Покрутив в руках, я обнаружила этикетку с надписью, сделанной Мишель: «Абсолютная невидимость. Новый рецепт». Хмыкнув, я разочарованно вздохнула.

— Не поможет.

— Кто сказал?! — громким шёпотом возмутился Джош, задвигая ящик. — Это зелье сделает тебя не просто невидимой, а бестелесной. Оно схоже с защитными чарами, оберегающими твой дом от нападения Тома. Жидкий вариант. Оно подействует, поверь мне!

С минуту я колебалась, теребя в руках крохотный пузатый флакончик с жидкостью, переливающейся мелкими серебристыми искрами. Джош настороженно косился на лестницу, то и дело, вздрагивая от звуков, доносящихся с кухни.

Посчитав, что иного выхода всё равно нет, решила пожалеть его нервы. Откупорила склянку и поднесла к губам.

— Капли будет достаточно, — предупредил Джош. — Не пей весь - пригодится ещё.

Раздражённо закатив глаза, я пригубила зелья и тут же скривилась от мерзкого вкуса, прилипшего к языку. Всё равно, что мыло облизала…. И вдруг закружилась голова.

Потолок гостиной нещадно вращался, и я не заметила, как подкосились ноги. Джош поймал меня за локоть, притянул к себе и придерживал, пока зелье меняло моё тело. Перед глазами ещё какое-то время плясали разноцветные спирали, но вскоре я смогла твёрдо стоять.

Вот только…. Не видела своего тела.

— Отлично, — пробормотал Джош, отпуская мою прозрачную руку. — Теперь можно выбираться из дома, но прежде предупреди Мишель, чтобы не заходила в твою комнату.

— Мишель! Я неважно себя чувствую и собираюсь немного отдохнуть.

— Я поняла, — с ноткой обиды в голосе крикнула с кухни сестра. — Не буду беспокоить!

Удовлетворённо кивнув, Джош затолкал моё невидимое тело в комнату и закрыл за нами дверь. На замок.

Первый раз за неделю я вышла на улицу. Голова кружилась безжалостно. А я ведь думала, что мне плохо от долгого пребывания в четырех стенах! Слабость, сонливость и тошнота оставались моими неизменными спутниками последнюю неделю.

Эх, не-е-ет. Не угадала. Мне было хреново по иным причинам, которых я не понимала. Пока.

Сгущались сумерки, пахло цветами и осенней сыростью, в высокой траве заливались сверчки. Прохладный воздух наполнял лёгкие свежестью, и голова закружилась ещё сильнее от остроты ароматов и звуков.

Несколько минут просто стояла и дышала. И двинулась по дорожке, не чувствуя ни собственных ног, ни тела целиком - нереальное ощущение, от которого бегали мурашки. То ли виной тому действие зелья, то ли я действительно была истощена и обессилена.

Окинув взглядом улицу и убедившись в том, что кроме меня и Джоша никто не захотел насладиться прелестью осеннего вечера, пошагала к калитке. Рядом бодро пружинил рыжий кот - Джош перевоплотился для прогулки.

Остановилась, но не решилась отодвинуть щеколду. В груди дрожал холодок тревоги - поблизости рагмарр, но я не видела его. Как и не ощущала запаха гари.

Чёрт возьми, может, я настолько тонко реагировала на сущность Майло, а Тома давно след простыл?!

Персик вскарабкался на забор. Вращая головой не хуже дозорной совы, он ничего подозрительного не заметил. Обернувшись, мигнул мне каре-зелёными глазами и разрешил покинуть пределы защитной магии.

Открыла калитку, боязливо ступила за границу магии и замерла. Порыв неизвестно откуда взявшегося ветра разметал волосы, и у меня перехватило дыхание. Обняв себя за плечи, я боролась с желанием шагнуть обратно и зажмуриться.

Словно маленькая девочка, столкнувшаяся со своими страхами в тёмной комнате….

Сердце колотилось о рёбра, пока я жадно хватала ртом воздух. Минуту, две или больше - если бы Том караулил меня, то не стал мешкать и уже напал бы.

Эта мысль придала уверенности, и ноги сами понесли меня по дороге. Понимание того, что меня никто не видит, утешало, но в глубине души копошилось сомнение. Не верилось в отступление старшего Шермана.

Он ни при каком условии не позволит жертве спастись. Исполнительный убийца, безукоризненный охотник. Он как снаряд, запущенный в цель.

