Раз как-то ночью, когда она почивала в келье своей, пришли лукавые духи, и было их бесчисленно много. Они приподняли ее, обступили, делая вид, словно готовы ее растерзать, разом все закричали и завопили зычными голосами: «Непутевая, ты отняла у нас того, кто нам попался душою и телом. Раз мы не можем сами тебе отомстить, сделаем так, что тебя оклевещут в этой обители». Она же сотворила крестное знамение пред собой и сказала: «Убирайтесь прочь, лукавые твари! Верую, что Бог меня защитит от вас и вашей клеветы на меня». После сего она заболела, жены ею гнушались, оскорбляли ее и творили ей многое зло — состоящие с нею в родстве, да и все остальные. Они уличали ее, что она-де страдает болезнью, какой у нее вовсе и не было. И вот как-то раз (это случилось в то время, когда она лежала в скорбях) она отправилась в храм под распятие, ибо перед ним обычно молилась, если обреталась в сильном смятении. Среди прочих словес, обращенных ею к нашему Господу, изрекла она и такие: «Господи, что я сделала им, всем этим женам, что они меня так гнобят и бесчестят?» Господь же наш спросил у нее: «Скажи Мне, а что Я сделал тем, что подвергли Меня страданиям и пыткам? Я их сотворил, создал их по подобию Себе... Вспомни о том, какие скорби они Мне причинили. Мужайся, сделаю так, чтобы ты забыла обо всех твоих бедах посредством Меня Самого».
Однажды во время Адвента она была столь полна божественной благодати и сладости, что едва дошла с помощью других сестер до своей кельи. Когда же те ее уложили, она пришла в восхищение[579], и ее охватила такая тоска по любезному возлюбленному Иисусу Христу, словно сердце ее собиралось вот-вот разорваться от подлинной страсти к Нему. И вот, пока она так лежала в тоске по Возлюбленному своему, пред ней предстали две девы. Она их сразу узнала, одну из них звали Spes[580], другую же Karitas[581]. Сии обратились к ней: «Госпожа, что с тобой приключилось? Ты так слаба и больна, о чем ты тоскуешь?» Она отвечала: «Испытываю тоску по Тому, Кто — Владыка над всеми владыками и Кто — Бог над всеми богами, по любезному и единственному любимому мной Иисусу Христу. Если Сей не будет моим, я умру. Боюсь, Он ко мне не придет и не захочет [взять] меня в жены, ибо я немало гневила Его во все дни моей жизни. У меня много пороков. Ни минуты, ни часа я не изнуряла себя в Его восхвалении. И все-таки мое сердце и моя душа вожделеют Его и взывают к Нему. Все чувства мои омрачились, ибо я опасаюсь, что Он не хочет ко мне. Посему ныне мне предстоит умереть от тоски по Нему». Девы стояли пред нею, и та, что звали Karitas, прорекла: «Нет, госпожа, не печалься так сильно! Поразмысли о том, сколь Он изобилен, насколько возвышен, насколько Он благороден, настолько исполнен любви. Любовь заставила Его спуститься с небес, принять естество человека и жить IX месяцев в девичьей утробе. Любовь понудила Его родиться из непорочной плоти Девы Марии. Бог, всегда бывший незримым, стал видим. Бог, недоступный познанию, позволил запеленать Себя в небольшие пеленки. Неведомый Бог позволил Себя уложить в ясли возле скота. Бог, Его же восхваляют и почитают все ангелы, принялся плакать, будучи малым дитятей. Бог, у Него же в услуженье тьмы и тьмы ангелов, принимал то, что для него делала юная Дева. Бог, питающий всё, что живет на земле, был питаем Своей Матерью. Бог, бесстрастный в Своем Божестве, стал по любви открыт для страданий в Своем человечестве. Бог, Какового во всей полноте не способны восславить ни небеса, ни земля, позволил обрезать Себя и именовать Себя Иисусом. Из любви Он позволил принести Себя в жертву во храме[582]. Тот, Кого боится всё, наделенное жизнью, бежал от врагов во Египет и был нищ из любви. Из любви Он терпел жажду и голод. Из любви не мог позволить Себе спокойного дня на земле. Из любви сжалился над всеми грешниками и простил им все прегрешения. Из любви больных делал здравыми, мертвецов же живыми и творил разнообразные чудесные знамения. Нередко Он уставал от проповедей, бдения и молитв. Из любви смиренно въехал на осле в Иерусалим. Из любви позволил продать себя за тридцать пфеннигов. Из подлинной любви Своего смиренного сердца подал ученикам в Великий четверг Свое священное тело, хотя и знал наперед обо всём том позоре, который Ему нанесут. В страхе Он покрылся кровавым потом. Любовь заставила Его отдать Себя по свободной воле на мученичество. Любовь принудила Его к тому, что Он позволил Себя схватить, предал Себя в руки врагов и позволил мучить Себя, Сам же пребывал в таком страхе и ужасе, что такого никто не может даже помыслить себе. Он позволил, чтобы Его отвели и поставили перед судьями, позволил бить Себя у колонны, позволил увенчать Себя терновым венцом. Он был приговорен к смерти и понес крест на спине. Из любви позволил прибить Себя ко святому кресту, был напоен уксусом, желчью. На святом кресте умер из любви в горьких мучениях. А когда был уже мертв, то был проткнут в бок, и из него вытекла вода и кровь. Сию Он дарует всем, кто Его любит. Возлюби же Его и веруй в Него, и ты узришь Его!»
