Перечитал написанное, проверяя, не упустил ли чего-то, и ощутил странное волнение.

Развернулся и протянул бумагу.

Микэль взяла пергамент, пробежалась глазами по строчкам. Очень быстро, почти небрежно, словно просто проверяя наличие текста. И отложила лист на лавку, даже не дочитав до конца. Шумно вздохнула…

И протянула мне руку.

Я без колебаний взял её ладонь и поднёс к губам, целуя нежную кожу пальцев томительным поцелуем. Наконец-то… Могу её коснуться.

Микэль рассмеялась. С этого ракурса мне почудились слезы на ее ресницах.

— Кайлас… — мягко позвала она.

— Мм? — я всё ещё держал её руку у своих губ, не желая отпускать.

— Надень мне браслет.

Застыл, не веря услышанному. Опустил руку и, спохватившись, быстро схватил браслет со стола, куда положил его. Остановился близко перед Микэль, сжимая плетение.

— Ты уверена? — выдавил я хрипло.

Она хмыкнула, в её глазах снова заиграли насмешливые огоньки.

— А мне теперь нужно уговаривать тебя, генерал? — поддразнила она. — Что же, вполне справедливое наказание за моё утреннее поведение и…

Я не дал ей договорить. Опустился на оба колена перед ней. Микэль ахнула от неожиданности, зажимая себе рот.

— Эй, ты вообще что творишь⁈ — забормотала она растерянно. — На одно колено, ну ладно ещё, это романтично, но на оба… это же…

Я не обратил внимания на её протест и бормотание. Взял её ладонь в свою руку.

— Микэль из рода Верлис, — почти шепотом произнёс, не позволяя ей отвести взгляд. — Согласна ли ты принять этот браслет, как первый дар, и перед священным ликом богов разделить со мной вечность, которую нам отмерят высшие силы?

Она молчала бесконечно долгие мгновения. Пыталась заглянуть в самую глубину души через взгляд, прочитать мысли. Проверить каждое слово, каждое данное обещание.

И… кивнула. Микэль выдохнула одно слово, едва слышное, но для меня звучащее громче раската грома:

— Да…

Надевая браслет на её всё ещё слегка подрагивающую руку, затягивая сложный узел, который теперь смогу развязать только сам, я осознавал главное:

«Это „да“ из её уст стало самым счастливым и одновременно самым сложным словом, которое я когда-либо слышал за все годы жизни».

Я сделаю всё, чтобы они никогда не пожалела об этом.

Микэль

Кайлас вышел минуту назад, бросив через плечо короткое «никуда не выходи, вернусь быстро», потому я осталась одна в его палатке, окружённая неровным светом факелов.

Прошлась вдоль стен, разглядывая убранство. Вернее, его полное отсутствие.

Никаких личных вещей, памятных безделушек, книг для души или чего-то ещё, что делает жилище домом. Просто походный стол, несколько стульев, лавка с периной, сундук в углу, стойка с оружием. Всё строго и по-военному аскетично.

Я провела пальцами по столешнице, собирая тонкий слой пыли. Интересно, как долго он уже здесь? И как вообще живут драконорождённые в походных условиях?

Всё, что произошло за последний час, никак не укладывалось в голове, крутилось калейдоскопом. Я согласилась на браслет, что для меня было фактически замужеством, верно? Получила письменные гарантии для своей свободы, что казалось абсурдным в этом средневековом мире, но одновременно грело душу.

И почему-то вместо паники или сомнений пришло… спокойствие. Я была рада, что решилась сделать этот шаг, что не струсила и не сбежала от возможности быть счастливой, даже если эта возможность пугала своей неизвестностью.

Но я осознавала и реальность — мы почти не знаем друг друга. Несколько дней общения, большая часть которых прошла в экстремальных ситуациях и эмоциональных качелях. Неизбежны притирки, моменты, когда захочется всё бросить к чертям. Так в любых отношениях.

И вот тут меня терзал главный вопрос, а что, если через год или два окажется, что мы не подходим друг другу?

