Утро пришло. Серое… словно и оно не знало, как ко мне относиться. Я проснулась от мягкого стука в дверь – служанка принесла завтрак на серебряном подносе. Овсяная каша с мёдом, тёплые булочки, ветчина, чайник с душистым чаем. Всё выглядело безупречно и совершенно безвкусно для моего взвинченного состояния. Сам факт того, что завтрак принесли в постель, а не пригласили в общий зал, говорил красноречивее любых слов: меня здесь терпят, но не хотят видеть за общим столом. Особенно за столом с принцессой Кассандрой.

Я съела пару ложек каши, больше от скуки, чем от голода, и начала собираться. Мысль об отъезде была единственным светлым пятном в этом мрачном утре. Я уже представляла, как вдохну холодный, свободный воздух родных полей, как обниму мать и отца, как зароюсь лицом в подушку в своей башне и буду пытаться забыть этот кошмар. Забыть его лицо.

Собираться недолго, у меня не было ничего, кроме того, в чём я приехала. Поношенное платье постирали и починили, оно висело на спинке стула, выглядев теперь почти прилично. Я уже натягивала его, когда в дверь снова постучали.

– Войдите, – сказала я, ожидая увидеть слугу.

В дверь вошёл Ричард. Он в менее парадном, но всё равно безупречном камзоле тёмно-синего цвета, его волосы были аккуратно убраны, но под глазами легли тёмные тени. Он выглядел серьёзным, даже озабоченным.

– Хлоя. Ты уже собралась? – спросил он, окидывая взглядом комнату.

– Да. Как только седлают «Северного Ветра», я могу ехать. Я благодарна за гостеприимство, – ответила я, стараясь звучать максимально официально и холодно.

Он молча кивнул, постоял секунду, словно подбирая слова. – Прежде чем ты уедешь, есть кое-что. Мой отец, король Арнэл, находится в этом замке. Он прибыл сегодня на рассвете.

Лёд пробежал по моей спине. Король. Здесь. Почему? Чтобы лично убедиться, что строптивая северянка наконец убралась восвояси? Чтобы отчитать за отказ? Или… чтобы обвинить в попытке разрушить королевский брак?

– Он хочет тебя видеть, – продолжил Ричард, видя, как я побледнела, словно хотел меня добить.

– Зачем? – вырвалось у меня, и в голосе прозвучала тревога, которую я не смогла скрыть.

– Чтобы поблагодарить, – сказал Ричард просто. – И чтобы поговорить. Не бойся. Он суров, но справедлив. И он знает правду о вине и о твоей роли. Всё будет хорошо.

«Всё будет хорошо». Эти слова звучали так неубедительно. Но отказать королю в аудиенции? Это было бы не просто глупостью, это было бы прямым оскорблением короны.

Я молча кивнула. Ричард жестом предложил следовать за ним.

Мы шли по тем же коридорам, но теперь они казались длиннее и мрачнее. Каждое окно, казалось, выплевывало на нас серый, безрадостный свет. Я шла за Ричардом, глядя на его спину, и думала о том, что, возможно, вижу его в последний раз. После этой аудиенции король может приказать мне никогда не появляться при дворе. Или… я даже боялась думать об «или».

Ричард остановился перед высокими двустворчатыми дверьми из тёмного дуба, украшенными резными королевскими гербами. По обе стороны стояли гвардейцы в полных латах, неподвижные, как статуи. Их взгляды, скрытые за забралами, были направлены прямо перед собой, но я чувствовала их внимание на себе.

– Здесь, – тихо сказал Ричард. – Я войду с тобой.

– Нет, – возразил я, удивляясь собственной решимости. – Если король пожелал видеть меня одну, так тому и быть. Я не хотела, что-бы Ричард видел это, чтобы не произошло, я должна держать лицо.

Он хотел что-то сказать, но лишь сжал губы и кивнул. Затем толкнул одну из створок, впуская меня внутрь, и остался снаружи. Дверь закрылась за моей спиной с тихим, но окончательным щелчком.

Я оказалась в длинном, узком кабинете, который явно служил королю для приватных приёмов. Здесь не было помпезности тронного зала. Высокие окна с витражными стеклами пропускали окрашенный свет, тяжёлые гобелены на стенах изображали сцены охоты, а у дальней стены за огромным письменным столом из чёрного дерева сидел человек.

