Степан нахмурился. Ему явно не понравилось мое предложение. Но выбора у него не было. А у меня не было времени спорить. Он это сразу понял по моему решительному взгляду. И молча кивнул, соглашаясь.

Уладив и этот вопрос, мы перешли к следующему моменту, который, признаться, меня очень заинтересовал. Матвеич достал из рюкзака небольшой футляр, который он тоже под шумок реквизировал у Гилберта. Показав его мне, он таинственным голосом спросил:

– Знаешь, что это такое, Алекс?

– Понятия не имею, – равнодушно пожал я плечами. Игры в угадайку – не мой конек. Я привык всегда давать четкую и точную информацию. И ожидал того же от других. Если Матвеич пытался сейчас меня заинтриговать, то у него явно ничего не вышло.

Однако Степан, не обратив никакого внимания на мой безучастный ответ, открыл футляр и показал мне его содержимое. Внутри лежали два круглых устройства, очень напоминающие уже знакомые мне блоки от наручных часов.

– Ноотрансиверы! – с гордостью заявил Матвеич. – Давно хотел себе такие, только денег не было.

– И нафига они нужны? – не понял я восторга собеседника.

– Нафига? Ты серьезно? – Матвеич вылупился на меня. – Да это же незаменимая вещь на охоте! Особенно когда надо вести себя тихо.

Мне почему‑то вспомнилось застывшее лицо Хилла, когда он нацепил на себя похожее устройство. И для меня сразу все встало на свои места. Похоже, с помощью этой штукенции можно общаться на расстоянии, не произнося при этом ни слова. Если так, то это действительно полезная вещь. Особенно, когда работаешь снайперской двойкой в непосредственной близости от позиций противника.

Причем, сама такая возможность уже не казалась мне чем‑то сверхъестественным, учитывая мой опыт общения с Майей и со Снегом. Об управлении стаей артусов я вообще молчу.

– Хм, ну, допустим, – я добавил немного недоверия в голос, чтобы не выдать возросшего любопытства. – И как они работают?

– В смысле? – Степан с подозрением посмотрел на меня. Видимо, решил, что я вожу его за нос. – Ты реально не в курсе?

Я замученно взглянул на Матвеича, мол, давай уже, не тяни. Степан намек понял и, удивленно качнув головой, перешел к сути:

– В общем, это тот же ноофон, только на более коротких дистанциях. Типа обычной рации. Нацепил, – Матвеич указал на висок, – и передаешь информацию. Давай‑ка лучше попробуем, чем болтать. Заодно и протестируем. – Добавил он, заметив, что я немного не в теме.

Степан «прилепил» одно из устройств к виску, а второе протянул мне. Я последовал его примеру. Стоило ноотрансиверу коснуться моей головы, как я почувствовал легкое покалывание и давление в височной области. И тут же передо мной выскочило окно терминала с приветливо улыбающейся Майей.

– Привет, Аид! Давно не виделись. Помощь в настройке нужна?

– Не отказался бы, – ответил я.

Лицо Майи расплылось в счастливой улыбке. Похоже, девчонке надоело сидеть без дела. Я в последнее время совсем про нее забыл.

– В общем, смотри вот сюда. Это главное меню ноотрансивера. Здесь выбираешь нужную частоту…

Быстрый, толковый и предельно сжатый ликбез Майи, устранил все основные темные пятна в работе и настройке устройства. Я даже удивился, как это у нее так хорошо получилось. Учится, девчонка! Приятно слушать!

Майя, почувствовав мое настроение, что‑то довольно пропищала и завершила сеанс связи.

Матвеич тем временем уже третий раз повторял мне номер частоты, на которой будем вести переговоры.

– Алекс, ты чего залип? Давай, настраивай! Время у нас не резиновое, – недовольно пробурчал он, поймав, наконец, мой осмысленный взгляд.

Я быстро настроился на нужную частоту и сразу услышал голос Матвеича. Доходил он до меня точно так же, как и речь искина – минуя слуховую систему. При этом сам Степан даже рта не открыл. Просто вопросительно смотрел на меня.

– Алекс, как слышишь?

Я, постаравшись принять совершенно невозмутимый вид, ответил точно таким же образом:

– Слышу тебя нормально. Ты как?