Бывший муж на Земле… в начале тоже всё было ровно, даже хорошо. Мы ладили, смеялись над одними шутками, строили планы. А потом, лет, как будто что-то щёлкнуло. И началось мучительное разрушение.

Но на Земле есть развод. Можно разойтись, поделить имущество и начать жить дальше отдельно. А здесь? Здесь браслет, который снять может только он сам. Здесь связь душ, которая не разрывается, вечность, о которой так красиво говорил Кайлас.

Что если эта вечность превратится в клетку?

Ладно, хватит думать о плохом. Надо жить здесь и сейчас, наслаждаться моментом и решать проблемы по мере их поступления. Как я всегда и делала.

Отвлекаясь от тревожных размышлений, глаза зацепились за лист пергамента на столе. Он лежал лицевой стороной вниз, будто кто-то спешно перевернул его, прерванный посреди чтения.

Я обернулась ко входу в палатку, проверяя, но полог был опущен, Кайлас не возвращался. И тут же укорила себя за то, что вообще подумала подглядывать. С другой стороны… я же теперь его истинная, практически жена, как бы странно это ни звучало. Разве у меня нет права знать, чем он занимается? Особенно если это касается военных дел и может повлиять на безопасность моего поместья?

К тому же, я всё-таки баронесса Верлис. Пусть и номинальная, пусть вселившаяся в чужое тело, но формально эти земли под моей ответственностью. Мало ли что они тут с этим королём замышляют, какие игры ведут?

Оправдания звучали убедительно, по крайней мере для моей совести.

Я быстро подняла лист, пробегая глазами по строчкам. Нахмурилась, перечитывая написанное ещё раз. Продовольствие в обход короля? Отозванный гарнизон?

Что это вообще значит? Какие-то политические интриги между местными властителями и княжеством Кайласа? Только этого мне сейчас и не хватало, оказаться в эпицентре международного конфликта.

Я же теперь замужем за иностранцем, технически. За генералом армии другого государства. Если местный король решит, что драконорождённые — угроза или нарушают какие-то соглашения, меня тоже могут записать в предатели за связь с ними.

Хотя… если мне начнут ставить палки в колёса из-за политики, я просто заберу своих людей и уеду. В княжество к Кайласу, например. Или в любое другое место, где нас оставят в покое.

Но тут же осеклась, вспомнив о детях из приюта. Я же не могу просто взять и бросить их. Но и взять их с собой не могу. Они под моей ответственностью, и если я сбегу, их вернут в ту дыру.

У меня вообще в последнее время всё чаще появлялись мысли о том, что если в этом мире такие чудовищные проблемы с сиротами и системой приютов, то надо найти какой-то обход. Способ помочь хотя бы тем, кого я успею вытащить, дать им шанс на нормальную жизнь.

Как минимум, я смогу дать им работу в своём постоялом дворе. Служанки, конюхи, помощники на кухне, уборщики, рабочих рук всегда не хватает в таких заведениях. И пусть я не смогу пристроить всех сирот королевства, но надо хотя бы начать с кого-то. Со своих.

Тот же Кейран, например. Угрюмый подросток, который смотрел на всех исподлобья и огрызался на каждое слово. Хотя бы ему надо дать место и работу, уже сейчас! Узнать, как правильно оформляется найм в этом мире, какие документы нужны.

Потому что его совершеннолетие уже не за горами. По тем записям, что таки предоставила мне Веда, Кейрану исполнится семнадцать в конце зимы. Он станет совершеннолетним по местным законам. А это значит, что у меня всего несколько месяцев, чтобы его пристроить, дать ему законное место жительства и работу, иначе его просто выкинут из системы на улицу.

Может, именно поэтому парень такой злой и замкнутый? Потому что осознаёт, что его ждёт совсем скоро, и не верит, что кто-то захочет ему помочь?

Надо будет поговорить с Пиртом и Никалусом, узнать все тонкости найма и…

— Подглядываешь, алария?

От неожиданности я подскочила на месте, пергамент выскользнул из рук и, описав дугу в воздухе, спикировал прямиком в жаровню.

Нет-нет! Только не это!