Весь день меня не покидало ощущение, что кто-то за мной наблюдает. Оглядев улицу, я заметила, что фургончик исчез. Назойливая рыжая репортёрша наконец-то отвязалась от меня, хотя, когда мы вернулись домой, я видела её шевелюру сквозь приоткрытую дверь фургона. Но что-то всё равно подсказывало, что слежка за мной не прекратилась. Внезапно, когда я уже собиралась задёрнуть штору и отправиться наверх, на тихой дороге что-то блеснуло, и я замерла, вглядываясь в полуночную тьму улицы. Чёрная Тойота с тихим шорохом ехала слишком медленно мимо моего дома, будто человек, сидевший за рулём, был здесь впервые и осматривался, либо намеренно ехал медленно, чтобы разглядеть что-то, что его интересовало. Окна были тонированными, и я не могла рассмотреть, кто находился внутри автомобиля. Не знаю, заметил ли меня тот, кто проезжал мимо, но мне на мгновение показалось, будто я смогла установить зрительный контакт с водителем, и всё внутри словно заледенело.

— Что-то не так? — прошептала Кайла, и я вздрогнула. Моё сердце заколотилось как бешеное.

— Чёрт! Зачем так пугать?! — я прижала ладошку к груди, пытаясь вдохнуть внезапно испарившийся воздух из моих лёгких.

— Что там? — подруга отдёрнула штору и выглянула наружу. Улица уже была пуста, но я слышала отдаляющийся гул мотора и сжала кулаки, пытаясь снова разогнать кровь по моим конечностям, — ты будто приведение увидела.

— Не говори ерунды, — я задёрнула штору и направилась к блоку системы сигнализации, — просто проверяла, свалила ли эта чёртова репортёрша. К счастью, сегодня наша улица пуста.

Мои трясущиеся пальцы порхали по кнопкам, набирая команду оповещения в случае разблокировки окон или дверей. Мама вернётся с ночной смены не раньше десяти утра, мы к тому времени уже покинем дом.

— Теперь мы в полной безопасности, — я улыбнулась и направилась в сторону лестницы, — пойдём.

Я не хотела пугать её своей необоснованной тревожностью. Не хватало, чтобы ещё и Кайла слетела с катушек.

Приняв душ и вернувшись в комнату, я принялась расправлять кровать, чтобы наконец-то лечь спать. После всего, что произошло сегодня, мне крайне необходимо было отдохнуть.

— Ты собираешься в ней спать? — Кайла уставилась на ту самую футболку, в которой я вернулась домой.

Я потупила взгляд и замерла на долю секунды, с зажатым в кулаке покрывалом.

— Да, — уверенно произнесла и продолжила расправлять кровать.

— Почему? — Кайла подхватила другой край покрывала и сдёрнула его.

Избегая её пристального взгляда, я подняла край одеяла и забралась в кровать.

Не знаю, почему я это делала. Эта вещь выглядела странно. И ещё сильнее подтверждала идею того, что я могла находиться в плену: порванный рукав и горловина, размер на два, а может и на три больше моего привычного. Эта футболка определённо была мужской. И я в ней выглядела, как освободившийся Добби — крошечное создание, не имеющее ничего своего и наконец-то получившее что-то от своего хозяина.

— Не знаю, — шумно вздохнула, укладываясь поудобнее и накрываясь одеялом по самый подбородок, — но в ней мне спокойнее. Она пахнет так знакомо. Почему-то этот запах напоминает мне, что я нахожусь в безопасной зоне. Словно, пока я в ней, со мной не может случиться ничего плохого. Я так чувствовала себя на приёмах психотерапевта. Каждый раз, когда лежала на его кушетке с закрытыми глазами, я слышала умиротворяющую тишину, стук своего сердца и чувствовала запах горького шоколада и мяты. Она пахнет так же.

Я повернула голову и взглянула на подругу.

— Я знаю, что это выглядит стрёмно: будто я действительно выбралась из заточения в том, что мне позволили носить, но это единственная вещь, которая помогает мне отключиться от проблем и заснуть.

Кайла некоторое время внимательно смотрела на меня, а потом тихо произнесла:

— Я думаю, тебе всё же стоит позвонить этому Дэнни.

