Засмотревшись, я чуть не врезалась в Бена, он придержал меня за руку, не дал обжигающей жидкости расплескаться. Моника глядела под ноги, придерживая подол, а когда вышла к нам, её лицо просияло от улыбки. И причина тому - Бен.

— Какой же он хорошенький, — чуть слышно отметила сестра, проходя мимо меня.

Бен проследил за ней настороженным взглядом, но Монике это явно понравилось. Она ему подмигнула.

— А Мишель считает, что в нашем доме живёт монстр. Где же он? Покажите мне его - я вся трепещу от ужаса!

— Он - рагмарр! — не оборачиваясь, сквозь зубы процедила Мишель.

Она вынимала пирог из формы и укладывала его на большое десертное блюдо. Персик исходил от нетерпения и готов был сплясать перед Мишель вприсядку за кусочек свежеиспеченного лакомства.

— И что с того? — небрежно пожав плечами, бросила Моника и села напротив Бена. Сложила перед собой тонкие изящные кисти с ярким маникюром, склонила голову набок, и длинные тёмные волосы свесились на стол.

Бен изо всех сил старался не смотреть на неё, но взгляд сам собой возвращался к красивому лицу. Что-то было в этом…странное. Я нахмурилась, но Бен отвернулся и непринуждённо отпил из чашки - наваждение растаяло в воздухе.

— Хотел бы убить - давно убил бы. Сама же встречалась с рагмарром, — последние слова Моника произнесла с явной издёвкой и одарила Бена лучезарной улыбкой.

Он посмотрел на Мишель, поднёс к губам чашку с дымящимся кофе, но отпивать не спешил. Заметив его пристальное внимание, Мишель спала с лица, побледнела, но нашла в себе силы поставить перед нами блюдо с пирогом.

Она отвела глаза, выпрямляясь, и украдкой посмотрела на Бена - он всё это время наблюдал за ней. Захотелось одёрнуть его, напомнить о приличиях, но я прикусила язык. Показалось, что он видел каждую из нас насквозь и что-то для себя мысленно отмечал.

Но так ли это?

Окончательно смутившись, сестра быстрым шагом направилась к вешалке и буквально сорвала с неё плащ и зонт-трость. Небрежно оделась и выскочила на улицу под проливной дождь.

— А как же пирог? — крикнула я ей в след, но в ответ лишь хлопнула дверь. Повернувшись к Монике, я холодно посмотрела на неё. — Зачем ты так?

— Она не имеет права судить тебя, — спокойно ответила та, вставая из-за стола, чтобы налить себе кофе.

И вела себя естественно, будто не сидела за одним столом с охотником, хотя ещё несколько дней назад у неё волосы вставали дыбом от одной мысли о них. Бен не поднялся и не опередил её, хотя я ожидала этого.

Но Моника не смутилась и не расценила его поведение дурным тоном. Она не заостряла внимание на таких глупостях.

— И вообще, ты не заметила, Эшли, что наша милая Мишель в последнее время какая-то агрессивная?

— Есть немного, — ковыряясь ложкой в чашке, отозвалась я. — Ей не надо было расставаться с Джошем.

Бен, отпивая из чашки, поперхнулся и посмотрел на меня. Неторопливо опустил её, откашлявшись в кулак. Я улыбнулась и невинно похлопала ресницами.

— Сумасшедший дом, — одними губами произнёс он и издевательски ухмыльнулся. — Твоя сестра в отношениях с котом?

Под столом зарычал Персик, но звук резко оборвался, и послышался угрожающий вой - Бен пнул его ногой. Я поджала губы.

— Не обижай Персика, — цедя слова, я отпила из чашки.

— А то что? Помочится в ботинки?

— Морду набьёт, — бесхитростно сказала я и пожала плечами.

Поставив чашку на стол, сложила руки и перебирала пальцами, буравя его глазами. Он не моргал, не отводил взгляда, а улыбка становилась всё шире и ослепительнее.

Моника вернулась с кружкой ароматного кофе. Поёрзала на стуле и принялась разрезать ножом пирог, а я невольно разглядывала её лицо. Кожа бледнее обычного, без румянца, слегка впалые глаза, вокруг - тёмные болезненные круги. Усталый вид, словно сестра не выспалась или неважно себя чувствовала.

