– Довольно, – сказала я, опуская руки. Голос звучал хрипло от напряжения. – Этого достаточно? Или вам нужна физическая потасовка? Может мне скулаками на него набросится?

В башне повисла тишина. Рони стоял, тяжело дыша, его взгляд буравил меня. Не злости в нём было уже больше, а шока и… уважения? – С обычным магом это сработало бы, – наконец произнесла Стейси, нарушая молчание. Её голос был задумчивым. – Чистая нейтрализация. Рискованно, но эффективно. Допустим, защитный аспект освоен.

Нурак закашлял. – Да, да… тонкая работа. Очень тонкая. Не сломала канал, лишь приглушила. Интересно…

Рони, наконец, расслабил плечи. Магия снова вернулась к нему, я почувствовала знакомое тепло его силы. Он кивнул, один раз, резко. – Ладно. Не ожидал такого. Не тупица, что уже хорошо.

Я едва сдержала вздох облегчения. Самое страшное, казалось, позади. – А теперь, – Стейси снова обратилась ко мне, – вы упоминали некое практическое применение вашего дара, помимо боевого. Поделитесь.

Я сделала шаг вперёд, всё ещё чувствуя дрожь в коленях, но голос звучал твёрдо. – На кухне. Проблема хранения продуктов. Существующие ледники ненадёжны, они природные. Я могу создать не просто холодное помещение. Я могу создать стабильную, магически поддерживаемую морозильную камеру. С постоянной, регулируемой температурой. Чтобы мясо, рыба, ягоды, сыры не портились месяцами. Чтобы запасы королевства не пропадали.

Стейси внимательно смотрела на меня. Рони хмыкнул, но уже без прежней враждебности. – Полезно. Скучно, но полезно. – Покажите, – просто сказала Стейси.

Мы спустились в подвалы, в сырые, прохладные погреба, где уже стояли простые ледники – ямы, обложенные льдом и соломой. Я выбрала небольшое, пустующее каменное помещение. Закрыв глаза, я представила себе медленное, неотвратимое проникновение. Я положила ладони на холодный камень стены и выпустила магию. Саму суть зимы, вплетённую в структуру камня.

Камень потемнел, покрылся глубинным синеватым налётом. Холод, сухой и постоянный, начал распространяться от рук, заполняя помещение. Я сосредоточилась на поддержании, на создании не статичной глыбы, а живого, но замершего потока. Через несколько минут в комнате стало холодно, как в самую лютую январскую ночь. Я создала ледяные полки, встроенные в стены, и простой, но прочный инеевый замок на двери.

– Температура будет постоянной, – сказала я, отступая и чувствуя приятную, творческую усталость. – Пока я жива, я могу её поддерживать на расстоянии, это не требует постоянной концентрации. Позже, можно урегулировать на постоянку и без моего участия.

В дверях уже столпились слуги и повара, привлечённые слухами. Главный повар, огромный мужчина, осторожно зашёл внутрь, потрогал полку, глубоко вдохнул сухой морозный воздух. – Идеально, – пробормотал он, и его лицо расплылось в широкой улыбке. – Сухо, холодно. Здесь и мясо, и рыба, и фрукты пролежат… Боги, даже не знаю, как долго. Спасибо вам, ваша светлость! Это… это настоящий подарок!

За ним посыпались и другие благодарности. Я стояла, кивая, с странным чувством тепла в груди, совершенно не связанным с магией. Я сделала это. Что-то настоящее. Полезное. Мы вернулись в башню. Стейси обменялась взглядами с Нураком и Рони. Элиос сиял, как будто это был его личный успех.

– Контроль, – начала Стейси, – выше среднего. Стратегическое мышление в бою – присутствует. Практическое применение дара, не только найдено, но и успешно реализовано. – Она сделала паузу. – Графиня Хлоя Винтерхалл. Совет Королевских Магов признаёт ваш экзамен сданным. Отныне вы полноправный младший Королевский Маг. Ваши обязанности будут переданы вам завтра. Поздравляю. Слова повисли в воздухе. Не титул невесты. Не положение ученицы. Звание. Признание. Я кивнула, чувствуя, как комок в горле мешает что-то сказать. – Спасибо, – наконец выдохнула я.

Я шла по коридорам, и каждое сердцебиение отдавалось в висках звонким, победным эхом. Получилось. У меня получилось. Я не просто выдержала – я доказала. Им. Себе. Ему.

