— Добрый вечер, госпожа баронесса, — поздоровалась одна из девочек постарше, неловко поднимаясь со своего места.

— Добрый, милая, — кивнула ей в ответ. — Садись, пожалуйста, не вставай. Приятного аппетита вам всем.

— Спасибо! — послышалось несколько благодарных голосов.

Они быстро вернулись к своим прерванным разговорам и еде, напряжение в воздухе спало. Хорошо, это очень хорошо. Дети начинают привыкать ко мне, перестают меня бояться, видят во мне не угрозу, а просто взрослого человека, часть их новой жизни.

Хотя один человек за столом так и не расслабился ни на секунду.

Кейран.

Он сидел в самом темном углу столовой, обособленно от всех остальных групп детей. Перед ним стояла почти нетронутая тарелка с остывающей едой, но он просто бесцельно ковырял вилкой, передвигая куски мяса и картошки туда-сюда, создавая видимость.

Моим первым порывом было бы предположить, что он просто злится и психует, что теряет свою прежнюю власть и авторитет над другими детьми, которые теперь заняты своими интересными делами и не обращают на него никакого внимания. Что бунтует против новых порядков, против дисциплины, против взрослых, которые им руководят.

Но нет, это было совсем не то ощущение.

Кейран не казался разозленным бунтарем или обиженным лидером. Он казался… испуганным. Да, именно так, хотя изо всех сил пытался скрыть этот страх за маской безразличия и показной угрюмости.

Чего же он так боится? Меня лично? Вряд ли, я для шестнадцатилетнего подростка не представляю никакой угрозы — просто очередная «баба», пусть и с титулом баронессы. Драконорожденных воинов и их тренировок? Возможно, сегодняшнее занятие с бойцами наверняка стало для него настоящей встряской — он точно привык доминировать над младшими и слабыми, будучи старшим, а тут столкнулся лицом к лицу с настоящей силой.

Или… или он просто боится перемен как таковых? Боится, что вся эта непривычная стабильность, сытость, безопасность — временные, ненадежные, что скоро все рухнет как карточный домик, и они снова окажутся выброшенными на улицу без крыши над головой?

Не знала ответа. Но очень, очень нуждалась в том, чтобы найти истину. Потому что проблемные, закрытые подростки с травмами — это самые настоящие бомбы замедленного действия с непредсказуемым таймером. Если не разобраться с ними вовремя, не помочь, не найти подход, они рано или поздно взорвутся изнутри, и тогда разнесут к чертям собачьим всю нашу хрупкую, с трудом выстраиваемую гармонию.

Нужно серьезно поговорить с Ланой. Пусть она внимательно приглядит за Кейраном, попытается осторожно выяснить, что у него творится на душе, чего он… боится.

Прошла дальше на просторную кухню, где неутомимая Фания колдовала над своими кастрюлями и сковородами, а старательная Амели мыла гору грязной посуды. Новая служанка перебирала что-то в ящике.

— Ох, госпожа баронесса! — искренне обрадовалась Фания, подняв голову и увидев меня в дверном проеме. — Наконец-то соизволили выбраться из своей рабочей берлоги! А я уж всерьез думала, придется нести вам ужин прямо в кабинет да привязывать к стулу, кормить с ложечки.

— Спасибо за заботу, но, — опустилась на свободный стул у большого кухонного стола с облегчением. — Лучше уж поем здесь, на кухне, если ты не возражаешь против моего общества.

— Да что вы, какие могут быть возражения! — она проворно поставила передо мной большую тарелку, щедро наполненную ароматным тушеным мясом с овощами. — Ешьте скорее, пока все еще горячее и не остыло.

Набросилась на еду, и только в этот момент по-настоящему осознала степень своего голода. Желудок радостно и благодарно урчал, приветствуя каждую ложку, так и говори: «Оборзела ты хозяйка, уйду я от тебя».

— Как там наши дети, справляются? — спросила между. — С дежурствами, с работой?

— А как же, справляются отлично! — Фания гордо кивнула. — Две девочки у меня сегодня на кухне работали, помогали. Одна овощи чистила для супа — золотые руки у ребенка, скажу я вам! А вторая помогала с тестом для завтрашних пирогов. Умницы обе, старательные.

