Аликс, краснея, перебила его:

— Я знаю о чем ты.

— Тогда ты должна знать, что это лучшее, что возможно с любящими друг друга существами. — он присел обратно на диван, подгибая ноги под себя, и не удержался, сказал все-таки: — только я не думал, что у Шейла с этим проблемы. Вот и верь репутации — любовник, каких еще поискать! Ха!

Аликс предпочла отвернуться в сторону и наблюдать, как прочь бегут дома, знакомые с детства. Она покидала Эш-стрит и в этот раз точно навсегда.

Задумчивый Валентайн, так и не решивший, злится он на Аликс, посмевшую нарушить правила подачи утренней газеты, или восхищается ею, спокойно возразившей ему, не успел дойти до своего нового кабинета в Тайном Совете, как его перехватил секретарь Маккея — худой, желчный мужчина из лесных квартеронов.

— Лар Шейл, вас ждет милар Маккей. Уже больше получаса!

Валентайну хотелось ответить, что тот и еще чуть-чуть подождет — его растрясло в кэбе, но потом он передумал злить Маккея и направился вслед за секретарем по пустым сейчас коридорам — многочисленные клерки заблаговременно куда-то попрятались, зная крутой нрав своего начальства. Голова у Валентайна побаливала, выслушивать Маккея не хотелось совершенно. И зачем он согласился на службу? Одна маета только. Хотя нет. Он не сдержал улыбку, вспоминая суету пожарных возле горящего в ночи помоста для публичных казней. «Веревка» стоила того, чтобы терпеть Маккея и его дурной нрав. А сколько помостов еще предстоит сжечь!

Маккей в этот раз не играл в занятость. Он сидел за абсолютно пустым столом и сверлил взглядом вошедшего Шейла, раздражающе постукивая кончиками пальцев по столешнице. Температура в кабинете медленно нарастала — с каждым шагом Валентайна, словно он провинившийся мальчишка. В глазах Маккея плясало пламя, пока еще контролируемое. Между рук по столешнице проскакивали искорки. То-то Маккей предусмотрительно убрал со стола бумаги, которые могли воспламениться. Это не слив. Это воспитание, в котором Валентайн не нуждался. Он не выдержал и просто впитал чужой жар. Чуждая ему магия чуть заломила кости, как при инфлюэнце, но не более того. Стены покрылись инеем.

Маккей удивленно приподнял брови, и Вэл улыбнулся про себя — неужели он думал, что Шейлы, первые подчинившие пламя себе, не умеют такого? Правда, вечером придется заняться амулетами, сливая излишки магии, или Йену опять достанется сомнительная честь испытать на себе слив. Вот что-то все же было в нем, что прямо-таки провоцировало Вэла и его сливы.

— Доброе утро, — Маккей позволил себе быть чуть добрее — пламя в его глазах перестало плясать. Неужели он понял, что связываться с Шейлами себе дороже?

Валентайн без приглашения спокойно опустился на стул, стоявший перед столом, и вернул прошлую шутку:

— Сомневаюсь.

— И правильно сомневаешься! — хищно подался вперед Маккей. — Ты хоть выводы из случившегося в метро сделал?!

Оказывается, это он должен был делать выводы, а не Маккей.

— Сделал, милар.

Валентайн непринужденно закинул ногу на ногу и демонстративно занялся своими манжетами, поправляя, чтобы они показывались из рукавов на положенный дюйм. Он устал быть мальчиком для битья.

В кабинете теплело. Иней таял. Окна запотели, скрывая сизый сейчас океан. Валентайн молчал. Он никуда не спешил.

— И? — подтолкнул Маккей. Он не умел ждать. Плохое качество для того, кто откровенно рвется к власти.

Валентайн позволил себе улыбнуться — пришло его время отчитать самого Маккея:

— И я вынужден вас предупредить — в случае очередного обращения Вуда к вам, постарайтесь вникать более детально в его проблему. Самому Вуду я запрещу обращаться к вам за помощью — это боком выходит.

— Что?! — Маккей взвыл раненым слоном — он не привык, чтобы с ним так разговаривали.