– Тоже. Отлично, все работает, – с облегчением вздохнул Матвеич. – Причем эта модель должна без проблем функционировать даже в зет‑зонах. А это огромный плюс. От этого и ценник такой конский. Короче, сегодня у Гилберта мы сорвали джек‑пот. – Степан довольно потер руки. – А теперь идем на опушку. Надо прогнать несколько сценариев завтрашней охоты.

Ну а дальше началась рутинная работа. Мы обкатывали различные тактики, пытаясь учесть все нюансы. Основные моменты прогоняли по несколько раз. Одним словом, готовились основательно и под конец изрядно подустали.

На обратном пути пришлось сделать крюк и заглянуть на южный выпас за коровами. Территория, где они паслись, была обнесена забором с колючей проволокой и зарослями кустарника, чтобы животина не приближалась к находящемуся под напряжением ограждению.

– Оставляем их здесь, когда некому присмотреть. Обычно они в другом месте пасутся, – пояснил Матвеич, выгоняя скотину за пределы огороженной территории.

До дома добрались уставшие, как черти. К нашему приходу Маша приготовила шикарный ужин. Так что мы с Матвеичем быстро привели себя в порядок и, усевшись за стол, навалились на еду, да так, что за ушами трещало.

– Сегодня пораньше ляжем. Подъем в четыре. На сборы полчаса, и выдвигаемся, – уминая за обе щеки жареную картошку, невнятно пробурчал Матвеич.

К такому режиму мне было не привыкать, так что я просто кивнул и продолжил налегать на еду. Маша, как всегда, стояла немного в сторонке и с улыбкой смотрела, как мы чревоугодничаем. А вот Василия нигде не было видно. Как я понял, парень страшно обиделся, что его завтра оставляют охранять дом. В чем‑то я его даже понимал. Не каждый день, знаете‑ли, выпадает поохотиться на редких монстров. Такое пропускать ему точно не хотелось.

Перед сном, когда все разошлись по своим комнатам, и даже Сыч забрался в свой вольер, чтобы понежиться на новой подстилке, я улегся на диван и вызвал Майю.

Вопреки моим опасениям, она явилась во вполне презентабельном виде, а не как однажды – заспанная и со взъерошенной прической. Судя по всему, искин постепенно приспосабливалась ко мне и моему, что уж тут греха таить, непростому характеру. Справедливости ради стоит отметить, что и я пытался приноровиться к ее эмоциональным всплескам и перепадам настроения. Одним словом, притирка в команде шла полным ходом.

– Привет, Аид, – деловито произнесла Майя. – Чем могу быть полезна?

– Можешь дать мне справку по Хамусу? – Данных по этому монстру, полученных от Матвеича, было довольно много. Но облечены они были в привычную закоренелому сталкеру форму, не особо понятную неискушенному человеку. Поэтому я и решил, что дополнительная информация будет совсем не лишней.

– Момент, Аид. Подгружаю данные. – Последовало непродолжительное молчание. – Готово.

Передо мной на экране появилось объемное изображение монстра. Выглядел он довольно эпично. Графитового окраса зверь своей мордой больше всего походил на волка, однако пасть была значительно шире с выдающимися наружу мощными нижними клыками. Дальше сходство с семейством псовых полностью терялось. Вокруг головы красовалась густая, как у льва, грива, увенчанная полукругом загнутых к спине длинных и толстых игл, четыре из которых – по две с каждого бока – особо выделялись своими размерами. Тело монстра больше всего походило на тигриное, с мощными лапами и внушительными кинжаловидными когтями. Заканчивалось оно длинным гибким хвостом, на конце которого красовалось жало, сильно смахивающее на скорпионье.

– Хамус – предположительно продукт чуждой и неизвестной генной инженерии. Во всяком случае к такому выводу пришли ученые в эпоху Искажений – так называли первые десятилетия после появления червоточин и начала глобальных катаклизмов. В Хамусе объединены признаки нескольких агрессивных семейств и видов, что делает его чрезвычайно устойчивым к внешним, как физическим, так и энергетическим воздействиям. Энергоброня, толстая шкура, необычайно прочный и обширный скелет, роговые пластины на уязвимых местах и плюсом ко всему перечисленному – идеальная маскировка.