Меня чуть не вывернуло наизнанку. Зажмурившись, я отвернулась, собираясь с мыслями. Я не знала, какую роль Ленни играл в происходящем, но было невыносимо смотреть на его мучения. Он терпел, изредка захлёбываясь странным кашлем. И я поступила так, как могла поступить только я - вдохнула глубже, повернулась к фамильяру и накрыла рану своей ладонью.

Золотое сияние пылью опустилось на руку и облепило её в тех местах, где совсем не осталось тканей. Кости обрастали мышцами, мышцы - кожей. Вскоре Ленни уже мог сжимать и разжимать пальцы.

Дар исцеления? Нет, я им никогда не обладала, но попытаться же стоило. В животе что-то мучительно и одновременно восторженно сжалось. Похоже, кулон Линетт не только проблемы подарил мне.

— Может, всё-таки поведаешь своей целительнице, кто тебя так отделал? По-моему, я заслужила право знать.

— Я не просил тебя помогать, — тихо буркнул парень и посмотрел на меня. В его голубых глазах была такая скорбь, что мне грудь сдавило.

— Но, тем не менее…?

Он с минуту сверлил меня немигающим взглядом, но я оказалась упрямее. Ленни тяжело вздохнул и закрыл лицо ладонью.

— Разговор с другом не задался.

— С другом? — я недоверчиво усмехнулась. — Странные у тебя друзья. В Академической программе нет таких заклятий. Кто тебе лицо расцарапал и содрал кожу с руки, Ленни? Я настроена серьёзно, на моих плечах непростая задача разгрести бардак, что вы учинили. Из-за вашей дурости погибла девушка, разве это не повод остановиться?

— Повод, — согласился Ленни, и его рука безвольно упала на колени.

Он повернул голову, чтобы видеть меня. Когда я смотрела на него, то не могла отделаться от ощущения, будто он лжёт. Не так прост этот миловидный фамильяр.

Криво ухмыльнувшись, парень сказал на выдохе:

— Мы бы сами хотели это прекратить.

— И что вам мешает?

— Мы не знаем, как это сделать.

— Так я здесь для чего?!

— Кто ты? — сквозь зубы прошипел Ленни, глядя мне в глаза.

Я осторожно опустила его руку к себе на колени и подалась вперёд, чтобы быть ближе к глазам. Он напрягся, сжал пальцы, но не решился вырываться. Бережно поглаживая его по тыльной стороне ладони, я сказала как можно тише, растягивая слова:

— Я не особо тебе доверяю, чтобы открываться, Ленни. Мы оба осторожничаем.

— Но ты знаешь моё имя, — изумился он, в глазах мелькнул доверчивый испуг.

Я невольно улыбнулась.

— Я много, чего знаю. И была бы чрезвычайно благодарна, если бы ты помог мне узнать ещё кое-что.

Парень смерил меня долгим взглядом, чем окончательно вывел из себя. Прикрыв веки, я испустила тихий вздох.

— Прекрати тянуть время, — процедила и распахнула глаза. Он дрогнул, увидев в них магию. — Оно на исходе. Что вас заставляла делать Марисса?

— Она здесь не причём, — сглотнув, наконец, вымолвил Ленни. — Такая же жертва, как Валери и остальные. Если она в чём-то виновата, то в том, что повела подруг за собой в бездну.

— Мне это ни о чём не говорит.

Ленни вымученно застонал. Наконец-то до него дошло, что я не отвяжусь, пока всё не выпытаю. Возможно, он рассчитывал на помощь, или просто накопилось. Его судьба меня уже не беспокоила - всех виновных под конвоем доставят к Стэнли или прямиком к Верховной Ведьме.

Но это уже не наша проблема - мы должны были разобраться и спасти всех, кого ещё можно.

— Вы, девушки, зациклены на своей внешности. Тут морщинка, там морщинка, — он небрежно коснулся пальцами здоровой руки до своего лица и скривился. — Да чёрт с ними! Мы не считаем их и не обращаем внимания, потому что вы нравитесь нам и такими.

— Марисса хотела омолодиться? — догадалась я, разбирая по косточкам каждое слово Ленни.

Он посмотрел на меня горящими глазами.

— Да, она на этом помешана. Начала с косметических процедур, потом добралась до книги с заклинаниями, но и этого ей показалось мало. И эта безумная затея Брэйдена стала последней каплей.

— Какая затея?

