— Теперь ты сердишься. Неужели на меня?

— Своими прикосновениями ты меня компрометируешь.

— Если тебе приятно, то ничего плохого в этом нет.

Он открыл глаза и нахмурился, собираясь выдать очередную злобную шуточку, но в коридоре раздался заунывный кошачий вой. Бен жестом указал на дверь и холодно усмехнулся:

— Вот видишь! Даже кот возмущается. Впусти его уже, пусть успокоится.

— Нет!

— Ты меня и от кота будешь прятать? — от Бена вновь повеяло силой. Я сжалась, когда он шагнул почти вплотную. — Открой немедленно дверь!

— Не могу, — я покачала головой, рассыпая мокрые волосы по плечам.

— Почему? — его голос понизился до обжигающего шёпота, глаза темнели и наливались магией.

В комнате становилось жарко, а когда заморгал свет, я выскользнула из-под руки Бена и шагнула к двери. Прижавшись к ней плечом как можно осторожнее, упрямо уставилась на надвигающегося рагмарра.

Игриво вскинув брови, он улыбнулся:

— Почему ты не даёшь мне его впустить?

— Тише, — попросила я, но Бен категорично покачал головой. — Ты не понимаешь….

— Что именно?

— Это не просто кот, Бен, — я уже перешла на шёпот.

А когда он подошёл совсем близко, выставила руки и упёрлась в грудь. Крепкая, пылающая, часто вздымающаяся - меня окатило теплом. Я покрылась мурашками, и сердце затрепетало пойманной птицей.

Во всех наших взглядах и телесных контактах было гораздо больше интимного, чем можно представить. Мы не дотрагивались друг до друга просто так, особенно Бен. Он страдал от противоречий и внутренней борьбы с изменениями из-за «искупления».

Но мы оба делали вид, будто новая ступень в наших отношениях ничего не значит, хотя ещё вчера любое касание, случайное или нет, вызывало настоящую бурю в душе. Всё осталось по-прежнему, но Бен стал смелее, и теперь осознанно трогал меня. Хотя сейчас прикасалась я, что особенно нервировало его. Ещё вчера.

— Что не так с этим котом? — еле слышно спросил он, наклоняясь ниже. Свет больше не мигал, воздух не плавился от магии, но пылала моя кожа от его дыхания.

— Он не совсем кот, — пробормотала я и облизала губы. — Вернее, он совсем не кот.

Бен замер и нахмурился. Он отстранился, чтобы вопросительно посмотреть мне прямо в глаза, но взгляд упал на мои ладони, лежащие на его груди.

Отпрянув плавно и грациозно, он скрестил руки, пытаясь скрыть неловкость. Я не стала уязвлять его и без того задетое самолюбие и сделала вид, что ничего не заметила.

— А кто же он?

Не успела и рта раскрыть, как Бен оказался около меня и неуловимым движением отодвинул от двери. Я оказалась в кольце его рук. Он отвернул меня лицом к окну, держа за талию, и отпер замок.

Щелчок, нажим ручки, и дверь медленно отворилась….

— Какого…?! — пробормотал Бен.

Перед ним стоял Джош и, как я успела заметить в отражении в окне - совершенно обнажённый.

Бен рывком закрыл дверь, но тот успел упереться в неё руками.

— Я - её телохранитель! — раздался с той стороны грозный голос, напоминающий рык.

Бен повернул меня к себе лицом и отпустил. Он смотрел с недоумением, продолжая удерживать дверь.

— И правильно, нечего ему здесь делать, — процедил и изогнул бровь.

— Открой немедленно, Эшли! — потребовал Джош. — Или я разбужу твоих сестёр! Будешь сама объяснять, что я делаю посреди ночи около твоей спальни голый!

— Твою мать, — в сердцах прошептала я и двинулась к ванной за полотенцем. Вернувшись, осторожно отворила дверь и просунула его в образовавшуюся щель. — Накинь ради приличия!

Джош вошёл по-хозяйски - глядя мимо меня, распахнул дверь и решительно двинулся на Бена. Тот не шелохнулся и виду не показал, что ситуация вышла из-под контроля. Смотрел на парня с флегматичным видом.

Чем, видимо, смутил Джоша и вызвал интерес одновременно. Он остановился, придерживая одной рукой повязанное на бёдрах розовое махровое полотенце. Прищурившись и чуть склонив голову, изучал рагмарра. Бен следил за ним ничего не выражающим взглядом.