Валентайн, с утра напившийся для успокоения вирньяка, с улыбкой сказал:

— Вы прекрасно слышали, милар. Это ваша вина в том, что произошло. Если бы не ваше разрешение на самостоятельные действия…

Маккей прошипел сквозь зубы:

— Щенок, что ты себе позволяешь?!

Бордовые шторы на окнах занялись и тут же погасли — Брент Маккей умел держать пламя под контролем, просто иногда он не считал это нужным. Завоняло гарью, но каждый огненный маг привык к такому запашку, сопровождавшему их всю жизнь с начала манифеста магии.

— Правду, — жестко сказал Валентайн. — Или вы предпочитаете, чтобы вам лгали в глаза и льстили? В том, что случилось с Вудом, большая часть вины ваша. Если бы вы не дали разрешения Йену действовать самостоятельно — я бы не застрял в пробке и приехал бы уже через полчаса, максимум час. И точно так же бы решил проблему с метро. Только тогда бы Вуд не спустился в Трубу один. Он пошел бы со мной, и ничего бы не случилось! Он не болтался бы неделю между жизнью и смертью.

Маккей зло рассмеялся, как пес скаля зубы:

— Думаешь, твоей вины в том, что за Вудом не было присмотра, нет?

Он откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди, напоминая каменную глыбу, которую, Валентайн знал, рано или поздно придется сдвинуть с этого места. И сдвигать придется именно ему — больше некому. Лариц с этим не справился.

— Вуд — не малыш. В постоянном присмотре не нуждается. Да и вывести его из себя таким присмотром легче легкого, и тогда он уйдет из-под нашей защиты — вы такого желаете? Где гарантия, что мы опять сможем его найти?

Указательный палец Маккея невоспитанно ткнул в сторону Валентайна:

— Ты — та гарантия, что Вуд всегда будет под нашим контролем! Ты!

— Тогда я буду действовать так, как считаю нужным, милар. По случившемуся в метро я уже сказал свои выводы. Других не будет.

— Совсем?

— Совсем, — решительно сказал Валентайн.

Маккей неожиданно пошел на попятную:

— Что ж… Тебе решать, но другого такого просчета я тебе не прощу. И да, в следующий раз я предпочту прислать своего человека, чтобы он на месте все выяснил. Доволен?

— Нет, милар, — честно признался Вэл. — Собственную глупость Вуда это не отменит, к сожалению. Но я буду стараться её устранить.

— Старайся, старайся, — более миролюбиво кивнул Маккей. — Какие-нибудь проблемы есть?

— Есть. Жукокрылы.

— И какие с ними проблемы?

— Им нужна работа. — пояснил Валентайн. — И деньги.

— У Шейлов проблемы с деньгами? —заинтересовался Маккей с явной издевкой.

Валентайн заставил себя улыбаться — небольшие проблемы пока были, еще не все счета ему разблокировали. Не иначе, Маккей так с ним игрался.

— Нет, у меня нет проблем с деньгами. Но мелкие воздушники поголовно воры. Иного они не умеют, кроме драк, конечно. У них нет ничего — ни дома, ни работы, ни малейших навыков, при этом они все поголовно лары по происхождению. Им нужна достойная служба, чтобы не воспитать из жукокрылов нахлебников, решивших, что за исполнение простой и понятной заповеди трех богов — «Не воруй!» им положены деньги. Я думал, что часть жукокрылов можно пристроить в армию — в колониях всегда нужны разведчики.

— Все воздушники останутся в столице, — решительно сказал Маккей. — Эль Фаолю понадобится свита, они и будут его придворными.

— Эм… Вуду не нужно столько охраны. И столько нахлебников.

— Их всего три сотни, не больше. Они все останутся в столице. Найдите им подходящую службу, только и всего. Рано или поздно брак Вуда и их королевского высочества все же состоится.

— Простите, что? — Валентайн не смог скрыть своего удивления. Это было изящное разрешение наличия двух королевских династий в стране, но… Но… Но… Йен и принцесса? Её королевское высочество Анна была, мягко говоря, не в себе, она была опасна — Йен рядом с ней и месяца не продержится. Она прикончит его, а саму Анну убьют за такое дубовые листки. Трон снова будет пуст. Так себе вариант, как говорит Йен.

Маккей снова постучал пальцами по столешнице, словно зная, что раздражает этим Валентайна. Или это он так волнуется?