— Нет, с мальчишки проклятье слетело в числе первых, он и полетел к даме своего сердца — красоваться. Лэс Мейсон заловил Кайо и Габи весьма в фривольной, однозначной ситуации… Был жуткий скандал. Мейсон отослал Габи подальше — в поместье, только и это не остановило Кайо. Он просто её выкрал, убедив бежать. Он был романтиком, думал, что с любимой рай и в шалаше, он же знал, как живут другие воздушники. Он думал, что сможет приспособиться. Он-то, который жил три года в тепле особняка Мейсонов! Он и понятия не имел, каково это — ночевать на чердаках, прижимаясь к теплой трубе и надеясь, что её тепла хватит до утра… Габи не перенесла ночевок на холодных чердаках. Она почти сразу заболела. Когда стало совсем плохо, Кайо вспомнил обо мне. Я дал ему денег и полетел к тебе — я знал, что шансов выжить у Габи мало… Я просил желудь для Габриэль, только…

— Я был при смерти.

— Да. Ты был при смерти. Я два дня караулил тебя, надеясь, что ты придешь в себя, только тебе ничего не помогало — от яда паутинников почти нет лекарств. Чего я только тайком в тебя не заливал, пока лара Аликс Шейл дремала... Когда я получил желудь, было уже поздно — об убийстве Кайо я узнал из газет, только похитить тело не успел — его забрала полиция. Точнее ты с Аирном. Забавно, как плетутся нити судьбы. Непредсказуемо и глупо. Совсем глупо.

— А Габи? Где она?

— Не знаю. Правда, не знаю — её забрали из моего дома в тот же день, когда убили Кайо. Думаю, что она мертва. Род Райо прекратил свое существование…

— Возможно, Габи жива. Я проверял — её тела нет ни в родовом склепе, ни в Блекберри. И я постараюсь её найти, только… Ты будешь рад её видеть?

Райо возмущенно вскинулся, забывая о чае — тот расплескался во все стороны, а потом спокойно собрался обратно в чашку, которую воздушник тут же поставил на стол. Эти нехитрые для любого бытового мага манипуляции успокоили Райо. Он лишь горько, еле слышно спросил:

— Йен, ты думаешь, что я способен бросить на произвол судьбы мать моего будущего внука?

— Э… Прости? — Йен его не понял, ему даже воспитанное покашливание Даринель не помогло. Райо пришлось объяснять:

— Я же сказал — Кайо и Габи застали в весьма недвусмысленной ситуации. Плохо, очень плохо я воспитывал Кайо. Габриэль ждала… Ждет ребенка — я же маг, я сразу заметил искру будущего дитя. И этого своего внука я уже не упущу, воспитаю правильно. Надеюсь.

Йен нахмурился — дитя, незаконнорожденное дитя… Такое в приличных семействах не прощалось. Обычно оступившихся сразу же выдавали замуж, но кто возьмет в жены ту, что спуталась с воздушником? Семейство Мейсонов уже никогда не примет Габи.

— Тогда, Райо, я помогу тебе найти Габи и помогу устроить её судьбу. Давай вернемся к Кайо и к ограблению артефакторной Университета.

— Тут я тебе ничем помочь не могу. Я не лез в его дела.

— Почему ты разрешил ему взять браслет?

Райо легкомысленно пожал плечами — слишком легкомысленно для бывшего главы разведки.

— Потому что никому нельзя запрещать искать способ снять проклятье. Он не разбогатеть хотел, он искал артефакты, которые бы ему позволили быть счастливым с Габи.

— Кто ему это сказал?

— Возможно, Дэви… Девид Мейсон. Без Мейсонов в этом деле не обошлось... Прости, я упустил Кайо. Ты не представляешь, как это жить — привязываясь к детям, воспитывая их и зная, что через пару лет их не станет. Я в последнее время давал им свободу — не мог видеть, как они стареют у меня на глазах. Я отвратительный дед.

Даринель вмешалась, отрываясь от танца снежинок за окном:

— У тебя будет еще один шанс стать дедом.

Райо прищурился и словно дал себе и Даринель клятву:

— И я его не упущу. И математику будет знать, и историю всю от корки до корки выучит, чтобы не был глупцом, умеющим лишь гордиться своим происхождением, как Кайо. И этикет, и…

Почему-то Йену уже заранее стало жалко это дитя.

