— Хэйли была его маяком, его спасением, — злорадствовал голос, — ты же — его боль. Открытая кровоточащая рана. Тебе не спасти его.

— Заткнись! — я развернулась, уставившись в темноту, всё ещё слыша, как Маркус задыхается в агонии, — заткнись! Заткнииииись!

— Холи! — чьи-то тёплые ладони обхватили моё тело, и всё вокруг затряслось от знакомого встревоженного голоса. Стены и пол вокруг кровати начали рассыпаться, а измученное тело парня, всё ещё дрожащее, резко провалилось, исчезнув в куче простыней, — Холи, проснись!

Я резко вдохнула воздух и вздрогнула, открыв глаза. Моё тело колотилось так, будто ко мне подключили оголённые провода.

— Холи, кошмар? Тебе приснился кошмар? — Кайла склонилась надо мной, вытаращив глаза.

Я не могла сфокусировать зрение, мечась по кровати.

— Что мне сделать? Позвать Меган?

— Нет, — мне удалось сконцентрироваться на голосе подруги, — только не её.

— Тогда что? Что мне сделать?

— Я должна спасти его, — задыхаясь, я тараторила, всё ещё встревоженная состоянием парня из сна, — мне нужно вернуть его.

— Кого? — Кайла в недоумении уставилась на меня.

— Маркуса. Я должна спасти Маркуса.

Холи

— Ты хочешь сделать Голди основным флайером? — тренер Кларенс с сомнением взглянула на девчонок.

— Вы видели, как она флипует? Я несколько раз наблюдала за ней после тренировок: у этой девчонки много рвения, но она скромняга — сама не решится предложить свою кандидатуру. Она может больше, чем показывает.

— Тогда нам нужно искать кого-то в базу, — тренер перевела взгляд на бандаж, натянутый поверх рашгарда, — с плечом всё безнадёжно?

— Врач велел месяц не тренироваться, — я скривилась, и Миранда закатила глаза.

— Что скажешь насчёт Лизи?

— Лизи воображает о себе больше, чем есть на самом деле, — я бегло глянула на шатенку, наблюдающую за нами из толпы девушек, — слишком много пустых амбиций: хочет внимания, но подготовки у неё гораздо меньше. Да и Голди гораздо легче, чем Лизи.

— Эванс! — крикнула тренер, и маленькая белокурая девушка вытянулась струной и развернулась, выходя из толпы, — можешь сделать флип или питч?

Голубые глаза Голди распахнулись от удивления, и она сделала несколько нерешительных шагов в нашу сторону.

— Я пробовала кое-что, — она кивнула головой, спрятав за спиной руки.

— Так показывай. Базы! — скомандовала Кларенс, и несколько девчонок вышли на маты.

Голди перевела на меня взволнованный взгляд и нервно улыбнулась, но я лишь ободряюще подмигнула ей и показала большие пальцы.

Пока девчонки выстраивались, чтобы сформировать поддержку для выброса, я почувствовала странное покалывание на коже и повернула голову, едва успев поймать взгляд заносчивой сучки. Лизи, натянув милую улыбочку, проследила за Голди, когда та встала в центре.

Миниатюрная блондинка, уперевшись ладонями в плечи девчонок, сделала пару раскачивающих прыжков, затем запрыгнула на руки баз и с толчка подлетела вверх, сделав сальто в воздухе. Когда она успешно приземлилась, команда взорвалась одобрительными возгласами, а некоторые даже зааплодировали.

— Кое-что, — ухмыльнулась Миранда, — молодец, Эванс! Почему я раньше об этом не знала?

Я пожала плечами и улыбнулась, краем глаза наблюдая, как желваки на скулах Лизи напряглись, а глаза прищурились.

— На время травмы Джебсон ты будешь её заменять. Так что приготовься, нам предстоит много работы.

Девушка поражённо улыбнулась, а я испытала лёгкий укол сожаления. Мне было обидно, что я не могла сейчас заниматься тем, чего так сильно хотела. Но, если я могла выбирать, кто поведёт команду к победе, малышка Голди точно стоила этого больше, чем та, что пылала яростью от того, что выбрали не её.

