— Что за кошмары? — его взгляд стал сосредоточенным, но рука всё ещё удерживала моё запястье.

— На днях мне приснилось, будто я наблюдаю, как ты спишь на диване и умоляешь кого-то не сдаваться. Потом тебя разбудила Хэйли. Ты спал спокойнее рядом с ней, ты сам так говорил во сне. Я не знаю, — я замотала головой, — может это просто мои переживания за тебя обрели такую форму во сне.

— Пойдём, — всё ещё держа меня за руку, Маркус проследовал к столу и закрыл программу видеотрансляции. Кликнув по другой папке, он запустил видео и промотал примерно треть. Когда Маркус наконец нашёл нужный фрагмент и остановил перемотку, на экране показалась картинка: в приглушённом свете комнаты, озаряемой лишь плавными переливами тёплого свечения гирлянды, свернувшись клубком на диване, лежал Маркус. Его тело, точь-в-точь как во сне, корчилось от боли, слабый шёпот и стоны едва ли можно было разобрать. Он выглядел таким слабым и маленьким, несмотря на то, что едва помещался на диване.

На верхней ступени показалась Хэйли, с подозрением перегибаясь через перила.

— Маркус, — голос был обеспокоенным, — Маркус!

Я молча наблюдала за тем, как Хэйли спустилась вниз и присела рядом с диваном на колени. Снова неразборчивый шёпот, и её пальцы коснулись щеки брюнета.

— Маркус, проснись. Это сон. Это всего лишь сон, просыпайся.

Выражение её лица было встревоженным. Когда парень вздрогнул, на лице девушки расплылась улыбка.

— Эй! Всё хорошо, всё хорошо. Это не по-настоящему. Что бы тебе не снилось, это не по-настоящему.

Она заставляла его сконцентрироваться на ней, поглаживала его лицо и выглядела такой заботливой и встревоженной, хоть в её взгляде ощущалась неловкость, когда Маркус обхватил её и прижал к своей груди.

— Я с трудом засыпал, — начал Маркус, — до твоего появления, да и несколько ночей после, потому что боялся снова погрузиться в кошмар, из которого не было выхода. Но в ночь, когда ты получила травму, я впервые спал спокойно.

— Это был не сон, да? — я развернулась к нему лицом, — всё, что я вижу сейчас, и то, что я видела во сне, — одно и то же.

— Да, — он задумчиво кивнул.

— Можно мне взять запись? Может я найду какую-то зацепку?

— Конечно, я попрошу Дэнни, чтобы он сделал копию для тебя, — Маркус снова изучающе оглядел меня, — что ещё ты вспоминаешь?

— Не знаю. Временами... Это всего лишь мгновения... Будто я пытаюсь ухватиться за что-то, что проносится мимо меня на бешеной скорости. Иногда это просто фразы, иногда определённые события, запахи или звуки провоцируют картинки или разговоры. На прошлой неделе, когда мы были на вечеринке в честь моего Дня рождения, один из парней поранил руку, и, мне кажется, я частично погрузилась в момент, когда Дэнни зашивал мою рану: кисть пронзила острая боль, и я услышала голос. Твой голос. Ты говорил, что я сильная и значима.

— Ты была поразительной. Никто из нас не ожидал, что ты вынесешь это.

— И вы великолепно справились со своей задачей, — я указала на плечо, заключённое в бандаж, и на губах Маркуса мелькнула грустная улыбка.

— Всё могло быть гораздо хуже. Вы позаботились обо мне, хотя, я уверена, для вас это тоже было непросто. Так позволь мне позаботиться о тебе, — я снова взяла его за руку, заставляя посмотреть на меня, — тебе необходимо выбраться из этой западни.

— Как тебе это удаётся? — смущённая улыбка на его лице стала шире, и он провёл большим пальцем по костяшкам, снова вызывая мурашки, — не отчаиваться в сложных ситуациях и концентрироваться на чём-то хорошем?

— Моя жизнь и так дерьмовая штука: то предательство отца, то смерть подруги, теперь весь этот кавардак, — я усмехнулась, и инстинктивно крепче сжала его ладонь, — если позволить себе раскиснуть, вообще ничего не останется.

