Мы не делали ничего запрещённого или непристойного, я не ощущала вину за тесные объятия, но во всех наших действиях чувствовалась необъяснимая обоюдная симпатия.

— Ты, наверное, устала? — спросил он, нехотя разрывая объятия.

Я виновато заулыбалась. Он отпрянул, вынуждая оторваться от него. Руки соскользнули с его плеч, но он поймал их и накрыл ладонями. Я удивлённо посмотрела ему в глаза, и было в них что-то соблазнительное, обещающее избавить от мучительных раздумий.

Он не мог знать о причине моей печали, но в его глазах бегали чёртики, и мне это нравилось. Его объятия могли отвлечь, успокоить. Так зачем противиться? Мой спутник оказался отличным танцором и приятным собеседником, отличающимся чувством юмора и обаянием, сочащимся изо всех щелей.

Он отпускал шуточки в адрес музыкантов и танцующих рядом пар, всячески меня развлекал рассказами. Мы будто были знакомы целую вечность, и, не чуя каблуков, я выписывала такие па, что голова шла кругом.

Забыв на время о существовании Бена и Мариссы, о цели, что привела нас всех на бал, я смеялась и купалась в чарах, которые в изобилии парень изливал на меня.

А зря.

Медленную композицию сменила задорная мелодия, зал возликовал и зааплодировал. Бойкие музыканты пританцовывали за пурпурной бархатной ширмой, а разгорячённая алкоголем публика строилась паровозиком.

Смеясь и повизгивая, линейка двинулась по периметру помещения, активно виляя бёдрами в такт мотиву, и хватаясь друг за друга. На поворотах весёлый хоровод терял слабые звенья.

Не успела я ахнуть, как мой спутник потащил меня вслед за ритмично покачивающейся толпой. Он рассчитывал вернуть мне бодрое расположение духа. Центр зала опустел, все держались за руки или хватались за соседа спереди, беззаботная и безобидная забава, я вдруг вспомнила о Джоше и Лорелее.

Оглядев резво скачущую толпу, сумела разглядеть сине-зелёное чешуйчатое платье русалки. Сверкающая юбка задиралась из-за активных движений хозяйки, оголяя стройные ноги, золотые волосы разметались в воздухе. Рядом мелькала маска Джоша.

Они плыли в потоке напротив, подражая всеобщему безумию. Джош обернулся, поймал мой взгляд и пожал плечами. А что я могла сказать? Приятное времяпрепровождение мешало делу. Мы забылись, отвлеклись.

Едва я выдала ему кислую улыбку, как фамильяр охватил меня руками и вытянул из хоровода. Мы словно вынырнули из бурной реки, оказались вне шумной волны и учились заново дышать.

Он подвёл меня к столу с шампанским, держа за руку. Поднос почти, опустел, но два бокала сиротливо ждали именно нас. Спутник протянул один мне, и мы звонко чокнулись.

— За знакомство, — сказал он, улыбаясь.

— Но ты так и не сказал, как тебя зовут, — напомнила я и отпила из бокала.

— Тед, — бесхитростно ответил парень и расплылся в лучезарной улыбке. Не знаю, что отразилось на моём лице, надо отдать должное карнавальной маске, но мысленно я скисла. — Я почему-то решил, что мы знакомы.

— Нет, — проблеяла я, сжимая в руке хрустальную ножку фужера.

Я чуть не подавилась шампанским от потрясения. Хмель из головы стремительно выветривался - вспомнилось, зачем меня занесло на запрещённую вечеринку для студентов.

Тед хотел что-то добавить, шагнул ко мне, но его привлекла возня у ширмы. Парень повернул голову, и его лицо разгладилось, брови сошлись на переносице. Я невольно проследила за его взглядом.

Кто-то запутался в тяжёлой бархатной ткани и, в попытках вырваться его бросало из стороны в сторону. Тед склонился, словно для поцелуя, но его внимание всё ещё было приковано к ширме. Да что же там происходит?

Прижавшись гладко выбритой щекой к моей щеке, легко, едва касаясь, он потёрся, провёл по ней губами. Меня окатило волной мурашек, стало нечем дышать. Его дыхание согревало, заводило, и голова шла кругом от новых, украденных ощущений.

