— Выходит, — задумчиво произнес Дима, — каждый должен стремиться к тому, чтобы попасть в какого-то более высокого по положению и благородного?

— Ну, грубо говоря, так, — подумав, согласился Оку. — Мне, например, было бы крайне обидно в следующий раз увидеть свет в лачуге какого-нибудь мелкого торговца или вообще — полунищего крестьянина. А вот родиться в императорской семье, особенно в качестве наследника престола… Почему бы и нет?

И лейтенант мечтательно улыбнулся. «Э, брат, да ты еще более амбициозен, чем генерал-лейтенант Номура! — решил Дима. — Тот думает только должности генерал-губернатора, наместника Гонконга, а ты метишь намного выше! Замахиваешься на сам хризантемовый трон! Кто бы мог подумать?»

— Но все зависит от кармы, — продолжил между тем Оку, — от того, какие поступки ты совершаешь в жизни. Или какие не совершаешь, хотя мог бы и должен бы… Испортить карму легко, а вот сохранить ее в чистоте… Это невероятно трудно!

Дима снова согласился: известно же — «береги честь смолоду». А у русских офицеров всегда был свой девиз: «Душу — Богу, сердце — женщине, долг — Отечеству, честь — никому!» Чем вам не кодекс Бусидо, но только по-русски? И он даже еще лучше японского, если разобраться.

Глава тридцать восьмая

Принцесса Джу появилась в особняке, как и в прошлый раз, неожиданно: Дима только что позавтракал и размышлял, чем бы заняться до обеда (почитать, поиграть в Го или послушать музыку?), как по суете в доме понял, что пожаловал знатный гость. Вернее, гостья — звонкий голос Джу, доносившийся из холла первого этажа, долетал даже до его спальни, ошибиться было невозможно.

Романов быстро привел себя в порядок, переоделся в темно-синий костюм и, не дожидаясь, когда его позовут, сам спустился вниз. Джу мило улыбнулась, подала, как обычно, ему руку, и сразу же позвала погулять в саду — подальше от чужих глаз и ушей.

— Все готово, — тихо сообщила она Романову, когда достаточно удались от дома. — Слушайте и запоминайте, Дмитрий, это очень важно. Ваш побег намечен на послезавтра, на седьмое июля. Это не случайно — в седьмой день седьмого лунного месяца в Японии проходит Танабата, Фестиваль звёзд. Это большой праздник, его будут отмечать и здесь, в Синьцзине: сначала состоится костюмированный парад на Сентрал-авеню, будет много песен и танцев, затем все пойдут есть специально приготовленную лапшу — сомэн, а вечером, когда стемнеет, начнется красочный фейерверк. По традиции, это выходной день, поэтому из всех слуг в доме останется только два-три человека, и среди них — Харада Аика, старшая горничная. Она — доверенное лицо генерала Номура…

— Это такая немолодая дама, молчаливая и очень серьезная? — вспомнил Дима.

— Да, верно, — подтвердила Джу. — Как раз ее смена, очень удачно. Вечером она приготовит для персонала в доме и для охранников снаружи особое саке — якобы в честь праздника, по распоряжению майора Отари — как поощрение за хорошую службу. Самого майора, кстати, не будет — у него выходной. И он, насколько я знаю, намерен провести его очень весело — в одном из японских «чайных домиков»…

И принцесса чуть улыбнулась: пристрастие майора Отари к женщинам было всем хорошо известно.

— В саке Аика добавит сильное снотворное, — продолжила Джу, — уснут все — и внутри дома, и вне его. И вы сможете свободно покинуть особняк. Свидетелей вашего побега не будет — горничная исчезнет сразу вслед за вами. Харада Аика — очень ценный агент, потом у нее будет другое задание.

— А лейтенант Оку? — напомнил Дима. — Вдруг он пить не станет?

— Не волнуйтесь, — успокоила его Джу, — лейтенант, как и все, с удовольствием выпьет свое саке и спокойно отправиться в страну снов. С ним проблем не предвидится.

— Но его же обвинят в том, что он упустил меня…

— Нет, — покачала головой принцесса, — главным в операции «Русский принц» считается Отари, ему и отвечать за всё. Полагаю, бедному майору придется сделать себе харакири…

— Жестоко, — усмехнулся Дима.