Наслушавшись вдоволь, как говорят о ее любезном Возлюбленном, она обрела силу и сумела подняться. Каждая из девиц приступила к ней со своей стороны, и обе повели ее с силой. На одну из них склонилась ее голова. И ей явилось в видении, что ее провели через весь этот мир, всё же множество этого мира узрело сие в изумлении и восклицало: «Все дивитесь, что сии прошли мимо нас! Кого взыскуют они и куда собираются? Они, видать по всему, ищут Творца всех творений!» Поскольку путь был долог и труден, она утратила силы и в изнеможении опустилась. Девы, ведшие ее, встали перед ней и сказали: «Нет, милая госпожа, вставай и мужайся! Подумай о силе нашего Господа, к Которому мы желаем тебя отвести. Он настолько силен, что всё живущее в Царстве Небесном и в царстве земном от Него имеет силу, способность и жизнь. Он настолько могуществен, что никто не способен противостоять Его власти. За короткое время Он сотворил небо и землю. Он настолько мудр, что мудрость Его определила премудро место для всех из вещей. Он настолько благ, что из-за благости склоняется ко многим из тех, что пребывают в великих грехах. Он настолько богат, что всё сущее на небесах и земле принадлежит Ему одному. Посему мужайся и подымайся! В Господе нет недостатков. К Нему-то мы и хотим тебя отвести, дабы ты узрела Его, Возлюбленного своего». И вот сия ощутила силы и встала. Они же повели ее дальше к месту, где живет Сам Господь. Но она вновь обессилела и сказала: «Боюсь, что вы не желаете мне открыть правды, ибо путь сей долог и узок». Девы ответили ей: «Мужайся, мы правды от тебя не скрываем. Обретешь в Нем благодати и сладости больше в тысячу раз, чем мы о том умеем поведать. Подумай о красоте, обретающейся в лике Его. Его лик в тысячу раз прекраснее солнца. Как молнии устремляются с неба, так лучи красоты исторгаются из лика Его. Его красота превышает красоту всякого из людей. Его красота превосходит красоту всех святых. Его красота затмевает красоту любого из ангелов. Всё, что прекрасно на небе и на земле, ничто перед той красотой, что обретается в Нем. Радостью, высшей всех радостей, наслаждаются те, кто на Него вечно взирает». Когда она услышала, как рассказывают о Его красоте, ее силы окрепли. В веселье она приблизилась к месту, где проживал ее Господь и Возлюбленный. Все врата для них были открыты. Радуясь, они вошли в город. Он был настолько велик, что было не видно, где он завершается. Все его улицы были из чистого золота. Он был также высок, и крыш над ним не было видно. Город был весь осиян солнечным светом. Сей составлял его крышу. В городе она увидела ложе, обитое бархатом зеленого цвета. Девы уложили ее на него. Лежа на нем, узрела она, как приближается ее Господин. О, сколь прекрасен Он был! Сколько бы ни слышала я[583] о Его красоте, Он был в тысячу раз прекрасней. Его лик озарялся сиянием, и это сияние превосходило собой всякий свет, осиявший собой оный город. Он подошел ко мне. Его красота просветила мне сердце и прошла сквозь все мои члены. За ним шло вослед всё, что имелось в Царстве Небесном и в царстве земном, небесная Матерь Мария шла рядом с Ним ближе прочих. И те, что служили Ему усерднейшим образом, следовали в ближайшем Его окружении. Чем больше какой-нибудь человек служил Ему [в этой жизни], тем ближе он к Нему следовал. Все, кто на земле жил в христианской вере, следовали также за Ним. Как человек Его любил и служил Ему, в такой близости он за Ним следовал. Те, что на земле были неверующими, следовали тоже за Ним, ибо Он и их все-таки сотворил, но они были от Него столь далеко, что Он их не видел, да и они Его не могли видеть. Однако, уверуй они, Он бы и их принял в Своем милосердии... Господь приблизился к ложу. Во всей чудной Своей красоте Он встал на колена пред ложем, и лик Его обратился к лицу моему. Я продолжала смотреть на Него. Он был настолько прекрасен, что я не могла сего вынести. Мне стало казаться, что душа моя вот-вот растает от неподдельной любви. Он прорек: «Возлюбленная Моя». С этими словами, сладостно истекшими из Его уст, Он втянул мою несчастную грешную душу в Свое Божество. Мне нечего больше сказать об этом видении, кроме того, что оно, как я знаю наверное, началось после вечерней молитвы и продлилось до следующего дня, когда завершилась обедня. Когда я вновь вернулась в себя, то даже не могла прочесть «Ave Maria» из-за непомерной любви в моем сердце. Тот дивный, чудный лик, что я узрела, — он сиял сокровенным образом в душе у меня четыре недели или дольше того.
