- Да. Дядя Феликс пытался напасть на меня. Он был одним из них.

Она резко повернула голову ко мне. - Дядя Феликс? - Мое внимание привлекло движение, и я посмотрел вниз и увидел, что она стучит пальцами по большим пальцам рук. Снова и снова, словно это был какой-то нервный жест, который она недавно освоила. - Как ты сбежал?

- Мне есть что тебе рассказать. Но я не уверен, что сейчас подходящий момент. Но я расскажу, обещаю. Я расскажу тебе все.

- Когда ты прошел через ту арку и не вернулся... я подумала... - Ее глаза блестели, и она запрокинула голову.

- В тот момент я поняла, что осталась совершенно одна в этом мире. Я почувствовала это где-то внутри себя. Эту темную пустоту, которая заползла в мою грудь. - Она уставилась в dalek, как будто погрузившись в транс. - Если бы не Морос, я сомневаюсь, что смогла бы выбраться из того леса живой.

- Морос помог тебе выбраться из леса. - Мой ровный тон отражал мое нежелание верить ее словам.

Последний раз, когда я видел Мороса, его проглотило то же существо, которое содрало кожу с дяди Рифтина и превратило его в гротескную версию самого себя. Наверняка она была в бреду той ночью. Это было возможно. Она пережила травму, потеряла ребенка и была изгнана в страшный лес — и все это за один раз. Но любопытство заставляло меня продолжать допрашивать ее. - И ты чувствовала себя в безопасности с ним?

- Да. Он сказал мне не волноваться. Что он найдет тебя и приведет обратно ко мне. - Она повернулась ко мне, глаза ее были полны странного удивления. - И теперь ты здесь.

- Расскажи мне, что произошло.

Она пожала плечами.

- На самом деле, рассказывать нечего. После того как он вывел меня из леса, толпа уже рассеялась. Вокруг царила странная и блаженная тишина. Я почти подумала, что умерла. Если мы с Моросом оба мертвы, и наши души идут бок о бок. - Она уставилась в пространство, словно переживая ту ночь заново, и мое собственное видение этого момента проскользнуло в моем уме, как густой маслянистый шлам. - В тот момент, когда мы подошли к дому Агаты, я поняла, что это не так, когда она отказалась впустить меня. Загробная жизнь не может быть такой жестокой. В конце концов, мучения и отвержение — удел только живых. - Она вздохнула. - В любом случае, это Морос приютил меня. Он дал мне убежище, когда эти существа вылезли из леса.

Я хотела поверить ее словам, представить, что все, что я видела той ночью, было не более чем иллюзией, но не смогла. Я отказалась, потому что даже если Морос и не превратился в жуткого монстра на моих глазах, он все равно оставался плохим человеком. Плохим человеком, который сшивал ноги женщинам и угрожал превратить меня в одну из своих гротескных русалок. - Это невозможно. Алейсея, я видела, как Ратхавор поглотил Мороса. Он превратился в Мороса.

- Я тоже видела многое в ту ночь. Я видела дядю Рифтина на опушке леса, он звал меня. Морос сказал мне, что это не было реально. Что все это было в моей голове. Те ужасные укусы были каким-то отвратительным ядом, понимаешь. Я просто галлюцинировала, вот и все. Теперь я это знаю.

Я не стала объяснять, каким кошмарным образом я видела смерть дяди Рифтина. - Когда мы нашли тебя, ты лежала на полу в кладовой. Словно Эловен положила тебя туда.

- Эловен?

- Старая ведьма.

- Да. Она действительно положила меня туда. - Ее лицо исказилось злобной гримасой. - Злая старая ведьма пыталась убить меня.

- Почему?

- Я не уверена. Сначала она была довольно милой. Когда я ушла от Мороса...

- Ты ушла от Мороса?

- Да. Ну, технически, он ушел от меня первым. Запер меня в одной из спален своего особняка.

- Он пытался причинить тебе вред.

- Нет. Он ушел довольно внезапно и запер меня в комнате — примерно в то время, когда эти существа добрались до деревни. Подозреваю, что он пытался защитить меня. Но он так и не вернулся. - Она продолжала постукивать пальцами по большому пальцу. - Полагаю, он стал одним из них.

— Итак, тебе удалось сбежать.

