— Фух! — Из комнаты выкатился Берти и торопливо её закрыл. — Думал, задохнусь!

Он сорвал с лица повязку и только тут обратил внимание, что мы с шевалье вместо объятий и поздравлений попятились от него.

— Ну вот да. — Маг не без неловкости развёл руками. — Запах очень въедливый. Я оставил в комнате Несс знак воздуха, чтобы быстрей выветривалось, но всё равно… — Он виновато посмотрел на меня. — До утра туда лучше не заходить.

— До утра? — У меня вытянулось лицо. Где же мне ночевать? — Нет, погодите, так нельзя!

И я позвала:

— Деми! Деми, нужна ваша помощь! Мне негде ночевать!

Однако воплощение академии проигнорировало меня и в этот раз.

— Слушайте, это уже и вправду ерунда какая-то! — Берти взъерошил волосы и тоже позвал: — Деми! Деми, пожалуйста, появитесь!

Ответа вновь не последовало.

«Ах так?»

Я сердито вскинула подбородок и отчеканила:

— В таком случае сейчас заберу свои сапоги и плащ и пойду ночевать на крыльце ректорской башни!

— Не кипятитесь. — Шевалье с опасным безрассудством коснулся моего плеча. — Во-первых, вся ваша одежда там тоже пропахла и надевать её сейчас будет… не особенно приятно. А во-вторых, вы прекрасно можете переночевать у меня.

Это было уже слишком. Сжав кулаки, я собралась высказать всё, что думаю о столь оскорбительном предложении. Однако шевалье опередил меня единственной фразой:

— А я напрошусь к Йозаку — на одну ночь он, думаю, потеснится, — и пламя моего гнева опало, хотя и не угасло окончательно.

Вдобавок Берти подхватил:

— Хороший вариант, Несс, правда! К утру, думаю, вещами уже можно будет пользоваться без проблем, но вот сейчас… Я бы не советовал.

Я посмотрела на одного, на другого и поняла, что если и впрямь не собираюсь ночевать на ректорском крыльце, выхода у меня нет.

— Хорошо, шевалье. — Мне пришлось буквально выталкивать из себя слова. — Благодарю за ваше великодушие.

Вот так и получилось, что я вновь осталась в комнате телохранителя одна. Шевалье и Берти ушли, причём первый отдал мне ключ от двери, пояснив: «Чтобы вы чувствовали себя свободнее».

И, разумеется, я не преминула им воспользоваться.

А вот расстилать кровать и уж тем более принимать вечернюю ванну я не стала. Просто умылась, погасила светильник и прилегла поверх покрывала. Ночи в академии были тёплыми, потому я вряд ли замёрзла бы без одеяла.

Часы показывали, что время к полуночи, и если завтра я хотела чувствовать себя бодрой, следовало засыпать как можно скорее. Однако сон, будто назло, бежал от меня. То ли слишком много событий пришлось на вечер и начало ночи, то ли в комнате было не так уж и тепло, то ли мешал тонкий запах, исходивший от подушки, пусть и накрытой покрывалом. Вполне приятный запах, просто слишком уж… мужской? Чужой? Не мой.

Я со вздохом перевернулась на другой бок и вздрогнула, услышав какой-то посторонний звук. Шорох? Где-то здесь, в комнате? Затаив дыхание, я напрягла слух и однозначно поняла — следующий шорох был со стороны двери.

Кто-то пытался взломать замок?

Схватив лежавший на тумбочке у изголовья баселард, я неслышно соскользнула с кровати и прокралась к двери. Снова прислушалась, но теперь по ту сторону было тихо. Немного подождав, я аккуратно отперла замок и стремительно распахнула дверь, готовая увидеть…

Кого угодно, только не сидевшего сбоку от входа шевалье.

— Что вы здесь делаете?

Сказать, что я опешила — значит, ничего не сказать. Он ведь планировал ночевать у Йозака, неужели друг ему отказал?

— Выполняю свой долг.

Взгляд смотревшего на меня снизу вверх телохранителя был полон безмятежной уверенности в правильности своих действий. Зато я растерялась окончательно и самым недопустимым образом пролепетала:

— И что же, вы будете сидеть здесь до утра?

Шевалье пожал плечами.

— Ну да.

— Но зачем? Было столько разговоров о безопасности курсантов в стенах академии… И потом, я и одна прекрасно справлюсь с любой угрозой!

