— Но только сейчас я словно городская сумасшедшая. Чего людям ожидать от девушки, которая три недели в беспамятстве шаталась по городу? Теперь я уже не выгляжу как жертва, я вызываю подозрения.

Я ткнула пальцем в его грудь.

— Ты не дал мне построить план, собрать информацию. Врачи ничего не обнаружили, но картина ещё не ясна. Ты не имел права лезть со своими заявлениями.

— Знаешь что? — прошипел парень, — я пытался заботиться о тебе, потому что переживал за тебя всё это время, но ты, — он ткнул пальцем в ответ, вызвав странную боль в плече, — даже не удосужилась сообщить мне о том, что вернулась.

— Когда мне было? — возмутилась в ответ, — первые сутки после возвращения я пыталась собрать мысли в кучу. Да и телефона у меня не было, сам знаешь.

— Ты могла взять телефон у кого угодно и связаться со мной. Но нет, — его лицо исказилось в странной гримасе, — я до сих пор не вхожу в круг твоих близких людей.

Я вдруг вспомнила все те моменты, когда он подбадривал меня после смерти Мики, каким добрым и весёлым он бывал со мной. Терри многого не знал обо мне, как и не знал, почему я с ним, но он действительно всегда хорошо относился ко мне. Я не надеялась, что он испытывает ко мне сильные чувства, но наш союз был достаточно крепким, чтобы я могла довериться ему в некоторых вещах.

Но странно было то, что сейчас я ощущала себя гораздо дальше от него, чем хотелось бы.

— Прости меня, — я подняла на него взгляд и протянула руку к нему, — я ценю всё, что ты делаешь для меня. Правда. Но у меня так много вопросов к самой себе, что мне не хватает сил на кого-то ещё.

Терри в ответ обхватил мою ладонь и притянул к себе, заключив в объятия. Этот парень был вспыльчив, временами нетерпелив, но рядом с ним я чувствовала себя чуточку беззаботнее.

Однако сейчас, когда он обнимал меня и целовал мою макушку, я чувствовала только тоску.

Я не понимала, откуда вдруг возникло это чувство. Это было похоже на то, будто у меня отняли что-то очень ценное и дорогое.

— Пойдём обратно, а то вот-вот прозвенит второй звонок, — Терри оторвался от меня и, взяв за руку, потянул в сторону главного входа.

Выходя из укрытия и следуя за ним, я снова оглянулась.

Не могу сказать, что часто полагалась на свою интуицию, но сейчас всё нутро подсказывало мне, что в нашем укрытии мы были не одни.

Холи

— Результаты анализов хорошие, — произнёс мой лечащий врач, — нет никаких следов наркотиков или иных психотропных веществ. Беременность также не подтвердилась, как я вижу по результатам обследования доктором Диллари. Единственное, что меня тревожит, — уровень гемоглобина в твоей крови. Он понизился. Ты не наблюдала слабости или головокружений в последнее время?

— Нет, ничего такого, — я покачала головой.

Доктор кивнул и продолжил.

— Я назначу тебе курс препаратов, а также рекомендую пока воздержаться от интенсивных физических нагрузок. Знаю, что ты занимаешься гимнастикой и плаванием, но твоё плечо ещё не до конца восстановилось, так что активные тренировки пока придётся прервать.

Я расстроенно осела на стуле, слушая рекомендации.

Не хотела бы привлекать ещё больше внимания после высказываний Лизи. Эта сучка с радостью вырвет зубами моё место в команде.

— Я назначу тебе курс лечебной физкультуры и дам контакты специалиста. Также рекомендую в течение следующих трёх недель носить специальный бандаж.

Я осознавала всю серьёзность ситуации, в которой оказалась, но моя бойкая натура никак не хотела мириться с потерями, которые я могла понести.

Мама сжала мою ладонь в ободряющем жесте, и я криво улыбнулась, пытаясь делать вид, что это не расстроило меня настолько уж сильно.

— Курс препаратов продлится четыре недели, после чего я жду тебя на повторный приём, — заключил доктор, передавая мне рецепт.

