— Думаю, да, — запинаясь, сказала Мишель.

Мне захотелось взглянуть на сестру, я повернула голову, но вдруг наткнулась на её пустой взгляд. Мороз пробежал по коже, я невольно повела плечами и отвернулась. И снова посмотрела на Бена - он успокаивал меня, дарил лёгкость и отчужденность.

— Ты бывала там прежде?

Мишель шагнула к двери, подхватив подмышку сумочку и взялась за дверную ручку. И загадочно улыбнулась:

— Пару раз, с друзьями. Ну, всё, мне пора!

Дверь захлопнулась, и я вздрогнула. С минуту мы не двигались, и, кажется, даже не дышали. Только размышляли, и от объединённого напряжения воздух дрожал и перемешивался.

— Это не слишком было похоже на допрос? Почему-то кажется, что мы с ней разговаривали на разных языках, — задумчиво проговорила я. — Сердцем чую, что Мишель давно не была в магазине.

— Мы должны проследить за ней, — голосом, лишённым эмоций, сказал Джош и медленно поднёс чашку к губам. Отпив, он поморщился. — Когда Мишель начала краситься? — и перевёл на меня взгляд.

Я вскинула брови.

— Вроде бы совсем недавно. Я не обращала внимания.

— Что ты почувствовала? — спросил Бен, и я повернула голову.

Глядя в студёную синюю бездну его глаз, я пыталась сосредоточиться. И если долго в них смотреть, то можно добраться до глубин, где прятались истинные чувства. И сейчас я увидела их. Ему действительно была не безразлична судьба Мишель.

— То, что передо мной стояла только оболочка, — не веря собственным словам, тихо сказала я. — За её глазами никого не было. Мишель там не было, или она пряталась где-то очень глубоко. Эта дрянь заточила её в темнице собственной сущности.

— На что это похоже? — звенящим от холода голосом спросил Бен.

— Мне не с чем сравнить. Она была похожа на куклу - безупречная, слишком красивая, чтобы быть настоящей. И от её отражения трескаются стёкла.

— И ты совсем ничего не почувствовала? — многозначительно поинтересовался он и прищурился.

— Если ты о магии, то совсем ничего. Её будто опустошили - Мишель не ощущала моих эмоций. В ней не осталось ни капли её силы, — сглотнув, я отвела взгляд. — Больше я ничего не уловила.

Бен толкнул пальцами чашку, и она скользнула к центру стола. Нахмурившись, он сложил руки на ноге, закинутой на другую ногу.

— А то, что она не заметила присутствия Джоша - никого не смутило? Я здесь живу сравнительно недавно, но успел кое-что понять.

— Что же? — поинтересовалась я и подалась вперёд, опершись на руки.

Бен иронично повёл бровью, покосившись на меня.

— Твоя сестра всегда вела себя несколько странно, но сегодня она перешла все границы.

— И что натолкнуло тебя на столь смелый вывод? — пробурчал недовольно Джош и пододвинулся к столу, чтобы поставить чашку на стол. — Что в твоём понимании «странно»?

Бен бросил на него быстрый взгляд.

— Ты и сам прекрасно знаешь. Прежде её выводила из себя сама мысль о моём присутствии в доме. А твоё присутствие вызывало у неё недоумение. С чего бы бывший тут маячит, — он хмыкнул и посмотрел на меня поверх стола. — О чём это говорит? Правильно: перед нами была не Мишель.

— Мишель смирилась, — сухо бросил Джош и упрямо уставился в окно. — В конце концов, это дом Эшли, и она вправе приводить сюда кого угодно. Это ещё не даёт повода считать, что от Мишель ничего не осталось, кроме телесной оболочки.

— Она смотрела мимо Эшли, будто не видела её. А что говорить о нас…. Ни я, ни ты, Джош, сейчас для неё не существовали.

Джош повернул медленно голову и смерил Бена стальным взглядом.

— Почему ты вообще для неё должен существовать?

Бен закатил глаза и откинулся на спинку стула, но сделал это плавно и грациозно.

— Только не говори, что ты ревнуешь, Джош, — поморщившись, поддел его Бен. — Не вешай на меня своё эмоциональное дерьмо. Я не желаю зла Мишель. Напротив, пытаюсь помочь, но, если ты продолжишь в том же духе - отсижусь в стороне. Ты становишься невыносимым, когда речь заходит о твоей бывшей.

