— Вариант, — согласился Йен, выпрямляясь и отряхивая руки. Магией тут и не пахло. Обычный фон для Примроуз-сквер. Он снова склонился над полуразложившимся телом, тщательно его рассматривая и проверяя карманы на юбке. Пустые, кстати.

— Отойди, Вуд! — скомандовал Клауд, еще и добавляя крепкое словцо: — Вот же…

Поняв, что тот и не собирается отходить, он обернулся к замершим констеблям:

— Магов вызвали?

Смит вздрогнул:

— Сейчас!

Он быстрым шагом направился в сторону участка — там был телефон.

— Вот же… Расслабились… Десять лет, как не было шатальцев, так и инструкции все забыли! — Клауд решительно подошел к Йену. — Вуд, тебе жизнь недорога, что ли? А если он сейчас кинется и вырвет тебе сердце?

Вуд глубокомысленно заявил:

— Значит, я стану бессердечным. — Он обошел скамейку кругом, но сумочки, естественно, не обнаружил — не хоронят девушек с сумочками и документами.

— Вариант, — Клауд и не пытался скрыть сарказм, повторяя любимое словцо Вуда. — Ну, и что тут?

Йен пожал плечами:

— Пока не шаталец. Судя по виду, полгода как мертва, а то и больше. Только что-то смущает, а что не скажу… Не пойму, что не так, Клауд. Совсем не пойму…

Он снова принялся рассматривать тело.

— И кому понадобилось так жестко шутить над телом? — не удержался Клауд. — Зачем могилы ворошить.

Йен задумчиво кивнул, соглашаясь:

— Отправь всех свободных констеблей на кладбище Храма Вознесения. Пусть проверят на наличие раскопанных могил. Если там не найдут — надо будет проверить всю левобережную шестерку Магической дюжины кладбищ. И вызовите… — он хотел сказать фургон, но вспомнил про версию о шатальце. — Мага из Центрального участка.

— Уже, — отозвался Клауд. — Это их обязанность, кстати, головой рисковать, определяя шаталец или нет, а не твоя.

— Зарисуешь? — Йен качнул головой в сторону тела.

— Дождусь магов — вдруг все же заберут у нас дело.

— Не думаю, — качнул головой Йен. — Совсем не думаю. Тело не само откопалось — остатки перчаток чистые, и под ногтями у трупа чисто. Знаешь, что интересно?

— Что? — сдался Клауд, не любивший работать с трупами.

— Ногти короткие.

— И что?

— Считается, что после смерти ногти продолжают расти.

— И?..

— А тут ногти подстрижены очень коротко и не отрасли. Странно. — Йен снова посмотрел на тело, его оно продолжало смущать. Еще бы понять — чем?

Приехавший маг труп осмотрел, но забирать не стал — не шаталец. Привычно поворчал, узнав фамилию вызвавшего — Вуда невзлюбили в Центральном участке еще со времен поиска Безумца: тоже дергал без дела постоянно.

Весь день все свободные констебли были заняты прочесыванием кладбищ. Безрезультатно. Вуд отправил запрос на правый берег — пусть и там полицейские проверят все кладбища, хотя смысла тащить разлагающийся труп с другого берега не было. Смысла вообще в выкапывании тела не было. Вуд впервые слышал о таком. Обычно шатальцы лезли сами. Зачем выкапывать тело и сажать его в парке так демонстративно?

В Тайный Совет Шейла пустили без проблем, даже почти не косились особо, хоть Вэл заметил среди охраны магов, которых немного помял вчера, когда прорывался к Вуду.

Клерк на входе провел быстрые переговоры с кем-то по телефону и пригласил к лифту:

— Милар Маккей ждет вас. Одинна…

Вэл оборвал его:

— Я знаю!

Он шагнул в распахнутые двери лифта, позволяя мальчишке лифтеру в алой форме нажать кнопку одиннадцатого этажа, где находился отдел, которым заведовал Маккей лично, и чем уж занимался этот отдел, мало кто знал, кроме самого Маккея и короля. Хотя… Случившееся с Вудом доказывало, что и король не был в курсе настоящих дел Брента Маккея.

Секретарь, сухой, в возрасте мужчина, спешно раскрыл двери кабинета перед Шейлом:

— Проходите, милар ждет вас. Вы задержались.

