отчаянно хотелось вновь и вновь чувствовать себя свободным и видеть горящие от восторга глаза Ви. У нее, вот же, получалось куда лучше, чем у меня.

— Ли, я знаю, — Фокс предупредительно выставил руки. — На призовые я куплю себе новое колесо, а эти отдам вам.

— Нет, — активно закачала головой Ви. — Мы не можем.

— Можете.

— Нет, — поддержал я свою девушку.

— Вы должны.

— Мы должны тебе деньги, а ты хочешь нас еще больше вогнать в долги перед тобой.

— Вы ничего не понимаете, — уперся тот. — Мне нужна команда. Я хочу команду, а не чертовы деньги. Я их заработаю еще. Расслабьтесь и примите в дар эти священные, повидавшие многое на своем пути, колеса.

А потом сделал серьезное лицо:

— Вам все равно меня не переспорить.

Мы с Ви переглянулись. Сезон стартует весной… кто знает?

— Посмотрим, — подавив улыбку, ответил я.

Лучше бы он жевал тако, честное слово. Опять хочет вписать нас в какую-то авантюру. И все бы ничего, так и мы сами очень хотим вписаться туда!

Фокс стал для нас старшим братом. В этом городе удивительным образом мне удалось обрести две родственные души, даже три, если считать Ника, с которым я всегда был на связи.

Вот только Ви, к сожалению, не могла сказать такого же. Она уже полгода не видела Колю, а с Алисой общалась только в школе, перекидываясь парой фраз на переменах. В моей семье меня поддержал отец, а в ее — никто. Алиса умоляла ее вернуться, чтобы все стало как прежде, но она ведь никогда не понимала, что такое это самое «прежде» для Ви. Она не хотела больше быть удобной для всех, сделала свой выбор тогда и продолжала делать его каждый день. И я тоже был ее выбором. Ее сердце разбилось на множество фрагментов, а осколки с именами брата и сестры потерялись совсем…

Как ни крути, теряя, мы всегда обретаем что-то другое. Ви только нужно было немного времени, чтобы поймать вдохновение и снова поверить в себя. Ее эскизы продавались, а клиентская база как мастера пополнялась такими же девчонками, как и она сама. Ви делала это место особенным, создавала уют, заботилась, — в общем, делала все то, что делала и в семье, только теперь это было ее собственным желанием.

Возможно, когда-то мы не только создадим свою семью, в чем я ни на секунду не сомневался, но и построим новые отношения с родителями.

— Все это ерунда, — Фокс не был со мной согласен. — Родители всегда ставят себя выше в принятии решений, они всегда будут считать, что последнее слово за ними.

Может, и так.

Но я как-то привык верить в лучшее там, где любой другой уже бы сдался. Ведь даже из осколков можно собрать что-то, пусть и совершенно иное, совсем не похожее на то самое «прежде». И во второй раз получится даже лучше.