Везде мерещились тени и шорохи, частичка меня чуяла его, но не могла понять - почему. Просто предчувствие.

Персик бежал рядом и ориентировался по звукам моих шагов. И мыслям. Я разговаривала с ним и комментировала каждое своё движение, каждый шаг. И когда случайно задумывалась, он останавливался в растерянности и водил красивой рыжей мордой, выискивая меня суровым взглядом.

Миновав дом Майло, я посмотрела через дорогу на дом убитой феи. Вой сквозняков, мороз по коже от ощущения тьмы, поселившейся в нём, и я почувствовала себя вновь тяжело больной.

Тьма меня затягивала, высасывая силы, и, если бы Персик не ткнулся мордочкой в ногу, я бы последовала за ней. Очнувшись, жадно вдохнула и быстрым шагом направилась вперёд по улице, но неожиданно возникло желание спрятаться или убежать. Трусиха, Эшли.

Неприятный холодок, пронизывающий до костей, натолкнул на неприятную мысль - предчувствия меня не обманывали. Поблизости притаился рагмарр.

Замерев посреди дороги, я обернулась, выискивая глазами Персика.

«Мы не одни», подумала, и кот подбежал ближе.

Ветви плакучей ивы, отделявшей нас от перекрёстка, шелохнулись, едва заметно, будто от чьего-то неосторожного дыхания. Я приросла ногами к земле, перестала моргать. Что-то двигалось в мою сторону.

Вал клубящейся энергии прошёл по моему телу, обжёг щеку. Я невольно коснулась её тыльной стороной ладони. На асфальте появилась вытянутая тень и, бесшумно приближаясь, исчезла за ивой.

Из-за дерева неторопливо вышел Том.

Он двигался с наглой уверенностью, и сила, покалывающая мою кожу, говорила, что он эту уверенность может подтвердить.

В тёмном плаще с воротником-стойкой, надетым нараспашку поверх чёрной рубашки, расстёгнутой до середины груди. Чёрные брюки, ботинки на мощной подошве - не мужик, а конфетка. Конфетка, от которой зубы сводило.

Он озадаченно ухмылялся, озираясь и легко касаясь пальцами кружева листвы. Принюхавшись к воздуху, рагмарр тихо усмехнулся, но не проронил ни слова.

Обогнул низко свесившиеся ветви ивы, медленно прошёлся по дороге, совсем близко, и, почувствовав тепло моего тела, остановился. Резко повернул голову, посмотрел на меня, но мимо.

Я не дрогнула, хотя чуть не скончалась на месте от разрыва сердца. Хотелось куда-нибудь деть руки, но я боялась, что шорохом одежды привлеку его внимание. Персик успел пролезть за забор соседского дома. Шелестя травой, он громко и протяжно замурлыкал, отвлекая от меня внимание Тома.

Но рагмарр даже не посмотрел в его сторону. Он поднял голову, всматриваясь в ночное небо, и ухмылка не сходила с его губ.

— Я запомнил твой запах, — сказал он и с шумом втянул воздух, раздувая ноздри. — Мне знакомо ощущение твоей силы. Я не вижу тебя, но чувствую. Настолько, что ладони чешутся.

Рагмарр поднял правую руку и взглянул на неё. Я тоже. Она пылала магией.

Я смотрела на пламя, не в силах отвести взгляд. Том цыкнул, словно от боли, и небрежно передёрнул плечами.

— Ни за одной целью я не гонялся так долго. Теперь меня разбирает любопытство, за что же тебя заказали? Может, поболтаем?

Я не ответила. Уловка не подействовала, но рагмарр не сдался.

— Ты перетянула на свою сторону моего брата, — процедил сквозь стиснутые зубы. Гнев внезапно смыл его показное радушие. — Понятия не имею, как это могло произойти, да и не важно, ведь теперь он обречён. Неужели хочешь, чтобы он из-за тебя погиб? Кровь Бена будет на твоих руках, а не на моих, Эшли!

Он произнёс моё имя с вызовом, и я невольно вздрогнула. Попытка взять интересом не сработала, тогда охотник решил надавить на больное место.

Да, не спорю, тревога за Бена разъедала червем сердце, но, если бы я сейчас выдала себя, Том убил бы меня сию же секунду, а потом и младшего брата. И эта мысль удержала от роковой ошибки.