— И парень тоже сегодня помогал, — с энтузиазмом добавила Амели, не отрываясь от своего занятия. — Такой сильный оказался! Ведра с водой из колодца таскал весь день туда-сюда, даже ни разу не запыхался и не пожаловался на усталость.

— Вот-вот, именно так, — подтвердила Фания, возвращаясь к плите. — Толковые детишки, если с ними правильно и по-человечески обращаться, уважение проявлять. Просто никто до сих пор этого не делал с ними, вот они и одичали от такой жизни.

Кивнула, продолжая ужинать. Пирт и Лана действительно делают настоящее чудо, грамотно организовав все за какие-то сутки. Система дежурств, разделение на группы по возрастам и интересам, занятия полезным делом — дети чувствовали свою важность.

Доела ужин достаточно быстро, поблагодарила Фанию и вернулась в пустой холл. Хотела было сразу подняться к себе в спальню, в который раз обещая себе посмотреть, что там за мыльня во дворе. Хотела переодеться в ночную рубашку, может быть, еще раз подумать над планом строительства перед сном…

Но не успела я дойти до лестницы, как в входную дверь громко постучали. Так и застыла на месте в позе суслика, уставившись на дверь с недоумением. Кто это может быть в такое позднее время? В эту дверь при мне вообще никто не стучал. Промелькнула мысль: «А может, обились дверью?».

— Ага, конечно, ты еще скажи, что не в тот домофон позвонили, — пробормотала растерянно, делая все же шажок назад.

Лиди, которая как раз возвращалась из прачечной с бельем, поспешно бросилась открывать. Фух, ну слава Богу! Створка тяжелой двери распахнулась, и я услышала ее взволнованный голос:

— Генерал Кайлас! Добрый вечер вам! Э-э-э… Прошу, проходите!

Генерал.

Кайлас.

Он пришел, как и обещал в своей записке.

Ой, мама, забери меня обратно…

Пристыжено огляделась по сторонам, малодушно подумав, что сбежать еще не поздно. Так… отставить панику! Ты взрослая женщина, сама на него вчера как кошка на валерьянку лезла, так отвечай за последствия!

— В крайнем случае притворюсь душевно больной… — прошептала себе под нос.

Но глупое сердце забилось быстрее, ладони мгновенно вспотели, во рту пересохло. Одернула складки юбки, пытаясь пригладить измятую за день ткань, машинально поправила растрепавшиеся за волосы, которые не напоминали, увы, приличную прическу, а больше походили на птичье гнездо.

Идиотка! Ну какая, к чертям, разница, как ты сейчас выглядишь! Это же просто… просто формальный визит. Может, хочет обсудить детали охраны, может… Ничего личного, никакого подтекста.

Так почему же я стою тут столбом, как полная дура, и не могу заставить себя сдвинуться с места или хотя бы нормально дышать?

Лиди обернулась, озираясь в поисках меня.

— Госпожа баронесса, — позвала она вполголоса. — К вам… к вам пришли гости. Генерал Кайлас и двое его воинов.

Сглотнула с трудом, кивнула.

— Спасибо, Лиди. Я… я сейчас выйду к ним.

Девушка кивнула и скрылась обратно в холле, а я стояла, собираясь с духом и пытаясь унять дрожь в коленях.

Спокойно, Мика. Ты взрослая, вменяемая, разумная женщина. Веди себя соответственно. Никаких глупостей, никакого заикания, никаких воспоминаний о вчерашнем вечере.

Глубоко вдохнула, выдохнула, расправила плечи.

И пошла к двери, намеренно, впрочем, глядя строго в пол.

Какой, между прочим, красивый пол в этом холле! Интересный паркет, явно ручной работы. Любопытно, из какого именно дерева его делали? Дуб, судя по цвету? Или что-то более экзотическое… попаданческое, ага. И узор выложен очень изящно, с фантазией, надо будет как-нибудь на досуге рассмотреть поближе все детали орнамента…

Тупица! Ты пытаешься спрятаться от взгляда сексуального мужчины, рассматривая пол! Это же выглядит смехотворно!

Остановилась, когда взгляд уперся в носы кожаных сапог. Черных, тщательно отполированных до зеркального блеска, со сложной шнуровкой, поднимающейся до середины икры.