Засыпая на его руках, я думала, что не хочу разрушать то, что между нами происходит. Не понимала, к чему ведет, но была уверена — если он снова поцелует меня, я не оттолкну.

Но в мое умиротворение просачивался яд вины. Я чувствовала себя жестокой обманщицей. Я не была искушена в любовных делах, но наша связь явно вышла за рамки контракта. И если все пойдет дальше… однажды он проснется и увидит рядом другую Эйлин.

Та не любила «монстра империи», не питала к нему ни капли симпатии. Он улыбнется ей своей теплой улыбкой, а в ответ получит холодный взгляд. Попытается прикоснуться, а она отпрянет от него в страхе.

Что будет с ним тогда?

Проснувшись, я думала, как начать разговор и во всем признаться. Ведь Эйлин не просила хранить тайну. Так, может, и не надо? Сказать ему все как есть и наконец жить с легким сердцем — хоть то малое время, что мне отпущено.

Если я правильно посчитала, прошло около двух недель. Но решить это одно, а сказать вслух совершенно другое. Я отложила разговор на вечер и отправилась делать то, о чем мечтала: наводить порядок в замке.

Все шло хорошо. Я осмотрела стройматериалы, познакомилась с ремесленниками и местным «прорабом». А потом какой-то черт дернул меня зайти в лечебницу.

Увидела больных, и мне стало нехорошо. Словно напоминание о прежней жизни: несчастный на койке надрывался сухим, лающим кашлем. Изможденный, бледный, с синюшными губами. Его мучила одышка даже в покое. Лекарь сказал, что он умрет через несколько часов — его съедает болезнь легких.

И я сорвалась. Сначала набросилась на лекаря, требуя сделать то, что в условиях пусть и магического, но все-таки средневековья было невозможно. Потом побежала к Бранту, полная решимости перестроить лечебницу — ведь раненых и других больных нужно держать отдельно!

Но я выдала себя с потрохами, накинувшись на него с претензиями. Отпираться было поздно, и я начала говорить.

И едва успела вымолвить несколько слов, как голова закружилась, все поплыло перед глазами. Я провалилась в то самое звездное пространство, которое видела раньше во снах.

И там меня ждала настоящая Эйлин. Ее золотистый силуэт парил в воздухе.

— Что случилось? Ты хочешь забрать тело раньше срока? — выпалила я.

В ответ она рассмеялся — заливисто, беззаботно.

— Прекрати! — воскликнула я. — Что происходит? Верни меня к Бранту! Мы же договорились на два месяца!

— Какая прелесть, — усмехнулась она, смахивая сияющую, золотую слезинку. — Поразительная наивность. И у тебя, и у нашего сурового монстра. Никогда не думала, что в нем есть такая романтичная сторона, а то сделала бы ставку на него с самого начала.

Она подлетела вплотную ко мне, лицом к лицу. Я отшатнулась, с удивлением поняв, что я здесь не в своем истощенном теле, а с телом Эйлин Фейс. Какой парадокс…

— Никому не говори про книгу, это может все испортить, — нахмурилась она, бегая взглядом по моему лицу.

— Книгу? Но ты ничего не говорила! Может, сейчас объяснишь наконец, что происходит?

— Что ты хочешь услышать? — пожала она плечами и чуть отлетела.

— Как я могла попасть в историю, которую читала? — воскликнула я. — Это же невозможно!

— А ты уверена, что читала ее? — подперла подбородок кулачками Эйлин.

— Конечно! Я помню текст! Я знала, что Эльдрик заключит тебя в тюрьму и будет пытать. Что ты потом поможешь Лавелине… — я осеклась, испугавшись, что случайно причиню ей боль. — Ой, прости… Я, наверное, в коме, и у меня глюки? Это бы все объяснило.

Эйлин стала серьезнее. Снова подлетела и погладила меня по щеке. Она была теплая, осязаемая.

— Похоже, я не ошиблась, — сказала она отстраненно, а потом добавила: — Не тревожься. Я знаю об Эльдрике, о тюрьме, Лориане, пытках и Лавелине. Я прожила эту жизнь и вернулась в прошлое, чтобы все изменить. Не яд принесла мне тогда Лавелина, а кое-что другое.

— Что другое? Ты сделала это нарочно? Но почему в твоем теле оказалась я?

— Назовем это побочным эффектом. Так вышло.

