Диалоги выше всех похвал; отдельные сцены просто великолепны; актерская игра превосходна (Маргарет Саллаван) или первоклассна (мужчины). Немало добавляет музыка.

Но отсутствует некая драматическая непрерывность, что лишает напряжения все в целом. Я понимаю, насколько сложно экранизировать философский трактат, но было бы лучше, если бы возникало ощущение неотвратимости, проступающей независимо от персонажей – или появлялось бы чувство, будто персонажи подчиняются некой непреодолимой динамичной цели. Но фильм местами плывет; динамика разрозненна + спорадична, а не кумулятивна или непрерывна.

Публика была более чем отзывчива и аплодировала. Монтаж музыки и техническая сторона в целом выполнены прекрасно.

Говоря непринужденно или так, как я бы сказала о работе незнакомого человека: совершенно адекватный и интеллектуальный диалог (необычно) – блестящая игра героини – убедительная серьезность + значимость, которые никогда не были реализованы, потому что не было сюжета: духовного или материального.

Большинство сцен доставляют удовольствие силой и насыщенностью.

Поздравляю бесконечно.

Подписанная рукопись, 3 стр.

[Больница «Хайленд», Эшвилл, Северная Каролина]

Дорогой Скотт:

Меня охватывает ужас от того, как летит время: еще одно лето наполовину прошло, и, возможно, больше не будет ни солнечных ожогов, ни знойных полдней.

Как ты думаешь, по-прежнему ли они готовят автомобили в Антибе, по-прежнему ли наслаждаются сумерками в Ко, все такой же розовый Париж в лучах заходящего солнца и все так же таит в себе счастье, которое уже было.

Как бы там ни было, теперь я знаю адрес лета, знаю, где оно живет, размножается и обустраивает свой дом, откуда берутся поля маргариток и где варятся птичьи трели, а мы с Мамой, быть может, проведем там пару недель: если будет получено разрешение.

Между тем, Ньюман считает «Трех товарищей» одной из лучших картин, им когда-либо виденных, да и прочие разрозненные отзывы весьма положительны – так что, быть может, мы получим немного больше денег, больше престижа, больше свободы и все такое прочее.

– а пока здесь Мама – как всегда прекрасная и деятельная, но на год старше, чем год назад, и это меня огорчает —

Надеюсь, у нее будет счастливый отпуск – Горы здесь очень зеленые и такие же величественные, как прежде – а Эшвилл – самая высокая точка к востоку от Скалистых гор. Так говорят по радио —

Подписанная рукопись, 2 стр.

[Больница «Хайленд», Эшвилл, Северная Каролина]

Дражайший До-До:

Потоп продолжается: вчера мы ужинали в унылых серебристых отблесках раздувающейся реки, пока парящий зной влажного лета грозил разродиться всем, чем угодно.

Мама в порядке, и пребывающие в Монтгомери Сейры процветают в Салуде перед фасадами типа Суда Аппоматтокса и под деревьями непревзойденной красоты. «Большое яблоко»[244] метет полы и стало самым привлекательным развлечением. Танец преисполнен всеми видами эмоционального безличного кокетства и обворожительной самодраматизации. Может быть, Скотти тебя научит.

Сэр: лето угасает и убывает, и я не могу понять, куда делись маргаритки и что стало со спелой кукурузой.

Сэр: при желании я легко могу сделать кувырок назад, а еще встать на мостик.

Сэр: я шью два вечерних платья в ожидании, когда на вершинах гор затрубят фанфары.

И я буду очень рада тебя увидеть —

Бабани – какие-нибудь или

Розине – «Sur Mon Balcon»

и те, и другие дешевые в Мексике.

Туфли: бирюзовый или красный бисер

пояс: яркий + латунные гвоздики –[245]

С любовью и тысячью благодарностей

Машинопись (черновик), 2 стр.

2 сентября 1938 г.

Дражайшая Зельда:

Ситуация слишком сложная, чтобы объяснить ее в телеграмме. Вкратце она такова:

Как тебе известно, семья Финни брала Скотти не только дважды на рождественские каникулы, но и в общей сложности на три с лишним месяца летом, и, как тебе тоже известно, я действительно ничего не мог предложить взамен; иными словами, ни Норфолк, ни Монтгомери, ни Скарсдейл[246] не слишком похожи на дом. В то время как дом Финни – благодаря огромной любви Скотти к Пичес, благодаря тому, как она себя там чувствует и как они к ней относятся, а также благодаря тому, что годы ее становления прошли в Балтиморе, который она научилась любить – стал для нее настоящим домом.

Естественно, я испытывал чувство вины из-за этой задолженности, особенно пока болел, поскольку не было никакой возможности ее возместить. Я долго вынашивал идею предложить Скотти на два-три дня привезти сюда Пичес взглянуть на Голливуд. Но расходы были так велики, и вечно какие-то непредвиденные, что я решил это отложить. А недавно миссис Финни написала мне, что в следующем году Пит хочет взять Скотти на Котильон холостяков в Балтиморе, и я почувствовал, что было бы совсем неучтиво никак не откликнуться. Поэтому я пригласил Пичес провести пару дней со Скотти. Это будет означать, что Скотти сможет безбоязненно принять приглашение в Балтимор – своего рода сделка, если угодно. В любом случае, это нужно было сделать.

Это объясняет следующие обстоятельства:

Скотти приезжает сюда в середине сентября – забирает Пичес – летит сюда на три дня – летит обратно – встречается с тобой в Нью-Йорке примерно 20-го, чтобы ты тоже смогла провести с ней три дня. Я бы очень хотел поехать с ней и в Вассар, но если ситуация не изменится, никак не смогу уехать отсюда в сентябре.

Я пишу твоей матери, чтобы убедиться, что она забронировала себе купе в спальном или салон-вагоне с тем, чтобы там и питаться. Не забывай, что поездка в любом случае окажется для нее утомительной, поэтому ты должна настоять, чтобы она сделала это и не пыталась ходить по каменистым насыпям между вагонами ни утром, ни вечером. Все расходы мы возместим.

Я напишу Розалинде, а также врачам и все организую. Думаю, тебе лучше всего уехать в воскресение вечером, 19-го, и планируй вернуться через неделю. За это время ты многое успеешь и, как ты сама говоришь, будет очень уместно, если ты проводишь Скотти в новый этап ее жизни.

Навсегда с любовью —

Подписанная рукопись, 4 стр.

[Больница «Хайленд», Эшвилл, Северная Каролина]

Дорогой Скотт:

Пункт первый и самый важный: доктор Кэрролл согласен на нью-йоркское приключение, и мы планируем уехать отсюда, как только я смогу выполнить

Пункт второй: покупка приличного осеннего костюма, в котором я встречусь со Скотти.

Пункт третий: могу ли я поручить Розалинде, или пошлешь ли ты ей деньги + одобрение на следующие вещи:

1) пальто + туфли и шляпа к нему

2) платье для званого обеда

3) плащ

4) свободный зимний костюм, чтобы бродить по этим лесам.

Это самое необходимое. При всей доброй воле, отсутствие насущного для выполнения самых элементарных социальных обязательств является материальной несостоятельностью, предусматривающей другой образ жизни.

Мама едет со мной – отчего я на седьмом небе от счастья. Она приедет с Тильдой, и мы надеемся попасть на несколько дневных спектаклей, а в перерывах наслаждаться жизнью в «Ирвинге»[247], как прежде.