— Ты больше не злишься? — прошептала она и покачала головой.

— Наверное, должен, — ответил я хрипло.

— Это значит — нет? — Эйлин вздохнула и развернулась в моих объятиях, прижавшись лбом к груди.

Усталость навалилась на меня, раны снова заныли.

— Значит, нет. — Я опустился на пол, увлекая ее за собой.

Она тут же прильнула и обняла мою уродливую драконью руку, словно прося меня спасти от моих же братьев…

Я замер, боясь глубоко вдохнуть. Готов был и вовсе не дышать, лишь бы не спугнуть ее, не лишиться этой внезапной и удивительной близости с нежным цветком и феей империи. Недосягаемая, невероятная, та, что прежде и добрым взглядом-то меня не удостаивала, сейчас льнула ко мне, одаривая своим теплом.

Мы оба замерли, и я наконец успокоился, позволив мыслям вернуться к сегодняшним событиям.

После проклятого ритуала я едва переставлял ноги. Он высосал все силы, раны болели, тело ломило, а дракон словно впал в спячку. Я ощущал неприятное онемение в сознании, похоже его подавили слишком сильно.

А потом увидел увидел Эйлин с Лорианом. Я едва не кинулся к ней, но Киллиан удержал меня, предложив посмотреть, что будет.

Я надеялся, что Эйлин позовет на помощь, сразу же убежит. Но она пошла с ним. В груди заклокотали ярость и обида, всколыхнув дракона, несмотря на то, что он должен был спать.

Я проследил за ними, увидел и услышал все, о чем они говорили. А когда этот бесстыдник притянул ее и поцеловал, я едва не взбесился вместе со своим зверем. Оказалось невыносимо смотреть, как мою «фиктивную» жену обнимает кто-то другой, как кто-то другой говорит с ней о чувствах. Глупо и бессмысленно, но я и правда начал к ней привязываться.

Киллиан удерживал меня всю дорогу, не давая сорваться. Дома я попросил Эйлин быстрее заковать себя в цепи, чтобы усмирить рвущуюся наружу сущность. Но мой собственный гнев все еще пылал.

Однако сейчас ушел и он. И мне стало казаться, что я наконец понимаю Эйлин: с кем бы она ни была прежде, она просто хотела выжить. Она готова отдать себя тому, кто предоставит ей защиту. Не по контракту, а целиком. Как совсем недавно, когда я целовал ее.

Или даже сейчас: она сидела в объятиях чудовища, которое может запросто ей навредить. Но она была готова быть с этим монстром, лишь бы обрести прощение, покой и чувство защищенности.

— Я защищу тебя, Эйлин, — проговорил я, проверяя свои догадки. — Как и обещал. Ничего не изменилось. Своих слов я не беру назад. Пока ты со мной, тебе не стоит бояться ни Эльдрика, ни твоего дяди, ни других аристократов, ни даже императора. И не ищи защиты у тех, кто дать ее не в состоянии.

Она подняла на меня взгляд, поджала покрасневшие, припухшие губы. Глаза снова наполнились слезами.

— Спасибо, Брант. Я тоже сделаю все, чтобы помочь тебе.

Я стер пальцами слезы, набухшие под ее глазами. Да, я дам ей эту защиту. Дам то, чего она ищет. Пусть ее любви мне не видать, мне будет достаточно ее благодарности. Раньше я не смел мечтать даже об этом.

Днем я все объясню Киллиану. А пока… Усталость все сильнее окутывала меня. И я просто закрыл глаза, впервые в жизни засыпая, обнимая женщину.

Проснулся я раньше Эйлин. Магия подпитывала меня, и спать требовалось меньше. К моему удивлению, Эйлин не ушла, а так и лежала, устроившись головой на моих бедрах, успев, правда, стащить с кровати одеяло и укрыть нас обоих.

Я невольно улыбнулся и осторожно погладил ее по волосам, а затем по плечу и спине. Она завозилась, ощутив прикосновения, и я быстро убрал руку.

Меня одолевала растерянность. Надо же, два аристократа — принц страны, герцог Пепельных земель, и его супруга, благородная сэйна, спят на полу, словно бродяги.

Ладно, я… Я привык спать и в походных условиях. Но она… Нет, это было очень странно для светской красавицы, какими бы суровыми ни были методы воспитания ее дяди.

— Доброе утро, — смущенно пробормотала Эйлин, поворачиваясь ко мне. — Ничего, что я тут осталась?