— Да. — Она нахмурилась и потеребила висок. — Я уверена, что так и было. И каким-то образом я оказалась здесь.

— Ты сказала, что Старая Ведьма сначала была милой. Она тебя приютила?

Она подняла нос в воздух и закрыла глаза, словно вдыхая аромат. — Это запах кролика?

- Да. Еще нужно немного подождать, пока он приготовится.

- Я очень голодна. Я бы сейчас съела, если можно.

-

Он еще не готов, Алейсея. Разве ты не помнишь, как в прошлый раз случайно съела сырое мясо?

Она наклонила голову. - Нет.

- Тебе было плохо. Блевала почти всю ночь. После этого ты почти не ела мясо.

- Ну, в наши дни нельзя быть привередливой в еде, верно? Полагаю, я выработала терпимость, после того как мир пошел к черту.

- Скоро будет готово. А пока есть другие вещи. Консервированные яблоки. Тушеные помидоры.

Ее плечи опустились от разочарования. - Я очень хочу мяса. Только немного, Мэвис, — заныла она. - Я так голодна. Я даже не помню, когда в последний раз ела.

- Я обещаю, Алейсея. Это будет всего лишь несколько...

- Мэвис! - Быстрое раздражение в ее глазах постепенно смягчилось, когда она перевела взгляд на дверь, где, я была уверена, стоял Зевандер и наблюдал за нами. - Я не хотела кричать. Прости меня. Я не в настроении.

Я кивнула и отступила к двери.

- Я принесу еды. - Проходя мимо Зевандера, который не спускал глаз с Алейсеи, я положила руку ему на плечо. - Все в порядке.

Хотя кролик не был полностью розовым, я знала, что он не проварился достаточно, но все равно начерпала суп в миску и отделила несколько жестких кусочков кроличьего мяса, которые не выглядели совсем сырыми.

- Ты уверена, что все в порядке? — спросил Зевандер, когда я снова прошла мимо него по пути в ее спальню.

- Да. Она просто очень голодна, и раздражительна, — добавила я про себя, продолжая идти.

Осторожно передавая ей тарелку, я села на стул напротив нее и наблюдала, как она неловко ложкой загребает суп в рот. Бульон стекал по ее подбородку, и она практически погрузила лицо в миску, чтобы достать мясо.

- Осторожно, Алейсея. Оно очень горячее.

Когда она отняла миску, она уставилась на меня, нахмурив брови и сжав губы так, что это напомнило мне дикого пса. От ее вида у меня волосы на затылке встали дыбом.

Она быстро расхохоталась. - Я просто дурачилась. Помнишь собаку миссис Кастор, которая рычала на все, что проходило мимо ее миски?

Это воспоминание вызвало у меня полуулыбку. - Да, помню. - Я была рада, что она тоже это помнила.

- Я всегда ненавидела эту паршивую дворняжку.

- Мне нравится думать, что его просто неправильно поняли.

- Да, ну ладно. Кстати, о дворняжках, ты еще не представила меня своему другу.

Я нахмурился от этого оскорбления. - Его зовут Зевандер.

- Зевандер? Что это за имя?

- Веспири, — сказал Зевандер, стоя за моей спиной и опираясь на дверной косяк. - Это означает «двигаться быстро.

Она подняла глаза, и румянец, который покрыл ее щеки, показал мне, что она не заметила его присутствия. - Я никогда не слышала о Веспири.

- Как я уже сказал... нам есть о чем поговорить. - Я подождал, пока она снова сосредоточится на мне. - Ты рассказывала мне, что Старая Ведьма приютила тебя после того, как ты сбежала от Мороса.

- Я не сбегала от Мороса, глупый. Я сбежала из его дома.

- Верно. И Элоу... Старая ведьма дала тебе приют.

- Да. И она заперла меня в холодной кладовой по причинам, которые я не могу понять. - Она четыре раза постучала ложкой по миске. Сделала паузу, а затем постучала еще четыре раза. Прежде чем я успел спросить ее о странном поведении, она спросила: - Можно я немного отдохну? Я все еще чувствую головокружение и недомогание.

- Конечно. Да. У нас есть много времени, чтобы все обсудить.

- Да. Много времени, теперь, когда ты вернулся.

- Если я понадоблюсь, я буду в другой комнате.

Она протянула мне миску, слегка улыбнувшись. - Спокойной ночи.