— Не сомневаюсь, мадемуазель, — кротко ответил телохранитель. — Однако ни одно из этих обстоятельств не отменяет моего долга, как вашего защитника.

Я открыла рот — и закрыла, так и не решив, что же ответить. А шевалье мягко продолжил:

— Ложитесь спать, мадемуазель. Завтра у вас стратегия и тактика, потому нужно отдохнуть как следует.

Он был несомненно прав, но закрыть дверь и уйти спать, зная, что он сидит здесь на полу? Я покусала губу и спросила:

— Как вы предполагали ночевать у Йозака? Есть какая-то раскладная кровать или что-то подобное?

— Спальный мешок. — Похоже, шевалье не до конца понимал, к чему этот вопрос. — Некоторые тренировки связаны с имитацией ночных нападений, когда приходится несколько ночей проводить под открытым небом. Но разве вы не находили его у себя в шкафу? На нижней полке.

— Не обращала внимания, — ответила я и замолчала, решаясь.

То, что я собиралась сказать дальше, было скандально и недопустимо для любой незамужней девушки, а не только для принцессы. Шевалье же, считая, что разгадал мои намерения, заметил:

— Не беспокойтесь, мадемуазель. Я привычен к ночным бдениям и прекрасно покараулю ваш сон и без спального мешка. Тем более в случае непредвиденной ситуации из него слишком долго выбираться.

Я набрала в грудь воздуха, как перед нырком в воду, и с фальшивым хладнокровием сообщила:

— В таком случае в мешке буду спать я, а вы — на кровати.

Лицо телохранителя приняло такое же ошарашенное выражение, как и моё совсем недавно. Я же, желая до конца убрать все недомолвки, закончила:

— Входите, шевалье. Телохранитель или нет — вы хозяин этой комнаты и не должны спать за её дверью.

И отступила от входа.

Спать на кровати шевалье отказался категорически. Не зажигая света, достал из шкафа меховой спальный мешок, разложил его на полу и улёгся, как на подстилку, подложив под голову скатанный плащ. Я же вернулась на прежнее место, чувствуя себя ужасно скованно. Легла, отодвинувшись к самой стене — как бы глупо это ни было, мне хотелось сделать расстояние между мной и шевалье как можно больше.

— Вы разве не укрываетесь?

Заметил.

— Мне и так неплохо.

Темнота почти неслышно вздохнула, и рядом с кроватью вырос тёмный силуэт.

— Что? — Я приподнялась на локте, и в то же мгновение меня накрыл тёплый плащ.

— Хотя с одеялом было бы удобнее, — добродушно заметил шевалье, заставив меня смутиться.

— Можно и одеяло. — Я чувствовала себя откровенно не в своей тарелке, оттого фраза прозвучала бурчанием. — Не хотела хозяйничать.

— Понимаю. — Телохранитель и впрямь как будто понимал, вот только что? — Давайте я вам помогу.

Вместе мы вытащили одеяло из-под покрывала, и я снова легла, от непрошедшего смущения укрывшись им едва ли не с головой.

— Спокойной ночи, мадемуазель Агнесс.

— Спокойной ночи, шевалье Моро.

Я сомкнула веки, уверенная, что теперь из-за соседства с мужчиной точно не усну до самого утра. И сама не заметила, как меня затянуло в трясину сна без сновидений.

***

Когда дыхание Агнесс обрело медлительность и глубину, шевалье мягко поднялся с пола. Заглянул девушке в лицо — серьёзное и сосредоточенное даже во сне, покачал головой: что за ношу взвалила на неё судьба!

«Каждый получит своё», — шепнул в памяти голос Деми, и шевалье, кивнув ему, поправил на спящей одеяло, а затем отошёл к окну. Привычно встав сбоку, чтобы не сразу быть замеченным, выглянул наружу и замер.

Ясная мирная ночь раскинула над академией звёздные крылья. Клонившаяся на убыль луна лила печальный свет на шпили и башни, и ни одна лишняя тень не нарушала покоя ночных теней.

«Завтра надо быть очень внимательным. — Мысли были такими же ясными, как ночь. — Если с этим связан кто-то из курсантов, он может себя выдать. Запах, непривычное поведение… До завтрака надо обязательно перекинуться парой слов с Йозаком — пусть тоже наблюдает».