Мысль о Ричарде на мгновение омрачила ликование, превратив его в горьковатое, сложное чувство. Ярость никуда не делась, она тихо тлела на дне, но сейчас её заглушало нечто большее. Осознание. Раньше, ещё месяц назад, я бы променяла любую победу, любой титул на возможность сбежать обратно в свои комнаты в Винтерхалле, забиться в угол и чтобы всё вернулось как было. Чтобы мир снова был маленьким, понятным и безопасным.

Но сейчас… Сейчас я чувствовала себя живой. Силой, личностью… Королевский маг, с ума сойти, да?  Той, которая может постоять за себя, которая может принести реальную пользу. Эта мысль опьяняла сильнее любого вина.

Мне так хотелось поделиться этим чувством. Схватить кого-то за руку и выпалить всё: и про ледяные иглы, и про подавление магии, и про восторг главного повара. Но к кому? Ричард… Нет. Одно только представление о том, чтобы искать его сейчас, заставляло ярость вспыхивать с новой силой, смешиваясь со жгучим стыдом. Этот разговор мы отложим. И он будет на моих условиях.

Вместо этого я решила сделать себе подарок. День без магии, без книг, без оценивающих взглядов. Я направилась в конюшни. Я заслужила глоток простого, ничем не обременённого воздуха.

Запах сена, кожи и лошадиного пота встретил меня как старый друг. Я уже улыбнулась, собираясь позвать конюха, когда заметила знакомую коренастую фигуру у дальнего денника. Рони. Он чистил огромного вороного жеребца, движения его были резкими, точными, но в них была какая-то неожиданная… почти нежность. Картина была настолько неподходящей для образа угрюмого вояки, что я замерла на пороге.

Воспоминание ударило неожиданно: я в этой же конюшне, ночью, и Кассандра с кусочком яблока в руке. Тогда мне везде мерещились враги и заговоры. Сейчас я смотрела на Рони и видела просто человека.

Он почувствовал мой взгляд и обернулся, не переставая работать скребницей. Его лицо не смягчилось, но и не исказилось привычной гримасой раздражения. – Что, ещё не натешилась триумфом? – проворчал он, но в его тоне не было прежней ядовитости. – Иду гулять, – ответила я просто, подходя ближе. Жеребец фыркнул, настороженно косясь на меня. – Не помешаю? – Делай что хочешь. Твоё право, – он бросил фразу, и я поймала лёгкий, едва уловимый сарказм.

Я взяла с полки морковку и протянула её коню. Тот осторожно взял угощение, громко захрустев. – Спасибо, – сказала я после паузы, глядя куда-то мимо уха лошади. – За сегодня. За то, что не дал мне спасовать. Рони замер на секунду, затем с силой провёл скребницей по крупу коня. – Не за что. Работа. Да и… – он тяжело вздохнул, будто признаваясь в чём-то постыдном. – Не принимай мой характер в штыки. Я всегда такой. Ко всем. Особенно к новым. Особенно к тем, кого «по особенному» протащили.

«По особенному». Слова задели, но уже не так болезненно. Потому что сегодня я доказала обратное. – Я знаю, – сказала я. – Но ты был прав в одном. Раньше… раньше я в каждом видела либо угрозу, либо того, кто хочет мной воспользоваться. Мне было страшно.

– А сейчас? – он бросил на меня быстрый взгляд. – Сейчас я понимаю, что не все враги. И что даже у ежей, – я позволила себе слабую улыбку, вспоминая слова Элиоса, – бывают свои причины щетиниться.

Рони фыркнул, и это звучало почти как смех. Короткий, сухой, но смех. – Ты сегодня… да. Круто справилась. Честно. Я такого не ожидал. – Он отложил скребницу, повернулся ко мне, облокотившись о перегородку денника. Его темные глаза изучали меня без привычной враждебности. – Знаешь, я свой экзамен с первого раза не сдал.

Это признание прозвучало так неожиданно, что я не нашлась что ответить. – Да, – продолжал он, глядя куда-то в прошлое. – Провалился вчистую. На практическом применении. Мне нужно было создать что-то полезное для королевства. Что-то элегантное и долговечное. А я… – он горько усмехнулся. – Я тогда только из военной кампании вернулся. В голове – тактика, разрушение, защита пунктов. Я предложил усовершенствовать систему канализационных стоков в казармах с помощью магии земли, чтобы не засорялись. Стейси чуть со стула не упала. Нурак долго смеялся. «Практично, мистер Рони, но не совсем то, что мы ждём от Королевского Мага».