Мы думаем о тебе и хотели бы хоть как-то облегчить тебе жизнь. Хотя мы вовсе не расточительны, нам постоянно нужны деньги. Больница ссудила мне $25 на эти выходные – которые я верну из твоего следующего перевода. Мы задолжали десять долларов за пансион. Нет никакого способа сэкономить, кроме как отказаться от развлечений, но это, в конце концов, не самое веселое существование для совсем юных, зато весьма прибыльное для тех, кто постарше.

Я больше не буду писать тебе о Монтгомери. Я и не подозревала, что мы в настолько шатком финансовом положении. Лично для меня это счастливейшее лето: когда Скотти рядом, и я вижу ее каждый день. Она поразительно изобретательна в поиске способов хорошо скоротать эти дни; и Время где-то течет не самым прискорбным образом —

Преданная

в придачу

Пансион стоил $25 в неделю: с моими ужинами, кино, автобусами, журналами и всякой всячиной. Стирка Скотти включена в мой счет.

Мы устроили расчудесный обед на четверых в Гроув-Парке, обошедшийся в $10 (включая кино).

Этот пансион стоит $12; поезд $2; такси $3; носильщики $2; всякая ерунда около $2 (марки, бумага, зубная паста); $2.60 за пятно от малины, посаженное на товар в «Айви» —

Очень неловко одалживать у больницы, так что не мог бы ты прислать нам на самое необходимое, чтобы не пришлось одалживать у других.

Подписанная рукопись, 4 стр.

[Больница «Хайленд», Эшвилл, Северная Каролина]

Дражайший Скотт:

Я одолжила у больницы двадцать пять долларов, чтобы заплатить за выходные в Салуде, а еще Скотти должна десять долларов по счету от пансиона. Мне совсем не по душе напоминать об этих материальных затруднениях, так же как тебе не нравится, когда тебя изводят подобным образом, но я полагаю, что лучше иметь дело со счетами, нежели с возмущенными кредиторами. Пожалуйста, не мог бы ты как-то разрешить это затруднение.

Между тем, я провела очень приятное время в Салуде: Скотти безмерно скучала, как ты и предсказывал, но умудрялась сохранять внешнюю непринужденность. Здешние леса погрузили меня в целый сонм счастливых воспоминаний: солнце испускает более библейские лучи, утра наступают раньше и больше росы – яблоки слаще, а дороги длинные и пыльные. А еще мне нравится спать в пансионах и просыпаться от запаха дыма из кухонной трубы.

Пожалуйста, верь мне, что я получила письмо от Мамы. Доктор Суитт тоже получил: там говорится, что она физически неспособна куда-то поехать этим летом. Поскольку наши финансы в столь плачевном состоянии, я бы, конечно, предпочла подождать, пока не станет больше возможностей для поездки. Я хочу, чтобы ты поступал так, как тебе удобно, не истощал наши ресурсы и отправил меня, когда появится такая возможность. Что касается моих личных потребностей, то для меня это счастливейшее лето с возможностью так много общаться со Скотти и обнаружить в ней столь замечательную спутницу. Ньюман сказал мне, что Мама потеряла деньги; мне она сообщила, что что финансово способна приехать, но не может физически. Я пошлю ей твою записку; возможно, это вдохновит ее сбежать от жары.

Скотти очень переживает из-за того, что находится на испытательном сроке; начинает понимать значение 1/10 балла и молится, чтобы ты в ней совсем не разочаровался. Ее жизнь сейчас – сплошной шквал разочарований, так что надеюсь, ты не станешь судить ее слишком строго. Не хочешь ли уладить с ней разногласия? Она просто образцовый читатель и действительно работает над своим романом; пытается писать статью для Harpers и проводит здесь время с максимальной пользой.

Кроме того: она отказалась от персональной медсестры, как только это стало возможно, не стала занимать самую дорогую палату, чрезвычайно щепетильна в отношениях со мной – и поэтому заслуживает всяческого снисхождения, с которым, как мне известно, ты относишься к подобным обстоятельствам —

Пожалуйста, позаботься о деньгах, через меня или Скотти, как только появится такая возможность. У нас их просто нет, потому что она должна Оберу $50 из-за того, что она написала статью, чтобы оплатить счета из Вассара за последний год. Нам нужно $100, отправленных на имя Скотти.

