Визг Кайлы заставил меня вздрогнуть, и со всех сторон раздались аплодисменты. Не то чтобы я не хотела этого, но в данный момент я была гораздо сильнее сосредоточена на дыхании Мэтью, прижимающего меня к своей груди, чем на том, стану ли я Королевой бала. Но, услышав своё имя, я расплылась в улыбке, проследовала к сцене и поднялась, ощущая приятный трепет.

— Поздравляю, — произнесла Мелисса и, надев корону мне на голову, приобняла меня.

— Спасибо.

Я взяла микрофон в руки и повернулась лицом к ребятам. У меня не было заготовленной речи, но в тот момент, когда я окинула взглядом толпу, слова полились сами собой.

— Что ж... Не буду лукавить, я, как и все девочки, мечтала стать Королевой бала. Кто этого не хочет? Но в последний год я перестала думать об этом. Жизнь закрутилась вокруг меня слишком стремительно, и я чуть не потеряла себя.

Я опустила взгляд, чувствуя, как накатывает волнение.

— Когда я раздумывала над тематикой выпускного, мне приходили разные идеи. Но все они казались глупыми. Незначительными. Пока я не взглянула на себя и на вас под другим углом. Машина времени. Как часто мы задумывались о том, чтобы вернуть время вспять? Не совершать ошибку, которая подорвала репутацию. Не делать глупости, которые изменили наше будущее, — я сглотнула ком, застрявший в груди, — иметь возможность спасти подругу.

В зале стало тихо, и я снова посмотрела вверх, чтобы прогнать накатившие слёзы.

— Нам всегда хочется что-то изменить. Мы постоянно зацикливаемся на худшем, что с нами происходило, не думая о том, как много всего хорошего мы упускаем. Сколько радостных, по-настоящему счастливых моментов обесценивается. Я хотела, чтобы этот вечер наполнился только яркими, весёлыми, счастливыми воспоминаниями, потому что, спустя всего несколько лет, когда мы станем независимыми, впервые свободными, как нам кажется, мы поймём, как, чёрт возьми, это сложно — быть взрослым! Нам придётся научиться быть сильными, мудрыми, местами бескорыстными. Но у нас будет возможность вернуться в этот момент, вспоминая, какое счастливое время мы прожили, несмотря на то, что уже сейчас знаем, что такое потери и ошибки. Я безумно благодарна вам за признание и буду с трепетом вспоминать это время, как лучший период моей жизни, изменивший меня до неузнаваемости.

Я повернулась к Терри, взяла его за руку, опустила микрофон, и зал снова взорвался аплодисментами.

По моим щекам текли слёзы, но я не испытывала боли. Сейчас мне было легко. Словно я поставила последнюю точку и наконец готова двигаться дальше.

Среди толпы я отыскала взглядом его, и моё сердце забилось чаще.

Мэтью аплодировал вместе со всеми, но в его взгляде было гораздо больше, чем в глазах всей толпы вместе взятой. В его глазах была гордость. Уважение. И восторг.

Выстояв ещё несколько секунд, я спустилась со сцены и устремилась к нему. Ребята набросились на меня, как только я оказалась рядом с ними, обняли и начали прыгать. Со стороны мы наверно выглядели так нелепо, но мне было плевать. Я чувствовала себя абсолютно счастливой. Там, где хотела находиться. С теми, кто был мне дорог. И той, кем я стала.

— Давайте сбежим?! — закричала я.

— Сбежим! — задорно вскрикнула Кайла, и парни, схватив нас за руки, рванули к выходу.

Выбежав из школы, я остановилась, ощутив прохладный вечерний ветерок на коже плеч и рук, и запрокинула голову, наслаждаясь тем, как мои волосы колышутся и щекочут спину.

— Это была охренительная речь! — воскликнула Кайла, — и хоть я и разрыдалась, как идиотка, это было идеально. В самое сердце.

Звон, соскользнувшей с моей головы и упавшей на асфальт, тонкой короны прозвучал как знак.

— Мне так жаль, что её нет с нами, — я опустила голову и посмотрела на подругу, — но в этот момент она будто была рядом. Где-то там, в толпе. Смотрела на меня и улыбалась. Она словно и сейчас здесь.

Кайла с тёплой грустью смотрела на меня.

— Ты давно была у неё?

— Ни разу, — девушка покачала головой.

— Я знаю, куда я хочу.

Парни стояли немного поодаль за нашими спинами, пока мы, укрывшись их пиджаками и взявшись за руки, смотрели на надгробие подруги.