— Он нашёл книгу с древними заклятиями и рассказал нам. Предложил подшутить над девчонками, считая, что у них всё равно ничего не получится.

— Но у них получилось.

— Да, — выдохнул Ленни, уставившись невидящим взором в темноту архива. — До сих пор не понимаю, как это произошло. Откуда оно взялось - не понимаю.

— Дерево? — у меня внутри похолодело, я забыла, как дышать.

Ленни ожил и повернул голову, взглянул на меня в упор.

— Дерево, — коротко кивнул он.

— Откуда у тебя раны, Ленни?

— Я пытался срубить ствол. Принёс топор, и когда вечеринка была в самом разгаре, пошёл в башню. Оно живое, мать его! Отмахивалось ветвями, норовило выколоть глаза!

— Ты так и не срубил его?

— Нет, конечно! Эта тварь сильная - не знаю, что это и как обозвать. И оно убило бы меня, если бы не нагрянул Брэйден. Он как будто чувствовал, козёл! — Ввдруг лицо Ленни озарилось безумной идеей: — А что, если это его дерево?!

— Ты невероятно сообразителен, Ленни, — саркастически протянула я и улыбнулась. — Он защищал дерево?

Парень кивнул.

— Набросился на меня, бессвязно орал - я ни слова не понял. Это он мне руку спалил.

Я понимающе кивнула и насторожилась. В словах Ленни была лишь доля правды - нутром чуяла. Брэйден не создавал впечатления безумца, но я не отвергала мысли о том, что он мог оказаться главным злодеем в этой мрачной истории.

И, в то же время, Ленни сыграл не последнюю роль в ней. Я должна была бы быть менее доверчивой, но….

Тьма подползла бесшумно, затаилась. Лишь когда её ледяное дыхание коснулось плеч, я заметила и обернулась. Ещё ничего не увидела, но вспыхнул кулон, и я рухнула на пол.

Меня как будто схватили сзади ледяные руки и утянули в чёрную воду, я плавала на поверхности, осознавая, что это вовсе не вода. Тьма. Тело не подчинялось мне, что-то вытолкнуло душу из него, и я увидела себя со стороны.

Паря прозрачной дымкой, смотрела, как гаснет свет в моих глазах, как меркнут цвета вокруг.

Кулон вспыхнул, обжёг кожу. Она плавилась под чернеющим камнем, тлела. Боль была невыносимой, но не помогла мне вернуться в тело. Ленни боязливо отполз, не понимая, что происходит.

Тьма говорила со мной без слов и голоса, и я понимала её. Она хотела быть нужной, жаждала приюта в уголке души, откуда её никто не прогонит. Меня это не устраивало.

Птичьи крики разразились гомоном, отгоняя тьму, перья защекотали изнутри. Хотелось кричать, но мои губы не шевелились, вопль застрял в горле. И вдруг она меня отпустила, нехотя разжала пальцы, издав отчаянный плач.

Я упала и будто ударилась головой о стену, меня обдало облаком чёрной пыли. Моргая, смотрела в потолок, видела сквозь него, сквозь стены. Объёмная картинка развернулась в сознании, и я могла мысленно дотянуться до всех, кого захотела бы.

Тьма могла бы.

Она показала, на что мы обе способны. Сердце подпрыгнуло, забилось во рту горячим солёным леденцом, я охватила голову руками, зажмурилась и перекатилась на бок. Тьма прижалась к полу и застыла, словно ожидая ласки, одобрения.

Я лежала и смотрела на неё, видела в ней нечто послушное, но безумно страшное. Вздох облегчения вырвался из моей груди. Она принадлежала мне и кулону. И я подумала, в какой форме тьма не была бы мне противна. Кошка?

Липкая глянцевая масса незамедлительно обратилась в пантеру с чёрными пустыми глазами, распушила длинные блестящие усы.

Что, к ехиднам, я только что сделала? И как?

Животное приклонило голову, намереваясь ткнуться мордой в моё плечо. Я мысленно завизжала, и она отступила, легла на пол и уставилась на меня. Что ж, так-то лучше.

Послышались удаляющиеся шаги. Ленни поднялся на ноги и пятился к выходу. Вот засранец! Он решил удрать, воспользовавшись моментом.

Я повернула голову, посмотрела ему в спину - парень замер, прогнулся и рухнул на колени. Он застонал сквозь стиснутые зубы и заткнул уши ладонями.