Я почувствовала, как кровь приливает к лицу. Гордость, которую я считала сломленной, подняла голову. Я выпрямилась, стараясь хоть как-то выглядеть достойно.

– Леди Кассандра, – кивнула я с ледяной вежливостью, которая стоила мне невероятных усилий. – Прошу прощения за беспокойство. Дело было срочным. Теперь, когда я передала принцу информацию, я не буду вас больше задерживать.

Я развернулась, чтобы уйти. Уйти немедленно, пока не расплакалась, пока не превратила свой позор в полное унижение. Мне нужно было бежать отсюда, куда угодно, лишь бы не видеть, как она держит его под руку.

– Хлоя, подожди, – позвал Ричард, и в его голосе снова прозвучала та самая нотка, от которой у меня сжалось сердце. – Ты в ужасном состоянии. Ты скакала сюда, не щадя сил. Ты не можешь сейчас ехать обратно. Останься. Хоть ненадолго. Отдохни.

– Это совершенно необязательно, – тут же вставила Кассандра, её пальцы слегка сжали рукав Ричарда. – Я уверена, у графини в её поместье есть всё необходимое для отдыха. А здесь… тебе и так предстоит много хлопот, любимый.

– Я настаиваю, – Ричард сказал твёрдо, на мгновение встретившись взглядом с Кассандрой. Между ними пробежала немая молния. – Думаю твоя лошадь едва стоит на ногах. Ей нужен покой и уход. И тебе тоже. – Он потянул за шнур звонка, и в дверях появился слуга. – Распорядись, чтобы коня графини Винтерхалл отвели в лучший денник, осмотрели, напоили и накормили. И приготовьте для леди Хлои покои в восточном крыле. Отапливаемые. И принесите всего необходимого.

Слуга поклонился и удалился. Я стояла, парализованная. Уйти сейчас означало бы проявить слабость, показать, что эта… эта дама меня задела. Остаться – было пыткой.

Кассандра явно была недовольна, но внешне сохраняла совершенное спокойствие. Лишь тончайшая сеть морщинок у губ выдавала её раздражение.

– Как мило с твоей стороны, Ричард, – сказала она, и её голос снова стал сладким, как сироп. – Проявлять заботу о… подруге. Надеюсь, графиня не задержится надолго. У нас ведь так много нужно обсудить. Подготовка к свадьбе, знаешь ли, требует внимания.

Слово «свадьба» повисло в воздухе тяжёлым, оглушающим гонгом. Я увидела, как вздрогнул Ричард. Он отвел взгляд.

– Кассандра, пожалуйста, не сейчас.

– Но когда же, милый? Время идёт, – она надула губки, изображая лёгкую обиду, но в её глазах светилось торжество. Она делала это нарочно. Для меня.

Я чувствовала себя полной дурой. Большей дурой, чем когда поверила Оскару. Я скакала сюда, рискуя жизнью, чтобы спасти человека, который… который оказался обручён. Который слушал мои истеричные признания, зная, что у него уже есть невеста. И всё же он попросил меня остаться. Зачем? Чтобы ещё больше унизить? Чтобы потешить своё самолюбие?

Меня отвели в покои. Они были роскошными, огромными и ледяными, несмотря на пылающий камин. Служанки принесли горячую воду, одежду (простое, но добротное платье, явно не предназначенное для принцесс), еду. Я машинально умылась, переоделась, но вкус стыда и глупости не покидал меня.

Через час ко мне пришёл Ричард. Один. Его лицо было усталым и серьёзным.

– Ты должна поесть, – сказал он, садясь в кресло напротив. На низком столе между нами дымился чайник и стояли тарелки с лёгкой закуской. – И выслушать меня.

– Мне кажется, всё и так ясно, Ваше Высочество, – отрезала я, глядя в окно на темнеющий вечер. – Поздравляю с помолвкой. Невеста очаровательна. Идеальная партия для вас.

– Хлоя, – он произнёс моё имя так, что мне пришлось на него взглянуть. – Это не… не то, о чём ты думаешь. Кассандра – невеста по приказу моего отца. – У короля Бренриха замечательный вкус… – отозвалась я, смотря в пол.

Я промолчала, давая ему продолжать. Он поджал губы.