Райо замолчал, молчал и Йен, прикидывая возможные версии случившегося с Габи. Даринель снова подала голос с подоконника, вскакивая с него и готовясь куда-то нестись:

— Значит, сейчас поедем к Мейсонам?

— Нет, мы не можем, — остановил её энтузиазм Йен.

Даринель возмутилась — от её взволнованно трепыхающихся крыльев шторы раздуло, как паруса, а по гостиной пронесся сквозняк:

— С чего бы? У тебя есть показания Райо. Через Мейсонов и того же Девида Мейсона найти Габриэль будет проще.

Йен напомнил:

— Сейчас раннее утро, нас не пустят даже на порог дома.

— Даже тебя с твоей новой должностью? — коварно напомнила Дари.

Ему под полным любопытства взглядом Райо пришлось напоминать:

— Пока… У меня нет ничего на Мейсонов. Нужно чуть-чуть подождать, чуть-чуть разобраться…

— У Габи может не оказаться этого «чуть-чуть», — Даринель была полностью на стороне девицы Мейсон. Наверное, это то, что называют женской солидарностью.

— Дари, я все понимаю, но Мейсоны лэсы, они очень богаты, с ними без достаточных улик надо вести себя аккуратно. Как только смогу найти на них еще что-то, сразу же отправлюсь к ним. — Он постучал себя по браслету управления защитной сетью, — это хотелось бы сохранить в тайне, так будет лучше для всех.

Йен встал и подошел к окну, за которым уже завывала метель — в Пустошь сейчас не выбраться. Только что-то внутри него зудело и торопило, подсказывая, что так можно и опоздать. Райо налил себе вторую чашку чая, задумчиво смотря в спину Йену. Тот, не оборачиваясь, спросил:

— У меня раньше был дар предвидения?

— Нет, ни у кого из королевской семьи его не было.

— Хорошо.

Райо тут же обрадовал его:

— Но магия способна меняться. Иначе не появились бы маги смерти или огненные маги. Магия пластична, магия, как и люди, подвластна чувствам…

— Тогда, — Йен провел пальцами по подбородку, прямо по подраставшей бородке — бриться левой рукой он не умел. — Тогда плохо… Потому что предчувствия у меня сугубо отвратительные. Словно спешу, делаю ошибки и не успеваю… Куда не успеваю — сам не знаю.

Райо встал и подошел к окну, искоса рассматривая хмурого Йена:

— Что, погода сорвала планы?

— Не то слово. Я так и не понял, что делал Кайо там, где его убили.

— Я тоже не знаю — в тот район даже самые глупые воздушники не суются.

— А он сунулся. Только я что-то пропустил и не заметил, — признался Йен. — А теперь вот метель мешает вернуться и понять.

Райо поставил недопитую чашку на подоконник:

— То же мне, трудность… Через полчаса будет ясное небо. — Он пошел прочь из гостиной.

Даринель пробурчала ему в спину:

— В чем-то я даже понимаю Кайо. Я бы тоже сбежала от такого… Мог помочь с поисками амулетов от проклятья, но остался в стороне.

Райо обернулся в дверях:

— Уважаемая Даринель, я не помогал в поисках, потому что точно знаю — таких амулетов не существует. Я не знаю, кто задурил Кайо голову этим бредом, но… Я лишь не мешал ему надеяться и искать.

Метель улеглась. Райо при этом выглядел чуть бледнее, чем обычно, но держался на ногах и даже оставаться в особняке не собирался. Йен вспомнил, как плохо воздушник выглядел при их первой встрече у Университета, и вдруг осознал — сколько сил и магии вложил в него, спасая от яда паутинника, Райо. Запоздало Йен сказал:

— Благодарю за то, что помогал мне выжить, помогал мне бороться с ядом. Я помню — ты выложился по полной.

— Ты эль фаоль, ты надежда лесного и воздушного народов на возвращение домой. Я не мог иначе. Так… Едем?

— Сперва… Мне нужны подземники. — Он подошел к одному из канализационных люков перед особняком Шейлов и ногой постучался в него. Ответом была тишина.

Райо прищелкнул пальцами, и крышка люка сама взлетела вверх:

— Притащить подземников?

Глава разведки действовал радикально. Понятно почему разногласия между нелюдями и людьми только разрастались вплоть до гибели леса — когда любой, кто не житель Заповедного леса, априори считается ниже происхождением и незаслуживающим вежливого обращения, то уважению не возникнуть.