— Необходимо, — равнодушно пожала плечами Джу. — Кто-то должен ведь понести наказание! Так пусть это будет майор Отари. Как у вас говорят, убьем одним выстрелом двух зайцев: во-первых, освободим вас, а во-вторых, избавимся от человека генерал-полковника Уэда. Отари хоть и служит у генерала Номура, но на самом деле работает на командующего Квантунской армией и, как и сам Уэда, принадлежит к партии «Север». Следовательно, его нужно убрать, чтобы не мешал нам. И не доносил своему хозяину…

— Лейтенант Оку, получается, из вашей партии, принадлежит к партии «Юг»? — догадался Романов.

— Да, — подтвердила принцесса, — он всегда был с нами и за нас. И ему ничего не сделают: вы же, наверное, уже знаете, что Оку — из императорского рода? Самое большое, что ему грозит — это перевод на другое место службы, причем, полагаю, даже без понижения в звании и должности. А вот майор Отари заплатит за своею ошибку жизнью… Впрочем, сам виноват — надо было держаться нас, а не цепляться за престарелого генерала Уэда и его ненормальных друзей из «Севера»! Время этих замшелых пней и их сторонников давно прошло, но майор, похоже, этого так и не понял. Он хотел со временем занять место Номуры, но вряд ли это когда-либо случится…

— Хорошо, в доме и снаружи все уснут, а что дальше? — спросил Дима. — Я же не знаю город, легко заблужусь…

— У калитки вас будет ждать наш человек, — сказала Джу, — он проводит вас в китайский квартал. Там вы переоденетесь — смените свой очень заметный костюм на форму машиниста КВДЖ. На железной дороге работает много русских, вы станет одним из них… Проводник покажет вам дорогу в депо, где вы подниметесь на паровоз и войдете в бригаду пассажирского поезда «Синьцзин-Харбин». Не бойтесь, вам ничего делать не придется, настоящий машинист и его помощник сами, как обычно, поведут состав, а вы просто прокатитесь с ними до Харбина. А там, на вокзале, я вас встречу — поеду туда пораньше, чтобы все приготовить. Мы встретимся, вы снова переоденетесь в хорошую, дорогую одежду и получите документы на имя швейцарского коммерсанта Генриха Шульце. Вы же говорите по-немецки, Дмитрий, так? Сможете в случае чего выдать себя за швейцарского немца?

Дима пожал плечам: попробую! Другого выхода все равно нет… План побега, изложенный принцессой, показался ему вполне реальным, но у него былыи еще вопросы.

— Мы поедем в Россию вдвоем? — уточнил он.

— Втроем, — ответила Джу. — Со мной будет Мэй. Не может же девушка из высшего общества путешествовать в поезде одна, это же просто неприлично!

И принцесса весело рассмеялась. Затем снова стала серьезной:

— Я куплю билеты на экспресс, идущий в Читу, купе, разумеется, будут разные, но по соседству. Главное для нас — добраться до российской границы, а там вы сможете открыться и назвать себя, объяснить, кто вы и почему в этом поезде. Надеюсь, вас встретят, как полагается…

Дима кивнул — тоже очень на это надеюсь.

— А затем мы с вами последуем дальше, — продолжила принцесса, — полагаю, в Петербург, где мне нужно будет встретиться с вашей семьей, и особенно — с вашим батюшкой, Михаилом Третьим. Я расскажу ему, какое сейчас положение в японском Генеральном штабе и какую выгоду может получить ваша страна из негласного союза с генералом Номура и его сторонниками. А вы объясните Михаилу Михайловичу, какую выгоду получит династия Романовых из вашего брака со мной. Целая Маньчжурская империя, Порт-Артур, Дальний, выход к Желтому морю и всей Юго-Восточной Азии! Я, кстати, уже придумала вам официальный титул — император Даманьчжоу-диго Дмитрий Первый Маньчжурский. Как вам?

Дима пожал плечами — сойдет. Они обговорили еще кое-какие детали, и план принцессы (точнее, генерала Номура) был окончательно согласован. Оставалось лишь выполнить его… Затем было традиционно долгое чаепитие в столовой и пустая болтовня за столом — это для слуг, агентов майора Отари. Им же тоже нужно отчитываться перед хозяином и о чем-то докладывать! После этого принцесса, пожелав Диме удачи (а она им всем очень скоро понадобится), покинула особняк. Романов сразу почувствовал какую-то тоску и пустоту в груди…