— Где твоя одежда? — возмутилась я, закрывая дверь.

Джош бросил быстрый сердитый взгляд через плечо, и снова его внимание оказалось приковано к Бену.

— Я проснулся мордой в вафлях со слипшимися от сиропа ресницами и волосами, — прорычал он, не оборачиваясь. — Решил принять ванну прежде, чем обрушить свой праведный гнев и потребовать возмездия у одной самовлюбленной ведьмы!

— Прости, — проблеяла я, но Джош остановил мои излияния, подняв вверх указательный палец.

И его улыбка не обещала ничего доброго.

— Я простил тебе заклинание, от которого у меня распухло лицо, — холодно проговорил он. — Простил недельную икоту, но это…. Надеюсь, над ним ты издеваешься с тем же азартом?

Джош ткнул пальцем в Бена, и тот вопросительно изогнул брови, выражение лица при этом осталось каменным.

Мужчины сверлили друг друга тяжёлыми взглядами, и на несколько невыносимых минут в комнате повисла тишина. Никто не желал сдаваться, оба оказались жутко упрямыми и, наверно, могли бы простоять так всю ночь, а то и сутки, но моё терпение лопнуло.

Я прошлёпала на середину комнаты и встала между ними.

— Даже не думай, Джош! — прошипела я, и он опустил на меня удивлённый и почти оскорблённый взгляд.

Он скривился.

— На нём моя одежда?

Я пристально на него посмотрела.

— Тебе она всё равно не нужна.

Джош открыл рот, собираясь что-то ответить, но его внимание привлёк поднос с пустыми чашками и блюдом, на котором сиротливо лежала недоеденная вафля.

Джош побелел от злости и обиды.

— Ты его ещё и кормишь!?

Мигнув, я покосилась на Бена. Он смотрел на Джоша, и на губах улавливалась коронная ухмылочка.

— Что толку от мёртвого рагмарра?! — небрежно пожав плечами, нашлась я и устало вздохнула. Мои слова подстегнули Бена - поджав губы, он медленно повернул голову и уставился на меня. Я улыбнулась. — На самом деле, он безобидный.

— Ты завела новую зверушку, а меня в известность не поставила? — продолжал возмущаться Джош, но уже чуть мягче. — А как же Персик, Эшли? Ты его больше не любишь?

— Я не зверушка, — процедил Бен сквозь стиснутые зубы.

— Заткнитесь оба! — я поморщилась от боли. Никто не заметил - мальчики были чрезвычайно увлечены друг другом.

— Какая разница?! Она любит всякую нечисть, подбирает на улице и в дом тащит!

После очередной реплики Джоша, я уперлась ладонью в его обнажённую грудь.

Бен саркастически усмехнулся и деловито поинтересовался у меня:

— У тебя есть и другие рагмарры? Кого ещё ты заперла в доме и держишь в качестве домашних питомцев?

Я ничего не ответила. Медленно повернулась и смерила его прожигающим насквозь взглядом. Но он лишь фыркнул. Устало вздохнув, прошёлся до дивана и опустился на него.

— Что он здесь делает? — уже серьёзно спросил Джош, и он всё ещё был зол.

— Том пытался убить его и не успокоится, пока не добьётся своего.

— Том? — нахмурился Джош, но вдруг его лицо озарилось. Посмотрев на Бена, он расплылся в довольной улыбочке: — Так ты его братец!?

Бен с шумом выдохнул и сложил руки на коленях. Глядел на Джоша исподлобья и постукивал пальцами, поражая стальным самообладанием.

Джош светился от счастья, но недолго. Снова помрачнев, он перевёл на меня взгляд:

— И, всё же, я не понимаю, Эшли. Он же пытался тебя убить.

— Я тебе всё подробно объяснила, — многозначительно вращая глазами, почти шёпотом ответила я.

Джош вытянул губы трубочкой.

— И что нам с ним делать?

— Нам? — переспросила я и подалась на него. — К тебе это никак не относится, Джош! Я не сдам его Стэнли, и не мечтай.

— Какому Стэнли? — равнодушно осведомился Бен.

Я и Джош одновременно посмотрели на него.

— Главный Фамильяр Верховной Ведьмы, — небрежно бросила я.

Бен понимающе кивнул.

— А, этот, — и вздохнул.