Я покидала больницу с лёгким скрежетом в груди. Моя привычная жизнь рассыпалась на части. Люди начинали болтать обо мне гадости, я потеряла возможность тренироваться в командах из-за травмы, причин появления которой я даже не помнила.

— Милая, я понимаю, как для тебя важно капитанство в командах, но может оно и к лучшему? — мама склонила голову в мою сторону, не отрывая взгляда от дороги, — сейчас для тебя важнее сосредоточиться на себе. С тобой столько всего произошло. Снять груз ответственности на какое-то время не так уж плохо в нынешних обстоятельствах.

— Я так усердно работала, чтобы добиться того, что имела до сегодняшнего дня, — я отвернулась к окну, пытаясь не позволить слезам отчаяния пролиться, — а сейчас я чувствую себя абсолютно беспомощной. Я даже не знаю, что произошло!

— Холи, — мама вздохнула и взяла меня за руку, — это ведь временно. Более того, с поста президента тебя никто не убирает. Под запретом пока только всё, что связано со спортом, но ты всё ещё можешь блистать, занимаясь школьными делами. Ты сможешь уделить этому гораздо больше времени. Не только успехи в спортивных достижениях помогут тебе в поступлении. Участие в общественной жизни имеет также большую значимость.

Я повернулась к ней лицом и сжала ладонь крепче.

Я обожала свою маму. Я не знала человека сильнее, чем она. Несмотря на жизненные испытания, она всегда держала голову поднятой и с уверенностью шла навстречу проблемам, разгребая их, засучив рукава. Предательство отца в какой-то степени подкосило нас, но не разрушило. Она посвятила себя проектам, которые сейчас обсуждали не только в рамках нашей страны, но и за рубежом. Я же, следуя её примеру, пыталась достичь успеха во всём, что меня интересовало.

— Я тут подумала: раз у тебя появилось больше времени и необходимость разобраться в себе, почему бы нам не вернуться к терапии мистера Саласа?

Сеансы с психотерапевтом... Это звучало неплохо. Возможно, он мог бы помочь мне вспомнить то, что я упускаю.

— Думаю, это неплохая идея.

— Я запишу тебя.

— Дай мне пару дней, я хочу попытаться разобраться в себе, прежде чем идти с этой проблемой к психотерапевту.

— Моя девочка, — мама покачала головой и широко улыбнулась.

— Лизи не светит быть капитаном, кто её выберет?! — воскликнула Кайла, сидя на моей кровати, скрестив ноги, — все прекрасно знают, что за её добродушной улыбкой скрывается чокнутая стерва. Более того, она и половины того, что умеешь ты, не выполнит.

— Она болтала обо мне в туалете, когда я закрылась в кабинке.

— Когда это тебя волновало? — Кайла удивлённо подняла бровь, вытаскивая очередной кусок пиццы из коробки.

— Раньше мне было всё равно. Но сейчас я ощущаю себя неустойчивой. Ещё и директор МакКензи предложила мне временно отстраниться от занятий в команде, — я лежала и пялилась в потолок, пытаясь придумать хоть какой-то выход из ситуации.

— Хреново, — задумчиво покачала головой подруга, — но тебе ведь не обязательно совсем уходить. Команда по плаванию — понятное дело: нельзя плавать — и толку от тебя никакого. Но в группе ты можешь продолжать тренироваться, просто не выполнять то, что делаешь обычно. Натренируем кого-нибудь другого. Давно пора уже.

Кайла была права: я могла не тренироваться в полную силу, но не обязательно уходить с поста капитана.

— Ладно, завтра на тренировке решим. Давай, наконец, разберёмся с моим барахлом.

Я поднялась с кровати, открыла спортивную сумку, в которую мы сложили все вещи из шкафчика, когда школа опустела, и вытряхнула содержимое на кровать.

Разделив вещи по кучкам, мы осмотрели их: джинсы, кожаные леггинсы, свитер, трикотажное платье, белая рубашка, пара боди и кардиган; в другой стопке лежали три комплекта нижнего белья, несколько пар гольфов и пара чёрных колготок; а в третьей всякая мелочь, типа косметики, уходовых средств и бижутерии.

— Зачем так много вещей? — спросила себя вслух.