— У вас с Хэйли очень много общего, — он присел на край стола, расставив ноги так, что, сделав ещё шаг, я бы оказалась между ними, — из нас двоих она всегда была более жизнерадостной. И даже когда мы осознавали, чем может всё это закончиться, она думала о том, как сохранить это в памяти. Обменяться напоминаниями было твоей идеей.

Я уже не понимала, была ли Хэйли реальной? Была ли разница между нами? Было ли то, что я чувствовала, находясь здесь, рядом с ним, воспоминаниями Хэйли или моими собственными чувствами?

— Футболка, которая осталась у меня, уже почти не пахнет, — к слову подметила и тут же поняла, как это звучало.

Я почувствовала, как мои щёки налились румянцем, когда в глазах Маркуса промелькнула какая-то искра.

— Я могу дать ещё одну, — голос парня стал непривычно игривым, с хрипотцой, царапающей обнажённые нервы, и внизу живота разлилось приятное тепло.

— Я не то имела в виду, — я замахала руками, понимая, что щёки становятся ещё краснее.

— Ты говорила, что так лучше спишь. Кто, если не я, знает лучше, насколько это важно? — он решительно поднялся, почти соприкоснувшись с моим телом, и направился в сторону спальни.

— Хорошо, — я последовала за ним, пытаясь поспевать за широкими шагами, — тогда что могу сделать я? Чтобы ты тоже смог заснуть?

Брюнет остановился на пороге спальни и окинул меня таким взглядом, что по коже пробежались шаловливые мурашки, заставившие меня проглотить собственный вздох. Его глаза заблестели, и лицо приобрело соблазнительное выражение.

— Могу я взять твой номер? — медленно произнёс он, всё ещё мягко скользя взглядом по моей коже.

— Номер? — удивилась я, — но ведь у Дэнни есть мой номер.

— Чтобы я мог разговаривать с тобой без надсмотрщиков.

Он хотел созваниваться. Только мы, без участия Дэнни и Кайлы. Это звучало интригующе. Будто мы пытались спрятаться, словно это тайный роман.

Я кивнула, поймав взволнованный взгляд парня.

Холи

Я взлетела на крыльцо, ощущая, как меня потряхивает от волнения и предвкушения. Флэшка в моём кармане хранила в себе столько моментов, которые я ещё не видела, но безумно хотела изучить. И это до дрожи волновало меня, потому что сегодня, в том кабинете наедине с Маркусом, я почувствовала нечто новое, реакции тела, которые я ещё никогда не ощущала. Что я увижу на этих записях?

Я вынула ключ из кармана куртки и уже собиралась вставить его в замочную скважину, как позади послышался знакомый звук мотора. Я застыла на мгновенье и напряглась, вспомнив о планах на сегодняшний вечер.

— Чёрт, — зажмурилась и прошипела, повернувшись лицом к подъездной дорожке.

Мне пришлось натянуть фальшивую улыбку, когда Терри заглушил двигатель своего джипа и, выскочив из салона и улыбаясь, направился ко мне.

— Детка, ты готова? — от его сияющей радостной улыбки мне стало не по себе из-за того, что я забыла о наших планах.

— Нет, я только вернулась.

— Ничего страшного, я подожду, — я кивнула и, развернувшись к двери, открыла её.

Терри не из тех, кто отступает: даже если ему отказать сотню раз, он придёт в сто первый и дожмёт тебя, так что не было смысла продолжать отодвигать этот вечер.

Едва мы переступили порог, как в гостиной показалась мама.

— Здравствуйте, миссис Джебсон, — Терри поздоровался первым, явно намереваясь взять всё в свои руки, — как поживаете?

— Неплохо, — мама ответила ему кивком и смерила нас заинтригованным взглядом, — провожаешь Холи?

— Наоборот, приехал, чтобы украсть её до конца вечера, — он опустил ладонь на мою талию, и мама ухмыльнулась.

— Ты знаешь правила.

— Так точно: никакого вождения в нетрезвом виде, никаких наркотиков, и я должен вернуть её не позднее полуночи, иначе вы отвернёте мне голову.

— Схватываешь на лету.

— Я скоро вернусь, — я похлопала парня по плечу, едва сдерживая смех от того, как он каждый раз напрягался, встречаясь с моей мамой. Она вела себя как коп, дрессируя его и запугивая. Но Терри, признаться, был не из робкого десятка — смело переступал порог моего дома и достойно выдерживал её напор.