Король Арнэл.

Он был похож на Ричарда. Но лицо, обрамлённое седеющей бородой, было изборождено морщинами. Никогда не видела короля… Его глаза, того же пронзительного цвета, что и у сына, смотрели на меня без выражения. Он одет в тёмно-бордовый дублет без излишних украшений, но даже в этой простоте в нём чувствовалась непререкаемая мощь. Рядом с ним, чуть позади, стоял командир королевской гвардии – суровый мужчина с лицом, на котором, казалось, никогда не появлялась улыбка.

Я сделала несколько шагов вперёд и опустилась в глубоком, безупречном реверансе, как учила меня мать для особых случаев. Подол моего простого платья коснулся холодного мраморного пола.

– Ваше Величество, – произнесла я, поднимаясь. Голос, к моему удивлению, не дрогнул, но внутри всё было одним сплошным трепетом.

Король молча смотрел на меня несколько долгих секунд. Потом его взгляд скользнул к командиру гвардии. – Оставь нас, Годрик.

Командир, Годрик, сделал шаг вперёд. – Ваше Величество, протокол… – Протокол, – перебил его король спокойно, но так, что в воздухе запахло сталью, – гласит, что король отдаёт приказы. Я уверен в своей безопасности. Оставь нас.

Годрик на мгновение задержался, бросив на меня быстрый, оценивающий взгляд, полный недоверия, затем резко кивнул и вышел, закрыв за собой дверь. Теперь мы были одни. Тишина в кабинете стала ещё более гулкой и давящей.

Король откинулся в кресле, сложив пальцы перед собой. – Графиня Хлоя Винтерхалл. Наконец-то я вижу ту, которая осмелилась отказать моему сыну, наследному принцу, – начал он. Его голос был низким, бархатистым.

Я собрала всю свою волю, чтобы не опустить глаза. – Да, Ваше Величество.

– Знаете, мне жаль, что вы отказали, – продолжил он неожиданно. – Я воспитывал Ричарда достойным человеком, способным править. Я думал, вы сделаете хороший выбор. Но… выбор есть выбор. И я уважаю ваше решение. Более того, – он сделал паузу, – я благодарен вам. Крайне благодарен. Ричард сообщил мне о вашей… стремительной поездке и о вашем предупреждении.

Он выдвинул ящик стола и достал оттуда небольшой хрустальный флакон с тёмными, густыми остатками на дне. Это было то самое вино? – Лекари подтвердили. Здесь смесь из двух редких ядов. Медленного, вызывающего постепенный паралич сердца, и быстрого, который должен был активироваться, лишь когда первый достигнет пика. Хитроумно, действенно даже на дитя драконьего.  Без вашего предупреждения мой сын, скорее всего, выпил бы это за ужином. И к утру… Он не договорил, положив флакон обратно. – Вы спасли ему жизнь. И, возможно, предотвратили большую смуту в королевстве. Вы поступили как истинная дворянка и верный вассал короны. За это вам моя личная благодарность.

Я почувствовала, как горячая волна стыда и облегчения поднимается к моим щекам. Я краснела, ненавидя себя за эту слабость. – Я… я лишь выполнила свой долг, Ваше Величество, – промолвила я, глядя куда-то в пространство над его плечом. – Любой на моём месте… – Любой на вашем месте не проскакал бы полкоролевства на измождённом коне и не взломал бы ворота силой магии, – сухо закончил он. – Не приуменьшайте свой поступок, графиня. Он был смелым и решительным. И это заставляет меня смотреть на вас… под новым углом.

Он встал и медленно прошелся вдоль стола, разглядывая меня так, будто я был необычным, но потенциально полезным артефактом. – Мне доложили о вашем магическом даре. Необычный. Сильный. И, судя по вчерашним событиям, плохо контролируемый в состоянии сильных эмоций. Это нужно исправить. Но прежде… есть вопрос, который требует решения.

Я замерла. Вот оно. Начинается.

– Вам известно, графиня, что по законам королевства, дворянка вашего возраста и положения, если она не посвятила себя служению в храме, обязана вступить в брак? – спросил он, остановившись прямо напротив меня.