Тед принял меня за другую девушку. Я не должна была здесь находиться, не должна радоваться тому, как по телу разливалось покалывающее тепло. Но радовалась. Да и он не сильно огорчился, когда понял, что ошибся.

И всё неохотнее мой взгляд возвращался к ширме, всё быстрее Тед терял к ней интерес. Он заглядывал прямо в глаза, ненавязчиво напирая и зажимая меня между стеной и своим телом. Сильные руки обхватили мою талию, я ахнула и замерла.

Его лицо оказалось совсем близко, я упала в его глаза, утонула - они помутнели от желания. Невыносимо хотелось прижаться к его губам, узнать, какие они на вкус. И я осторожно подалась навстречу. Тед навис надо мной, но грохот за ширмой вновь отвлёк его.

Поцелуй вышел смазанным. Вернее, он совсем не вышел - Тед скользнул губами по моей щеке, поворачиваясь на звук. Ширма опасно натягивалась, будто за ней боролись, и мой кавалер напрягся.

Он уже думал бросаться разнимать драчунов, но к нам от дверей бежал высокий парень в чёрном костюме и маске. Тот, что стоял с Тедом на входе. У меня внутри всё застыло - это же Картер! Его я видела в поле!

— Ты нам нужен, — запыхавшимся голосом сказал фамильяр.

Тед нехотя отвернулся от ширмы и посмотрел на друга.

— Что случилось? — он говорил ровно, бесцветно, я почти поверила, что его ничуть не взволновало появление Картера. Руки Теда лежали на моей талии, но они напряглись, вспотели.

— Книжный червь слетел с катушек, — прошептал Картер, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

Парень выглядел встревоженным и озирался на танцующую толпу. Я старалась не разглядывать его, хотя подмывало посмотреть ещё раз в эти голубиные глаза.

— Я не могу найти Мариссу.

Сердце колотилось так сильно, что, казалось, его мог услышать Тед. Я отпрянула и припала губами к бокалу с шампанским. Тед почувствовал, что момент испорчен, и его руки соскользнули с моей талии. Чуть отодвинулся, теперь я могла свободно дышать и двигаться.

— Прости, — с ноткой разочарования шепнул он мне в волосы и на миг уткнулся в них носом. — Я найду тебя.

Я робко кивнула и выдала обворожительную улыбку. Тед отступил, с сожалением глядя мне в глаза. Что-то кольнуло в груди - совесть? Я выдержала его взгляд, но не успела моргнуть, как фамильяры исчезли - в голове вихрем пронёсся шорох перьев и отрезвил.

Расслабленно прислонившись спиной к стене, осушила бокал одним глотком. Надо бы догнать их и узнать, что произошло. Запрокинув голову, я прикрыла веки, наслаждаясь сладким вкусом пузырьков.

В зале царил приятный полумрак, по сводам ползли золотистые блики, помещение сотрясалось от музыки. Я чувствовала кожей вибрацию, слышала топот танцующих ног и шорох бальных платьев, не замечая возню за ширмой. Он слился с общей атмосферой.

Раздался треск рвущейся ткани, я открыла глаза и повернула голову. Из-за ширмы вывалились два страстно переплетающихся тела. Я сдавила бокал пальцами, каким-то чудом не расколов тонкое стекло.

Возникло желание запустить им в эффектно возникшую парочку - передо мной без всякого стеснения жарко целовались Марисса и Бен.

Он по-хозяйски хватал её за ягодицы, а она прогибалась навстречу. Марисса жадно цеплялась пальцами за его плечи. Прижав девушку к стене, Бен с неподдельным энтузиазмом и неприкрытым желанием изучал её рот языком.

Скользнув ладонью вниз по изгибу бедра до разреза платья, он запустил в него руку. Провёл пальцами по гладкой коже, задирая подол, сдавил пальцами и сорвал стон с её губ. Марисса разорвала поцелуй, ловя воздух ртом.

Они смотрели друг на друга и дышали так, словно только что занимались сексом за ширмой, и страсть ещё не ушла. Я чувствовала запах похоти, она резала моё сердце раскалённым ножом. Если Бен играл, то в совершенстве. Даже я поверила, что говорить о Мариссе.

В груди что-то сжалось, и я прерывисто выдохнула. Бен услышал и нехотя повернул голову. Он будто не мог оторваться от Мариссы, но оказался вынужден, и горько сожалел об этом.