— Я так скучаю по тебе, Мики, — по моим щекам текли тихие слёзы, но мне не хотелось их вытирать.

— Я так долго не могла найти в себе силы поговорить с тобой. Так долго винила себя в том, что мы не успели. В том, что вовремя не поняли, что тебе нужна помощь. Я так долго плутала во тьме, цепляясь за горе, которое сжирало, уничтожало меня, и вспоминала тебя лишь со слезами на глазах, с душащей болью в сердце. Но ты даже не представляешь, как сильно твой уход изменил мою жизнь. Мне всё ещё горько оттого, что ты сегодня не с нами. Что не прыгаешь в танце, как делала это на моей кровати, не орёшь песни так, будто завтра уже не наступит, — я рассмеялась и стянула корону со своей головы, — не имела возможности стать Королевой бала.

Я сжала металлический сияющий обруч в руке и закрыла глаза.

— Ты стала моим ангелом-хранителем. Иногда мне стыдно думать об этом, но когда я возвращаюсь ко всему, что со мной произошло за минувший год, не могу не думать о том, что ты стала моим путеводителем. Потому что всё началось с тебя. С того момента, когда тебя не стало. И я так хочу рассказать тебе, насколько счастливой я чувствую себя оттого, что вся эта цепочка событий привела меня к нему. Ты навсегда останешься в моём сердце. Но оно больше не преисполнено болью. Теперь оно горит от любви. Благодаря тебе.

Мы повернулись к парням, Дэнни хлопнул пробкой шампанского, из горлышка хлынула пена, обливая его руку и костюм, а я взглянула на Мэтью.

Я знала, что он слышал всё, что я сказала. Мне было сложно сказать это в глаза, потому что всё только начиналось, но я не стыдилась того, что чувствую.

Дэнни передал бутылку Кайле, и она сделала глоток шампанского. Затем я. Мэтью. Круг замкнулся на Дэнни, но Кайла забрала у него бутылку, и мы снова повернулись к надгробию.

— За день, до которого ты не дожила, — она снова сделала глоток, роняя слёзы, — но ты была с нами.

Я положила корону на землю, и Кайла перевернула бутылку вверх дном, держа её на расстоянии вытянутой руки.

Струя пузыристого напитка лилась, с шипением обрушиваясь на землю и корону, до тех пор, пока бутылка не опустела.

— За Королеву бала, — прошептала я и закрыла глаза, когда почувствовала руки Мэтью, обвивающие мою талию, и жар его дыхания в моих волосах.

Шесть месяцев спустя

Холи

— Привет, Бобби, — я улыбнулась толстячку лет сорока пяти, встретившему меня на проходной.

— Привет, золотце, — мужчина улыбнулся в ответ, кинув взгляд на коробки, перевязанные лентами, — что у тебя там?

— Фруктовые кексы, — я подняла руки, чтобы он мог обыскать меня на наличие запрещённых предметов, и медленно повернулась вокруг своей оси, — один из них для вас, парни. А другой — для него. Проверишь?

Лицо мужчины засияло, и он покачал головой.

— Моя жена скоро начнёт меня ревновать. Я уже однажды получил от неё после того, как Рональд за пивом в моей гостиной начал трепаться, какие вкусные кексы ты приготовила в прошлый раз, — он развязал ленты и снял крышки с коробок, — и сказал, что обязательно нужно взять у тебя рецепт.

— Мне не жалко поделиться, — я пожала плечами и забрала одну из коробок, когда охранник одобрительно кивнул, не обнаружив ничего запрещённого.

— Пожалуй, мы воспользуемся твоим предложением, потому что Софи не выносит, когда я нахваливаю чужую стряпню.

— Окей, я напишу рецепт.

Пройдя по коридору мимо нескольких охранников, я распахнула широкие двери и вошла в просторный зал с множеством столов и стульев. Это место было непривычно жизнерадостным. За столами сидели целые семьи: жёны с маленькими и взрослыми детьми, пожилые люди, вероятно, родители заключённых. Все смеялись, улыбались, и мне на мгновенье стало грустно оттого, что к нему, кроме меня, наверняка больше никто и не придёт. Вдохнув поглубже, я крепче сжала коробку в руках и проследовала к небольшому пустому столику, стоящему ближе к дальней стене. Едва я успела сесть на стул, как дверь, откуда обычно выводили заключённых, отворилась, и я встретилась взглядом с мужчиной.