– Как только мой отец узнал, что из этой поездки я вернусь без… без союза с тобой, он немедленно активировал старый договор с домом Фэррен, – Ричард говорил ровно, но я видела, как напряжены его пальцы, сжимающие ручку кресла. – Политический союз. Для укрепления западных границ. Мой отказ от брака с тобой он расценил как… каприз. И решил положить ему конец, выбрав мне жену сам. Указ пришёл со скоростью сокола. Кассандра прибыла сюда практически следом за мной.

В его голосе слышалась горечь. И бессилие. Наследный принц, могучий маг, и всё же пешка в руках своего отца-короля.

– И теперь у тебя нет выбора, – тихо закончила я.

Он горько усмехнулся. – Выбор у принца всегда есть. Но каждый выбор имеет свою цену. Цена неповиновения в данном случае – нестабильность в королевстве, раздор среди знати, возможно, даже война на западе. Фэррены уже мобилизуют войска, рассчитывая на наш союз. Отказ теперь будет воспринят как оскорбление и повод к конфликту.

Он выглядел грустным, захотелось его обнять. Человек, который смирился с неизбежным. И в этот момент моя собственная боль, моя обида и гордость отступили, уступив место странному, щемящему чувству жалости. И вины. Если бы я не отказала ему… Если бы я не была такой ослеплённой, такой гордой…

Но сказать это вслух я не могла. Гордость, эта моя вечная спутница и мучительница, снова заковала мне горло в ледяной ошейник.

– Я понимаю, – сказала я вместо этого, и мои слова прозвучали пусто и формально. – Государственные интересы превыше всего. Это правильно.

Он посмотрел на меня, и в его глазах читалось разочарование. Возможно, он ждал чего-то другого. Слёз? Истерики? Или, наоборот, слов поддержки? Но я могла предложить ему лишь ледяное спокойствие.

– Вино, о котором ты говорила, – сменил он тему, и в его тоне вновь зазвучала деловитость, – будет проверено моим личным лекарем. И мы найдём Оскара. Ты не должна больше беспокоиться об этом.

Я кивнула. Беспокоиться? О чём мне теперь беспокоиться? О том, что он жив? Он был жив, невредим и обручён. Моя миссия завершилась полным фиаско.

– Я уеду завтра на рассвете, – заявила я. – Мне незачем здесь оставаться.

Ричард хотел что-то сказать, но в дверь постучали. Вошла Кассандра, уже сменившая дорожный наряд на вечернее платье цвета тёмного изумруда, подчёркивающее её глаза. Она сияла.

– О, вы здесь, милый. Я искала тебя. И графиня ещё не отдыхает? Как мило, что вы составили ей компанию. – Её взгляд скользнул по мне, по простому платью, по моим рукам, сложенным на коленях. – Надеюсь, покои тебе подходят, Хлоя? Можно я буду называть тебя Хлоя? Мы же, кажется, ровесницы?

Это было сказано так, словно она вонзала в меня тончайшую иглу.

– Я уезжаю завтра, леди Кассандра, – сказала я, вставая. – Так что не доставлю вам беспокойства.

– Какая спешка, – надула она губки, но в глазах читалось удовлетворение. – Ну что ж, тогда спокойной ночи. Приходи, Ричард, нам нужно обсудить список гостей на помолвчную церемонию.

Она вышла, уведя его за собой одним лишь повелительным взглядом. Ричард на пороге обернулся. – Отдохни, Хлоя. И… спасибо ещё раз. За всё.

Дверь закрылась. Я осталась одна в огромной, чужой комнате. Внизу, в холле, послышались её смех и его сдержанные ответы.

Я подошла к окну. Где-то в королевской конюшне отдыхал «Северный Ветер». Завтра мы уедем отсюда. Я вернусь в свой холодный, тихий дом, к своей ледяной магии и к жизни, которая теперь казалась не свободой, а изгнанием. Я спасла его жизнь, но потеряла всё остальное. Даже право на собственную боль – потому что теперь она была смешна. Он был обручён. А я была просто дура, примчавшись на покинутое поле битвы, когда война уже закончилась, и победитель определился.

Я стояла посреди бескрайней ледяной пустыни, созданной мною же. Вокруг не было ни замка, ни деревьев, ни неба, только ослепительная, кричащая белизна и лютый холод, вымораживающий душу. Мои руки были подняты, и из ладоней, как из разверзшихся врат зимы, лился нескончаемый поток инея. Но я не управляла им. Стой… Я попыталась сконцентрироваться, но он продолжал, холод поглощал всё вокруг.