Можете считать, что я нарочно отвергла её кандидатуру из-за личной неприязни и страха — мне плевать. Даже, если бы она не имела ничего против меня, Лизи Мур недостаточно хороша для этого.

— Чёрт, я думала, она живьём проглотит тебя, — смеясь, прошептала Кайла, когда мы выходили из здания школы после окончания тренировки.

— Признаюсь, было чертовски приятно наблюдать, как она свирепеет, — я широко улыбнулась, и мы обе рассмеялись.

— В этой сучке слишком много яда. Ладно, плевать на неё! У нас есть дела поважнее, — Кайла разблокировала замки, и я открыла дверь с пассажирской стороны.

— Как думаешь, что они придумали? — мысль о том, что день Х приближался, и парни усердно искали способ принять участие в ходе расследования и остаться незамеченными, заставляла меня нервничать.

— Не имею ни малейшего представления, — я растерянно покачала головой, пристёгивая ремень безопасности.

Уже который день я не могла выкинуть из головы тот сон. Мы должны были сделать всё возможное, чтобы помочь Маркусу вернуться к привычной жизни. Состояние парня пугало меня: он был так сосредоточен на моей безопасности, что, казалось, совершенно забыл о том, что это он сейчас в ловушке, а не я. Что это он нуждается в помощи и мучается от того, что бессилен в этой ситуации. Я не знала, в каких на самом деле отношениях Мэтью и Филипп, но, даже если в реальности у них всё не так хорошо, как хотелось бы, Маркусу необходимо вернуться к прежней жизни. Если мои отношения с родителями были изменены в моём сознании, вполне возможно, что и отношения Маркуса с отцом были не так плохи, как он помнил. Жаль, что я не успела расспросить маму о Филиппе.

Каждый раз, когда я закрывала глаза, передо мной всплывала картинка, как Маркус спокойно спит, крепко прижимая к себе тело девушки, которой я была. Его дыхание замедлялось, брови были расслаблены, а на губах застывала умиротворённая улыбка. Я видела, как он улыбается, всего раз, когда я вернулась в ту квартиру. Его взгляд был таким тёплым и счастливым, будто и правда всё, что ему требовалось, чтобы почувствовать себя лучше, это я. Но потом я снова вспоминала, как он мечется по постели и отчаянно кричит, умоляя, чтобы я... чтобы та девушка, в чьих объятиях он находил покой, вернулась. Его тело скрючивалось в муках, а прекрасные черты лица искажались болезненной гримасой.

Прекрасные? Да, Маркус определённо нравился мне, даже будучи измученным. И я не думала исключительно о внешней привлекательности. Меня тянуло к нему, я постоянно думала о нём, потому что этот парень был другим: он умел сострадать, умел поддерживать, даже когда сам еле держался; его взгляды заставляли мою кожу заливаться румянцем и волновали дыхание; в его руках я чувствовала себя так, словно он мог защитить меня от всего на свете. Впервые в жизни я доверяла парню тайны, которые не рассказывала практически никому. И это было так естественно — делиться с ним болью. Будто у нас была одна душа на двоих, словно мы понимали друг друга без слов, достаточно было лишь прикоснуться, чтобы почувствовать силы идти дальше.

Я всё чаще стала думать о том, что было между нами. Насколько хорошо это было? После того, что мы случайно увидели на записи с камер, не было смысла сомневаться — мы занимались сексом. И, чёрт возьми, я этого не помнила! Я знала многих девчонок, кто хотел бы забыть свой первый раз. Но я же, напротив, хотела вспомнить. Хотела знать каждую деталь, хотела почувствовать каждое прикосновение. Как он смотрел на меня? Нравилось ли ему то, что он видел? Мне было мучительно интересно знать, каково это — ощущать его крепкое тело в своих объятиях?

— Ты раскраснелась, — промурлыкала Кайла, и я заморгала, пытаясь прийти в себя, — даже не вижу смысла спрашивать, о чём ты думала.

Я смущённо улыбнулась и, не в силах сдержать эмоции, захихикала, чувствуя, как моё лицо становится ещё краснее.

— Оу, чёрт! Звоните девять-один-один! — закричала подруга, обмахивая меня ладошкой, — кажется в салоне лёгкое воспламенение!

— Кае! Заткнись! — я прыснула от смеха и оттолкнула её руку.