— А когда ты заберешь тело обратно… я просто умру? — Надо было бы расспросить ее точнее о том, что случилось, но меня куда больше волновала собственная судьба, чем механизмы ее возвращения в прошлое.

Эйлин проигнорировала мой вопрос.

— Ты вступила в опасную игру, — нахмурилась она, а потом снова улыбнулась. — Но до ужаса интересную! В случае успеха Эйлин станет кронпринцессой! Хотя, конечно, это невероятное исключение. Обычно императрицами не становятся бывшие баронессы. Интересно, Брант Вальмор не захочет избавиться от тебя, чтобы найти более выгодную партию?

— Он совсем не такой! — воскликнула я.

Эйлин снова рассмеялась.

— О да, я вижу! Он влюблен в тебя по уши, как мальчишка.

Я отвернулась. Влюблен… Правда? И о чем это я?!

— За два месяца я точно не стану кронпринцессой, и контракт у нас на год, — тихо сказала я. — Тебе придется доделать все за меня. Пожалуйста, не бросай Бранта. Помоги ему.

— Не хочу, — хихикнула она и снова очутилась передо мной. — Как представлю, что меня будут трогать эти жуткие лапищи — в дрожь бросает!

— Не такие уж они и жуткие, — пробормотала я, с отчаянием понимая, что была права. Настоящая Эйлин не станет ему помогать.

— Ага, и кое-что у него тоже не такое уж жуткое, да? — беззаботно рассмеялась она, а потом добавила серьезнее: — Доделывай сама, раз начала, Эйлин Вальмор.

— Что? — я вскинула на нее голову. — Ты не выгонишь меня из тела?

— Сказала же — не смогу быть рядом с этим мужчиной, — махнула она рукой и разлеглась в воздухе, будто на невидимом диване. — Развлекайся. Правда, без помощи тебе дальше не справиться. Ты молодец, но на более высоком уровне начнешь делать ошибки. Это неизбежно, ты же не местная. Так что придется тебе помочь. Но я не могу просто так затаскивать тебя сюда — время тут течет иначе. Не знаю, сколько прошло в реальном мире, пока мы болтаем.

— Что ты хочешь сказать?

— Достань амулет в виде синей капли с кольцевой гравировкой. Он у меня в поместье, в моей комнате, в потайном дне тумбочки под зеркалом. Достань как можно скорее. Носи его на себе. И я смогу подсказывать тебе, когда ты сожмешь его в кулаке.

— Почему не сказала об этом раньше?

Она приложила палец к подбородку, изображая раздумье.

— Хм… Не думала, что до этого дойдет? — улыбнулась она. — Поспеши, Эйлин . Не знаю, сколько мы тут провели, но твой ручной дракон наверняка волнуется.

Звонкий смех зазвенел в ушах, пространство потемнело. Последнее, что я услышала, прежде чем очнуться и увидеть над собой обеспокоенное лицо Дейны, было:

— Стань кронпринцессой, Эйлин, заткни за пояс всех этих напыщенных идиотов — и я подарю тебе кое-что.

Эйлин

Я ехала в поместье дяди, думая о том, что какой-нибудь шпион может доложить Эльдрику или дяде о моей срочной вылазке. Однако, чтобы организовать западню, им потребуется время, а я уже в дороге. Так что риск нападения сейчас был минимален. А вот на обратном пути вполне могло что-то пойти не так.

Мысли метались, выстраивая и тут же опровергая разные сценарии. Но как ни крути, внезапность была на моей стороне. Вообще я сорвалась так срочно, надеясь, что дядя не возвращается из столицы рано. Ведь, насколько я помню из книги, он редко оставался в поместье. Всегда уезжал по каким-то делам. В его отсутствии заправляла всем главная горничная.

И в общем-то все, что я знаю о поместье.

— Подойди сюда, — позвала я ближайшего рыцаря, выглянув из окна кареты. Прохладный воздух с запахом пепла на мгновение остудила мои разгоряченные щеки. — Как тебя зовут?

— Ханий, госпожа, — поклонился рыцарь, и его латы тихо звякнули.

— Скачи вперед, достань мужскую одежду для меня и другую карету, желательно простую, — стала объяснять я, понизив голос, на всякий случай. — И для вас какую-то маскировку. Спрячь все это недалеко от поместья моего дядюшки. Чтобы мы на обратном пути переоделись. На всякий случай.