С любовью

Машинопись (копия), 1 стр.

[Энсино, Калифорния]

24 июля 1939 г.

Дорогая: —

Прилагаю чек на $15.00 – не знал, что Скотти уже обналичила свои пятьдесят. Сожалею, что она так переживает из-за своих оценок. Я уже два года из-за них переживаю, так что пусть и на ее долю немного достанется.

Особенно жаль, что приходится держать ее на скудном пайке, но трудно найти такого рода работу в кино, которую при столь неважном самочувствии я мог бы делать из дома. Впрочем, я, очевидно, что-то решу на этой неделе и к пятнице что-нибудь вам пришлю.

Мне кажется, в целом лучше всего привезти Скотти сюда (так дешевле всего) на три недели или около того, и я не вижу причин, почему бы вам потом не навестить твою мать, если она окончательно решила не приезжать сюда. Все прочие планы – Вирджиния-Бич и т. п. представляются дорогими и совершенно неудовлетворительными. В этом доме вполне терпимо пять дней из семи, есть комната для Скотти, и она, похоже, хочет со мной обсудить свои творческие планы и планы вообще – наши последние встречи были очень короткими, обычно беспорядочными (а подчас и не слишком дружелюбными). Я так рад, что тебе с ней хорошо, и не сомневаюсь, что и ей с тобой нравится. Надеюсь, что потом смогу отправить ее на Восток, на встречу выпускников.

Подписанная рукопись, 2 стр.

[Больница «Хайленд», Эшвилл, Северная Каролина]

Дражайший Д-О:

Как прекрасны пурпурные астры, большие белые безупречные маргаритки и желтые гладиолусы, которые ты прислал мне на день рождения. А еще я так рада еще раз получить книгу по искусству. Я всегда считала ее чрезвычайно вдохновляющим, располагающим к размышлениям и очень конструктивным руководством. Я глубоко ценю твое внимание ко мне в то время, когда я знаю, что тебя преследует и мучит целый сонм всевозможных проблем. Мы собираемся на какую-то танцевальную вечеринку, а потом, возможно, и сами устроим пикник.

Быть может, в следующем году мы сможем снова отпраздновать что-нибудь «в кругу семьи» и, быть может, в следующем году мы совершим что-то замечательное в память о днях нашего рождения.

Тем временем я радуюсь тому, что Скотти со мной. Она такая веселая, и для меня счастье видеть ее рядом —

С любовью

Подписанная рукопись, 6 стр.

[Больница «Хайленд», Эшвилл, Северная Каролина]

Дорогой Скотт:

Лето бушует над небесами и озерами; всякая зелень впадает в экстаз от кружащегося белого платья, и само Время становится в Эшвилле преходящим. Мы опекаем бассейн, скучаем в автобусах и время от времени ходим в кино, так что жизнь у меня вполне приемлемая. Скотти по-прежнему занята своим романом, ведет обширную переписку, следит за загаром и красотой своего естественного состояния. Я прежде никогда не видела ее такой хорошенькой; к тому же она вполне предрасположена к светским приличиям, так что лето проходит вкрадчиво. Сегодня мы снова приступили к теннису; он настолько к лицу этим великолепным небесам и ярким зеленым и синим оттенкам, что, завершив свои четыре сета, ты куда сильнее ощущаешь себя частью общей картины.

Я продолжаю рисовать. Делаю несколько маленьких картин для Розалинды и для приятеля, который смастерил мне несколько рамок, а еще одну для маленького мальчика, который живет в переулке – на случай, если он когда-нибудь появится. Я все еще не получила никаких денег в больнице, из-за чего окажусь в плачевном положении, когда опять понадобится покупать холст. Если ты знаешь адрес Кэрри, я думаю, что готова начать торговаться относительно тех, кто может заинтересоваться моей живописью, и спорить с ним, предъявляя аргументы, почему она столь привлекательна для публики.