Мне нравилась эта черта его характера — он не был трусом и всегда относился ко мне уважительно. Наверно поэтому мама ему доверяла.

Открыв дверь в свою спальню и скрывшись от посторонних взглядов, я расстроенно вздохнула, испытывая разочарование от того, что вынуждена сменить более интересные планы на свидание с Терри. Точнее, я была не уверена, что это могло быть свиданием — он ничего не говорил о том, чем мы планируем заняться. Но, в любом случае, это казалось менее интересным, чем бессонная ночь за ноутбуком в поисках подсказок.

Сняв рюкзак с плеча, я открыла его и вынула аккуратно сложенную очередную футболку Маркуса.

Знаю, это выглядело ненормально: выпрашивать у парня его вещи, чтобы нюхать их перед сном. Однозначно попахивало маниакальными наклонностями. Но что в нашей ситуации вообще можно было считать нормальным? Видения? Голоса в голове? Странное притяжение к человеку, которого я не знала? Или вообще тот факт, что мы имели довольно бурное короткое прошлое, и я этого не помнила? Всё в нашей ситуации выходило за рамки нормы. И да, иметь возможность вдыхать аромат, который помогал мне успокоиться и заснуть, — казалось самым что ни на есть нормальным.

Прижав к носу ткань, я закрыла глаза и вдохнула запах, пытаясь насытиться им до возвращения домой, затем отогнула край покрывала, подняла подушку и положила под неё футболку. Поправив всё, как было, я ухмыльнулась, задумавшись над тем, как бы отреагировала мама, если бы нашла её здесь. Я никогда не носила ничего подобного, ни дома, ни на людях, отдавая предпочтение шёлковым пижамкам, халатикам, блузам или одежде, подчёркивающей изгибы моего и без того спортивного тела. Мужской стиль был вообще не моим: никаких бесформенных балахонов, толстовок и прочего. Но эта вещь без сомнения становилась любимой.

— Ладно, пора покончить с планами и быстрее вернуться к делу.

Я распахнула дверцы шкафа, размышляя, во что переодеться.

Зимой я редко носила что-то кроме джинсов и брюк, стараясь максимально утеплиться. Но, учитывая, что туда и обратно меня отвезут на машине, почему бы не надеть что-то более женственное. Я не собиралась наряжаться, но трикотажное длинное бордовое платье с круглым вырезом и модным разрезом на бедре выглядело вполне подходящим для любого времяпрепровождения.

Переодевшись, я взглянула на себя в зеркало, взбила руками волосы, поправляя пышные локоны, обновила лёгкий блеск на губах и внезапно поймала себя на мысли: понравилось бы Маркусу то, как я сейчас выгляжу?

От фантазий о том, как его горячие ладони повторяют изгибы моей талии, спускаясь к бёдрам, моё сердце заколотилось, сбивая дыхание.

Почему я вообще думаю об этом? Потому что прошлые чувства всё ещё теплятся, и другая я тянется к нему? Или потому что реальной мне нравится этот парень?

— Так, всё. Хватит, — я встряхнулась, отбрасывая мысли о грустном брюнете, подняла куртку с кровати и вышла в коридор.

— Снова вечеринка? — я вопросительно взглянула на парня, когда мы подъехали к его дому.

— Эта вечеринка будет лучше, чем та, — Терри загадочно улыбнулся и заглушил двигатель.

Я не собиралась тусоваться — мне было совершенно не до этого. Мне предстояла тяжёлая ночь и не менее тяжёлый день в компании Саласа. К тому же сегодня не пятница, чтобы позволить себе развлекаться допоздна.

Пока я пыталась унять своё негодование и отстегнуть ремень безопасности, Терри выскочил из машины, обогнул капот и открыл пассажирскую дверь, протягивая мне руку.

Я снова натянула улыбку, положила свою ладонь в его, и брюнет помог мне спуститься на землю.

— Итак, снова будет толпа? — поинтересовалась я, когда мы обходили дом в направлении летнего домика.

— Это сюрприз. Закрой глаза, — я поддалась и, подавив желание свалить отсюда, доверилась ему, прикрыв веки.

— Не подглядывай, — я покачала головой и усмехнулась, но сомкнула веки сильнее.

Сделав всего несколько шагов, по моим догадкам, мы оказались на пороге домика, и мне показалось, что здесь будто стало гораздо светлее.