Пока я размышляла, Моника беззаботно улыбалась Бену. Он старался быть вежливым, отвечал сдержанной полуулыбкой и отводил глаза, с неприкрытым любопытством рассматривал дно своей пустеющей чашки.

Моника заметила, что он не попробовал пирог, и поспешила отрезать кусочек. Я сидела и давилась кофе, злясь на обеих сестер, но никто, конечно же, этого не замечал. На ближайшие дни Бен стал объектом повышенного внимания со стороны моих родных.

— Как дела на работе? — я решила начать издалека, спрашивать сестру в лоб о её самочувствии было бы опрометчиво.

Моника неопределённо пожала плечами и припала губами к чашке. Облизав пенку, громко вздохнула. Я пыталась поймать её взгляд, но тщетно. Сестра смотрела на Бена или мимо него, изредка косилась в мою сторону - её что-то беспокоило, я нутром чуяла.

— Всё чудесно, — её губы нервно дрогнули в кислой улыбке. — Как раз собираюсь на встречу с клиентом. Но с нетерпением жду вечера и не нахожу себе места….

— Почему же? — я отложила ложечку и отпила из чашки, глядя на сестру, словно боялась, что, если моргу - она исчезнет.

— Намечается вечеринка, — быстро проговорила она, поднимаясь из-за стола, обвела нас беглым взглядом и посмотрела на часы над дверью. — Я уже опаздываю.

Облачившись в длинный светло-голубой плащ, Моника торопливо упорхнула из дома. Спряталась под зонтом и побежала к каретнику, а уже через минуту послышался шум мотора отъезжающей кареты.

С ней что-то творилось, я чувствовала. Бен тоже заметил, и мы переглянулись. Меня волновало здоровье сестры, она никогда не позволяла себе выглядеть уставшей, её внешность вызывала зависть у окружающих.

Моника - преображатель, исказитель, и она мастер своего дела. В частности, направляла дар на свой образ роковой красавицы. Что же произошло с её безупречностью?

Не успела я встать из-за стола, как Джош принял человеческий облик. Ещё ничего не сказала, а он уже схватил со стола пирог и вцепился в него зубами, сверля Бена ледяным взглядом.

— Разрешаю его пнуть в отместку, — одобрительно произнесла я.

— Нет, он прав, — сказал Джош, подходя к кофейнику. Он держал в одной руке кусок пирога, хватаясь другой за чашку с кофе, которую я ему только что наполнила. — Я живу в твоём доме под видом кота, вступаю в отношения с сестрой - это разве не извращение?

— Ты же это не в животном обличии делаешь?

— Не важно, — отмахнулся Джош. — В доме живут три женщины.

— Я никогда не переодевалась при тебе, — усмехнулась я.

— Ты - нет, — многозначительно подтвердил Джош, дожёвывая.

Скривив губы в ехидной улыбке, он смутил меня. Я поморщилась и мотнула головой, рассыпая волосы по плечам.

— Не хочу знать подробностей, — отпихнула Джоша рукой и направилась к лестнице.

— Что мы сегодня делаем? — деловито осведомился он.

— Отправляемся в Вижн. Нужно пообщаться с родителями второй пропавшей девушки.

— Её имя ты знаешь?

— Разумеется. Адриана Хиггинз.

— Он едет с нами, — Джош указал пальцем на Бена.

Услышав, что о нём говорят, Бен с каменным видом откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

— Зачем? — удивилась я и остановилась посреди лестницы.

— Сколько он будет киснуть в твоей комнате? Я бы давно свихнулся!

— Смотрю, вы уже подружились, — отметила я и направилась в спальню. — Что ж, будет весело.

На сборы у меня ушло бы гораздо меньше времени, если бы не швы на спине. Обтягивающие тёмно-синие брюки я заправила в чёрные кожаные сапоги на низких каблуках. Сверху надела кремовую блузку, а вот завернуться в кожаный плащ оказалось задачей не из лёгких.

При малейшем прикосновении к коже вокруг раны боль пронизывала тело раскалённой стрелой. Мужчин я выгнала из спальни, но в эту минуту горько пожалела об этом. Бросив плащ на кровать, я поплелась к зеркалу.

Быстренько нанесла бальзам для губ. Волосы оставила распущенными, и они упругими каштановыми локонами падали на плечи, при этом я старалась не думать о том, для кого прихорашиваюсь. Результат в зеркале меня удовлетворил, я была готова к выходу, оставалось только надеть плащ….