Шейл предпочел ничего не отвечать — выходкой Йена, испортившей ему утро, он до сих пор был недоволен. Было бы из-за чего сбегать из дома — портные и целитель!

Маккей, сидящий за столом, оторвался от бумаг, которые читал при свете электрической лампы, и указал Шейлу на стул:

— Садись.

Кабинет был под стать хмурому, вечно недовольному Маккею — такой же мрачный, полностью закованный в темное дерево — даже многочисленные шкафы были черными и неприступными, и тайны в них, пожалуй, были такие же — угрюмые и грязные. Окна, выходящие на Титанический океан, были плотно завешаны темно-бордовыми, словно свернувшаяся кровь, шторами. В таком кабинете уютно можно было делать только одно — допрашивать, причем не считаясь с законами. Законы, как известно, всегда на стороне Тайного Совета.

Вэл сел на стул, обитый потемневшим от времени бархатом:

— Доброе утро, милар!

Маккей пробухтел, поправляя рыжие волосы, наползшие на лицо:

— Сомневаюсь. Принцесса чувствует себя хорошо — напиток из желудя помог, а вот король — не очень. Боюсь, что Вуд при всей своей безобидной внешности не способен безоглядно прощать. А счастье было так близко…

Вэл возразил:

— Желудь и не предназначался королю.

— Но Вуд и не знал, что он достанется королю, — заметил Маккей, доставая папку из стола. — Держи. По Вуду пока ничего — документы на мага в процессе оформления, будут готовы через несколько дней — официальная версия такова, что после травмы головы у Вуда проснулись магические способности. Документы о переводе в Совет будут готовы завтра…

— Можно замечание? — вмешался Вэл.

— Нужно, — коротко ответил Маккей.

— Он не перейдет в Тайный Совет. Он будет держаться до последнего за службу в полиции.

— Почему?

Шейл спокойно пояснил:

— Потому что он её любит.

— Хорошо, тогда завтра-послезавтра оформим перевод в Центральный участок — там спокойнее и платят больше.

— Мне удобнее будет присматривать за ним на Примроуз-сквер, милар.

— Экий ты привередливый, Шейл.

— Я не привередливый — это Вуд такой, милар.

— Поговори мне еще… Короче, оформим документы на мага, потом будет видно… Еще… — Маккей постучал указательным пальцем по папке. — Тут твои документы на земли, титулы и прочее. И новое удостоверение тайного советника. Отдела нет — работаешь сам на себя, отчитываешься только мне. Все ясно?

— Милар, вы забыли самое главное — мои должностные обязанности?

Маккей подался вперед, и в кабинете явно стало жарко:

— Не люблю объяснять дважды — твоя первая, единственная и самая главная задача — Эль Фаоль. Все. Иной задачи нет. Разберись, почему он чистокровный человек, подготовь его к поступлению в Университет. Придай лоску — а то почти король, а выглядит как нищий с паперти. Все ясно? Эль Фаоль полностью в твоих руках.

Шейл с трудом сдержал гримасу раздражения:

— Мне казалось, что я способен на большее.

Маккей кивнул:

— Именно. Казалось.

— Милар… У меня были проекты в Парламенте…

— Там уже начались Предновогодние каникулы. Что-то еще?

— У меня были проекты не только в Парламенте.

— Что ж, если будет не в ущерб основной задаче — вперед! Будут проблемы — ссылайся на мое имя.

Шейл кивнул:

— Все, милар?

— Все! — подтвердил Маккей, доставая из выдвижного ящика стола уже следующую папку с документами. — Свободен.

— Тогда я в «Веревку», милар.

Маккей тяжело посмотрел на него:

— Я был о тебе лучшего мнения, Шейл. Не перегни палку с местью.

Шейл выпрямился:

— Я не за местью, милар.

Тот лишь махнул рукой, уже читая новые документы. Шейл криво улыбнулся — любил Маккей создавать видимость занятости. Любил…

***

Начальник тюрьмы замер, не зная, как вести себя с бывшим узником — приезда тайного советника Валентайна Шейла, Одиннадцатого герцога Редфилдса он не ждал. Да никто не ждал. Ему было положено болтаться на веревке, а он выжил и вернулся.

Валентайн хмуро посмотрел на начальника, жалко смотревшегося в своем собственном кабинете: