— Я подожду в коридоре.

Шевалье вышел, тихо притворив за собой дверь, а из меня словно поддерживающий стержень вынули.

«Оказывается, я была так напряжена… Но что особенного? Подумаешь, с застёжкой помог!»

Я недовольно тряхнула головой и принялась со всей возможной быстротой переодеваться в свой обычный костюм.

***

— Несс, ты ведь идёшь на бал?

Я с подозрением покосилась на Кирана. Мы, уже по обыкновению, направлялись на тренировку, однако шевалье зачем-то отозвал Йозак, и теперь я вместе с мечниками ждала его возле арки, разделяющей две площади.

— Иду.

Киран кашлянул. Одёрнул перевязь с тренировочным мечом и самым что ни на есть официальным тоном произнёс:

— Госпожа д’Эрсте, не окажете честь танцевать со мной первый танец?

Создатель Безымянный, что, опять?

— Слушай, так нечестно — договариваться сейчас! — Похоже, Радиэль обиделся не на шутку. — Я тоже собирался пригласить Несс на танец!

— Приглашай, — не стал спорить Киран. — Бал ведь на всю ночь. И вообще, в книге по этикету написано, что заранее ангажировать даму не возбраняется.

Он читал книгу по этикету? Это Киран-то?

Я поняла, что на лице у меня написано совершенно невежливое изумление, и поспешила спрятать его под маской светскости.

— Мне очень жаль. — Не хотелось становиться камнем преткновения для приятелей. — Но я уже обещала первый танец.

К сожалению, Киран не поверил.

— Да? И кому? Если это не тайна.

Я открыла рот, собираясь сказать: «Берти», но вовремя поняла, что это прозвучит неправдоподобно. Конечно, мы друзья, но чтобы он решился сам пригласить меня на танец… Очень вряд ли. И потому я ляпнула:

— Шевалье Моро.

На лицах мечников отразилось разочарование, однако в этой кандидатуре не усомнился ни один из них.

— Но второй танец, Несс? — Как и советовал мастер Цзы, Киран отступил в малости, чтобы не отступать в большом. — Ты согласишься танцевать со мной второй танец?

— Соглашусь. — В конце концов, после этого бала мы вряд ли ещё когда-нибудь увидимся. Так почему бы не расстаться на мажорной ноте? — А третий будет за Радиэлем. — Я посмотрела на мечника: — Если ты не возражаешь.

— Нет. — Тот смирился с опозданием. — Спасибо, Несс.

Я улыбнулась ему (надеясь, что без натянутости) и про себя порадовалась, что мы завершили разговор до того, как к нам подошёл шевалье.

Осталось только придумать, как сказать ему, что первый танец он танцует со мной.

— Шевалье, мне нужно сказать вам кое-что. Точнее, попросить.

Мсье Перигор говорил, что иногда прямота — это вершина дипломатии. И, хорошенько обдумав всё за завтраком, я пришла к выводу, что сейчас именно такая ситуация. А когда мы с телохранителем шли на занятие по экономике, решила не тянуть: времени на короткий разговор вполне хватало. Потому, подойдя к башне, украшенной щитом со столбиком монет, я не стала подниматься на крыльцо, а остановилась чуть в стороне.

И обратилась к шевалье с банальной, но лучшей из пришедшего мне на ум фразой.

— Слушаю вас, мадемуазель, — склонил голову телохранитель.

— Видите ли… — Было ужасно неловко: и оттого, что буквально ставила его перед фактом, и от ощущения, что подобное совершенно неприлично для любой благовоспитанной девицы. — Так получилось, что, когда меня спросили о первом танце на балу, я сказала… Я сказала, что уже приглашена и меня пригласили вы.

На лице шевалье отразилась нешуточная растерянность, и я, смущённо потупившись, торопливо продолжила:

— Простите, это очень самоуверенно с моей стороны, но я буду крайне признательна…

— Вы можете полностью рассчитывать на меня, мадемуазель.

Я вскинула взгляд и вспыхнула: по ощущениям — до кончиков ушей. Шевалье смотрел с самым серьёзным выражением, однако в глазах его чистым золотом сияла такая глубокая радость, что сердцу вдруг стало тесно в груди.

— Благодарю вас. — Я снова уставилась на плиты двора и, стараясь, чтобы голос звучал естественно, но ужасно фальшивя, продолжила: — Идёмте на занятие. Пусть мы и вольные слушатели, опаздывать не стоит.

— Да, мадемуазель.

Я первая взбежала по ступенькам крыльца, потянулась, чтобы открыть дверь, и наши с шевалье пальцы встретились на полированной бронзе ручки. Мы одновременно дёрнулись назад, словно коснувшись горячего, и я самым идиотским образом пролепетала:

— Извините.

— Вы меня извините, мадемуазель.

Я не могла себя заставить взглянуть на телохранителя, однако каким-то образом чувствовала, что он тоже сконфужен.

— Прошу вас.

Шевалье всё же открыл передо мной злосчастную дверь, и я торопливо проскользнула внутрь, молясь про себя, чтобы жгучий румянец успел сбежать со щёк, пока мы поднимаемся в лекционную аудиторию.

Таким образом вопрос с первыми тремя танцами на балу был решён, и будь моя воля, я бы ими и ограничилась. Однако пессимистично не верила, что так получится: Йозак почти наверняка возьмёт на себя обязанности распорядителя и не даст мне спокойно проводить время у стены. Уходить же с праздника, причиной которого была в том числе и я, тоже не хотелось. Потому оставалось лишь заранее смириться: «Бал — это место, где танцуют», — и приготовиться танцевать ночь напролёт.

***

Сегодня все ужинали как никогда стремительно, ведь праздник должен был вот-вот начаться. Вернувшись в свою комнату, я скинула дорожный костюм, умылась и вдруг поняла, что есть одна проблема.

Я не умела делать сложные причёски. На балы и прочие торжества меня собирали горничные, сама же я могла лишь заплести волосы в косу да подколоть её, чтобы не сильно мешала. Но соорудить нечто столь элементарное к такому великолепному наряду было бы настоящим кощунством. А попытаться научиться прямо сейчас, в жёстком цейтноте… Я закусила губу, соображая, и щёлкнула пальцами, найдя решение.

— Деми! Пожалуйста, появитесь!

В этот раз воплощение академии пришла на зов сразу же. И не успела я открыть рот, чтобы изложить свою беду, как Деми с мягкой улыбкой произнесла:

— Да-да, я знаю, в чём ваше затруднение.

Она взмахнула рукой, и вокруг меня закрутился тёплый вихрь магии. Поднялся от ног к голове, и я не смогла не ахнуть, увидев себя в зеркале.

Волшебство Деми не просто создало у меня на голове высокую причёску, украсив её россыпью бриллиантовых капелек. Оно надело на меня платье, туфли, перчатки и даже драгоценный гарнитур!

— Как в сказке! — выдохнула я, и душа академии по-девичьи хихикнула.

— Рада, что смогла побыть для вас феей-крёстной, мадемуазель д’Эрсте.

— Вы знаете наши сказки? — изумилась я.

— В том числе, — несколько загадочно произнесла Деми. — Увидимся на балу!

И она исчезла.

А я, не удержавшись, покрутилась перед зеркалом и только потом наконец вышла из комнаты.

***

— Вы ослепительны.

Второй раз я слышала эту безыскусную фразу, и второй раз к щекам прилила кровь.

— Благодарю, шевалье. И возвращаю вам комплимент.

Я не лукавила: в элегантном и строгом костюме песочного цвета, телохранитель выглядел по меньшей мере графом или даже герцогом. И не только из-за явно дорогого материала одежды или идеального кроя — нет, куда больше на это впечатление играли военная выправка и благородная красота черт.

— Счастлив, что могу соответствовать вам. — Изяществу этого поклона (причём без ноты подобострастия!) позавидовал бы любой придворный. — Позволите вам помочь?

Я сразу поняла, о чём он: в столь пышном платье было бы неудобно спускаться по довольно крутой лестнице на семь этажей вниз. Потому кивнула:

— Буду признательна, — и с достоинством вложила пальцы в тёплую и твёрдую ладонь.

Мы благополучно добрались до холла первого этажа, куда почти одновременно с нами вошёл Берти.

— О, а я к вам! — широко улыбнулся он. — Несс, ты просто чудесно выглядишь! И вы превосходно смотритесь вместе!