Мы на мгновенье остановились, щёлкнула дверная ручка, и затем руки парня вернулись к моим плечам.

— Можно открывать? — мне вдруг стало любопытно.

— Нет, ещё секунду, — в его голосе послышалась улыбка, и он мягко подтолкнул меня вперёд.

Мои щёки сразу почувствовали перемену температуры, а нос уловил запах хвои и цитрусов. В помещении было очень тихо, где-то вдалеке играла спокойная музыка, и не было и намёка, что здесь есть кто-то ещё.

Остановившись, я почувствовала, как пальцы Терри будто дрогнули, на секунду обхватив мои плечи крепче, а затем его руки опустились.

— Открывай.

Моя нетерпеливость внезапно испарилась, и я не торопилась открывать глаза.

— Холииии, — весело протянул и склонился над моим ухом, — чёрт, я начинаю нервничать.

Он рассмеялся, заставляя улыбнуться в ответ, и я собралась с духом и открыла глаза.

О, мой бог...

Я не узнавала это место: холостяцкая берлога с мощной стереосистемой, Плейстейшн и бесконечным количеством мягких кресел превратилась в уютное чистое пространство, озаряемое тёплым светом. С потолка повсюду свисали гирлянды и прозрачные ёлочные шары, похожие на мыльные пузыри, свет был приглушён, на полках горели свечи, от которых видимо и исходил пленяющий рождественский аромат, а на полу вместо кресел были разбросаны белые подушки разных размеров, будто имитируя снежные сугробы.

— Как ты сделал всё это? — я крутилась вокруг своей оси, завороженная красотой атмосферы, — ты сам это придумал?

— Серьёзно? Думаешь, что мне пришло бы в голову? — крупный уверенный в себе парень вдруг стал застенчивым и смущённо рассмеялся, — сестра помогла мне воплотить идею. Я знаю, как ты любишь Рождество и всю эту иллюминацию, и посоветовался с ней насчёт того, что бы такого сказочного придумать. Тебе нравится?

Я смотрела на Терри и не могла поверить, что передо мной стоял всё тот же уверенный в себе человек. Его голубые глаза разглядывали меня в ожидании... одобрения?

— Шутишь? — прошептала я, снова оглядываясь вокруг, — это бесподобно. Безумно красиво, — я почувствовала, как глаза защипало от того, что он подошёл к этому с фантазией и вниманием, и прижала ладони к лицу.

— С Днём рождения, — мягко произнёс парень, и я снова повернулась к нему, — знаю, что ты просила повременить, дать тебе время привести дела в порядок, разобраться, но ты перестала улыбаться, — он шагнул мне навстречу и обхватил мои ладони.

Что-то внутри противно сжалось, заставляя почувствовать себя дрянью: в то время, пока он планировал для меня сказочный праздник, я проводила время в компании другого парня и постоянно думала о нём.

Я попыталась скрыть стыдливый взгляд и посмотрела на брюнета.

— Это очень красиво. И мило, — я искренне улыбнулась и сжала его пальцы, — я правда не ожидала такого. Спасибо.

— У меня есть ещё кое-что. Подожди.

Терри отошёл к полке со свечами и взял узкий белоснежный футляр.

— Я сразу подумал о тебе, когда увидел эту вещицу. Будто она была создана специально для тебя, — он открыл крышку и подцепил пальцем тонкую серебристую цепочку.

Не дожидаясь моей реакции, Терри обошёл меня, собрал волосы, и я, будто на автомате, сжала их в кулаке. Я вздрогнула, когда прохладный кулон коснулся обнажённой кожи, и опустила голову, чтобы рассмотреть его.

— Они шевелятся, когда двигается цепочка, — подметил Терри, и, когда замочек защёлкнулся, я заметила, что и правда крошечные крылышки ангелочка с маленькими сверкающими камешками словно запорхали.

Это было поразительно красиво, нежно и отвратительно неожиданно. Я всегда использовала Терри, как способ отвлечься от мрачности реальности, как способ защиты, потому что, как говорил Салас, из-за потери отца я всегда интуитивно искала мужское плечо, чтобы чувствовать, что кто-то может заступиться за меня в случае опасности. Но я никогда не думала, что он может быть настолько внимательным к деталям.