— Спи.

Я закрыла глаза, желая ей спокойной ночи.

Знаю, что сама себе противоречила. Знаю, что накрутила себя и её, но что-то внутри меня словно начинало нагреваться каждый раз, когда я вдыхала этот аромат.

Может Кайла права, и мне стоило рискнуть и связаться с ним. Если у меня была подсказка, глупо было не воспользоваться ей, не имея ничего другого.

Но тут же в моей голове возник образ чёрной Тойоты с непрозрачными окнами.

Если у меня был защитник, обещавший мне помочь, кто тогда следил за мной? И почему, если Дэнни знал ответы на вопросы, до сих пор не объявился?

Дэнни

Я стоял по другую сторону от парка Лейквью, где Холи наворачивала один круг за другим. Наш план состоял в том, что Холи или Мэтью, вернувшись к прежней жизни, сами найдут подсказки и смогут вернуться друг к другу и разгадать загадку до конца. Но после того, как у нас появились предположения о психотерапевте Маркуса, было опасно полагаться на волю случая, и нам нужно было, если не подтолкнуть, то хотя бы удостовериться, что она в порядке.

Увидеть её живьём с тем же воинственным выражением лица, что и прежде, стоило того, чтобы немного скорректировать свой распорядок дня. Я тоже скучал по ней. Эта девчонка наполняла мой дом какой-то непривычной аурой и впилась в наши жизни настолько, что стала уже родной. У меня не было ни сестёр, ни кузин, но Хэйли стала значимой. Я беспокоился о ней, но пошёл на то, что делаю сейчас, в основном потому, что парень, спящий на моём диване, буквально сжирал мне мозг своей паранойей и ревностью.

То, в какой ситуации оказались эти двое, было похоже на какой-то изощрённый детективный сериал, но даже я не мог подумать, что они окажутся так крепко связаны, что тоска станет разрушающей.

Её ярко-розовый жилет был заметен даже через весь парк, несмотря на то, что только начало рассветать, что позволяло мне находиться как можно дальше от неё и не привлекать внимание. Мы не знали, как она отреагирует на меня, но и звонков от неё пока не поступало, что тревожило нас и подталкивало к выводам, что она либо ещё не обнаружила номер, либо у неё были причины опасаться.

Длинный хвостик её светлых волос раскачивался словно маятник, пока она стремительно приближалась к моей стороне парка. Холи бежала слишком быстро для обычного утреннего ритуала. Всего семь утра, а она уже выглядела заведённой, выражение её лица было сосредоточенным, а ноги сменяли друг друга так быстро, словно она пыталась убежать от кого-то. Или от себя самой?

Телефон, закреплённый на панели, зазвонил, и я вздохнул, противясь поднимать трубку. Я испытывал острое желание схватить Холи прямо сейчас, затолкать её в машину и отвезти к нему, только б он перестал названивать мне. Вместо этого я нажал на кнопку принятия вызова и поднёс трубку к уху.

— Да, — коротко ответил.

— Где ты? — нетерпеливо спросил Маркус.

— Там же, где и вчера — слежу за ней.

— У школы? Он с ней? - напряжённость в его голосе из-за ревности к тому пареньку была немного забавной. Маркус уже вторые сутки не находил себе места, потому что увидел, как этот Терренс защищал её перед репортёрами, а пересматривая выпуск позднее в интернете, увидел, как он стоит на пороге, а затем Холи втаскивает его в свой дом. Не знаю, как бы я чувствовал себя в подобной ситуации, но, после того, как услышал их разговор вчера на парковке, мне не казалось, что ему есть о чём переживать.

— Нет, она бегает в парке недалеко от дома, — я опёрся локтем о дверь и, потерев глаза пальцами, потянулся к стаканчику кофе.

— Есть кто-нибудь подозрительный? — уточнил друг.

— Кроме меня? — пошутил я и услышал нетерпеливый вздох на другом конце провода, — никого нет. В парке она одна. Рядом не вижу ни одной машины, из которой можно было бы наблюдать длительное время — только движущиеся. И никаких подозрительных мужиков в округе.

— А возле дома тоже никого не было?