— Неужели? — Джош хмыкнул и скрестил руки на груди. — Серьёзно!? Не думал, что это в глаза бросается.

— Я многое замечаю. Я вообще очень наблюдателен, — ледяным тоном отозвался Бен. — А ты отрицаешь очевидное. Засунь своё упрямство куда-нибудь поглубже и прими действительность. Какая бы она ни была хреновая - Мишель в опасности, и счёт пошёл на дни.

— Я без тебя знаю, что она в опасности, — прорычал Джош и швырнул чашку через весь стол.

В кухне повисла тишина - три пары глаз следили за движением фарфора и замерли в ожидании, когда она оказалась у края стола. Чашка уже накренилась, но я щелчком пальцев вернула её на место. Джош безразлично уставился на предмет, оказавшийся вновь в его руке. И заговорил он тихо и с горечью:

— Но у меня нет предположений, как ей помочь. А у тебя, похоже, есть.

Он поднял голову и смерил Бена неподвижным взглядом. Шерман устало усмехнулся.

— Для начала огородить от тебя.

— Хватит, — пустым голосом сказала я и отпустила спинку стула, чтобы пройтись вдоль стола. — Мне нужно съездить по делам - вы останетесь оба дома. Мне не хочется сейчас слушать вашу грызню, своих мыслей хватает, из-за которых хоть в петлю лезь. Я возьму твою карету, Джош?

— Мы не станем следить за Мишель? — сглотнув, спросил он.

— Я не хочу терять время, — сухо бросила я. — И так понятно, что с ней происходит.

— Понятно? — переспросил Джош. — И что именно тебе понятно? Лично мне ничего не понятно!

Бен прикрыл лицо ладонью и громко выдохнул. Я склонила голову, изучая гневную физиономию Джоша.

— С таким настроением оставайся дома, Джош, — проговорила я сквозь зубы. — Мы должны рассуждать трезво, а где-то и вовсе хладнокровно. От того, что мы тратим попусту нервы и изливаем друг на друга эмоции, Мишель не избавится от нависшей над ней угрозы. И никому из нас не станет легче. Расследование приобрело личный характер, но нужно относиться к делу так, как если бы на месте Мишель была совершенно незнакомая девушка. Ясно, Джош?

— Ты изменилась, — тихо проговорил он, глядя на меня, и вдруг округлил глаза, будто не хотел этого произносить вслух. Отвёл взгляд и уставился в окно. Но я заметила, как у него горло дёрнулось.

— Да, Джош, — так же тихо отозвалась. — Но я не стану спешить с выводами и утверждать, что этому не рада. Возможно, изменения к лучшему. И я почти смирилась, чего и тебе советую. А теперь меня ждёт дело.

Мы долго смотрели друг другу в глаза, и даже, когда он поднимался со стула, то не отвёл их. Выпрямившись и нависнув надо мной, Джош боролся с собственной яростью. Наконец, поджав губы, он тяжело вздохнул и моргнул.

— Даже не думай, — громким шёпотом предупредил он, угрожающе выставив палец у меня перед лицом. — Мы не позволим тебе одной выходить из дома. По Академии бродит неведомая дрянь, интересующаяся телами молодых ведьм, и мы до настоящего времени не сталкивались ни с чем похожим. Я не сталкивался, хотя не первый год, и даже десятилетие в Системе. И кто знает, может, она вышла на улицы, и скоро город охватит зомби-безумие?! Я не могу позволить тебе рисковать своей жизнью, Эш.

Я нахмурилась, сложив руки на груди.

— Несмотря на то, что в беду попала Мишель?

— Без тебя нам её не спасти, — изрёк он и склонил голову, изобразив щенячий взгляд.

— И даже личные разногласия не помешают вам защищать меня?

— Ты хочешь, чтобы я пообещал? — с мольбой протянул Джош и сложил ладони на груди.

— Именно.

Издав звук, слишком резкий для вздоха, он покосился на Бена. Тот, в свою очередь, развёл беспомощно руками, не произнеся ни слова.

— Ладно, — согласился Джош и снова посмотрел на меня. — Я буду держать себя в руках и не срываться на этом проницательном засранце!

Я изогнула бровь, а Бен громко откашлялся в кулак, поднимаясь из-за стола. Джош скривился.

— Ну, ладно, ладно! Я не буду называть его засранцем.

— Так-то лучше, — кивнула я и направилась к дверям.