Я покачал головой.

— Может, переберешься ко мне? Я могу заказать цепи и для тебя, — не удержался я от шутки.

Она села и задорно прищурилась.

— Лучше ты перебирайся на кровать. Там уютнее.

По телу прокатилась волна жара, дракон радостно встрепенулся.

— Не играй с огнем, Эйлин. — Я сделал пару глубоких вдохов, успокаивая дракона. Все-таки, на цепи сделать это было куда легче. — Иначе я сожгу контракт, и наш брак перестанет быть фиктивным. Тогда уж я не позволю тебе крутить интрижки с моим братцем, а ему… просто оторву голову.

Я ожидал увидеть в ее глазах страх за Лориана, но она лишь смущенно шмыгнула носом и поднялась.

— Я ужасно голодна! — заявила она, доставая из-за пазухи ключ. — Давай скорее соберемся и пойдем есть.

Спорить было бессмысленно, я и сам ощущал зверский голод. Мы по очереди привели себя в порядок в купальне и переоделись. Эйлин несколько раз будто собиралась что-то сказать, но потом терялась, смущалась и переводила тему.

Я не торопил ее. Наверняка она хотела в чем-то признаться, но боялась моего гнева. Не знаю, что еще она могла скрывать, но я обещал ей защиту, а значит, должен быть терпелив и спокоен.

Из комнаты мы вышли вместе. Горничная по дороге поправляла Эйлин прическу и платье, а я украдкой поглядывал на нее.

Мы ели с хмурым Киллианом. Я предупредил Эйлин, что вид моей еды может ей не понравиться. В ответ она сказала, что если я не положу на стол несвежий человеческий труп, ее вряд ли что-то шокирует.

Из-за звериной сущности мне приходилось есть почти сырое мясо. Обычно никто не выносил ни его вида, ни запаха, но Эйлин даже не моргнула и глазом, с аппетитом уплетая сочное, едва прожаренное мясо. Киллиан и слуги смотрели на нас с таким ошарашенным видом, что я едва сдерживался, чтобы не рассмеяться.

Я испытывал странную, совсем неуместную эйфорию, но ничего поделать с собой не мог и просто наслаждался, как хрупкая, утонченная леди ест совсем не типичную для нее пищу.

Потом Эйлин отправилась с Дейной и управляющим смотреть материалы для ремонта, а мы с Киллианом пошли в кабинет. Мои раны уже зажили, но слабость и тяжесть в теле еще оставались. Дракон обиженно ворочался внутри, и я чувствовал, что связь с ним снова истончилась. Ритуал и вправду разобщал нас.

— Как славно она тебя задобрила за несколько часов, — проворчал Киллиан, закрыв за собой дверь.

Я снял маску, положил на стол и хмыкнул. Да, задобрила, не то слово. Но рассказывать подробности я не стал, даже не представлял, как говорить о таком.

А дядя прищурился и покачал головой.

— С ума сойти… — вздохнул он. — Понятия не имею, как она до сих пор жива. Брант, она тебя околдовывает. А потом сдаст третьему принцу.

— А сам-то веришь в это? — усмехнулся я.

Киллиан тяжело вздохнул и опустился в кресло.

— Я вообще перестал ее понимать. Думал всю ночь, и ее поведение кажется нелогичным. Зачем было идти с Лорианом и ничего ему не рассказывать, не просить? Он ляпнул ей, что скучает, значит, их встреча не первая. А ты говорил, она потеряла память.

— Иногда мне кажется, что это вовсе не Эйлин, — сказал я, вспоминая ее отчаянные слова.

— В каком смысле?

— Она… Не знаю, как объяснить. Она совсем другая. Хотя, возможно, мы просто никогда не знали настоящую Эйлин. А еще иногда она произносит странные слова. Что такое «детский сад», например?

Я пытался припомнить и другие непонятные фразы, что иногда вырывались у нее будто невзначай, но не мог.

— Хм… Думаешь, она шпионка какой-то страны, которая прикинулась Эйлин?

Я пожал плечами.

— Она многого не знает, но все же будто что-то помнит. Она прекрасная актриса, я в этом не раз убеждался. А это очень похоже на прежнюю Эйлин.

— Если правда шпионка, то ей нужно поддерживать ритуал оборота, она должна тратить много энергии.

— Да, я не ощущаю в ней всплесков магии.