– Идиот! – Нелли вяло кинула в него подушкой и ушла на свой тюфяк.

Джстин помолчал и осторожно подергал край покрывала Нелли.

– А зачем его искали-то? Нелли!

Нелл ухмыльнулась.

– Сестра его искала, Ирма Эль Тиман. Бытовой маг. Может, знаешь такую?

Лемиан открыл рот, да так и закрыть забыл. Он же с ней знакомился! Он же у нее занимался! Он же у гостях сколько раз был!

Не может быть! Помнил он Ирму, и маму отлично помнил. Ирма была мосластая, тощая, как спица, и загорелая. Заботливая и веселая. И совместить образ нескладного подростка с уверенной в себе, красивой взрослой девушкой у него никак не получалось. ЭльТиман! Она им фамилию не говорила ни разу… наверное, наставники знали… Да как же так?

– Дурак ты и уши холодные, – сказала Нелли. – Совсем тебе родня не интересна была, да?

– Интересна! – возмутился Тармель – Я так ждал… надеялся, что приедут. Даже мага попросил узнать…

– Какого мага?

– Черного, который с нами занимался. Малакаля!

– И снова дурак! У него же клятва неразглашения, как у всех преподов!

– У Малакаля дел по горло с его воздухолетами, он и забыл давно про тебя, – добавил Джастин.

Тармель всхлипнул.

– Почему она меня не узнала?

Нелли фыркнула.

– Ты же совсем мальчонкой был, первоклашкой, а сейчас лоб какой вымахал! Ты ее разве узнал? Вот и она тебя нет.

– И что теперь?

– Завтра следователь будет всех опрашивать, спроси, – зевнула Нелли.

Тармель завернуся в покрывало с головой. Он же знает адрес! Как рассветет, побежит. Сестра. Ирма… настоящий маг! Образованный! Какая она умная, с ней легко и интересно. Он прибежит и признается. И… почему он должен жить в школе, если у него есть взрослая сестра? Он будет жить у нее и ходить только на занятия! Он ей во всем помогать будет!

Однако дом на улице Победоносной армии оказался закрыт. Тармель ежился от утреннего холодка и смотрел на табличку на калитке: «Дом сдается».

Дон Данкайра нервно покусывал ус. Король и королева возвращались из монастыря Парящей цапли, где молились о спасении и исцелении пропавших детей. На настоящий момент в пропавших числились трое. Две девочки и мальчик. А поскольку снять одну голову с плеч трижды нельзя, то король его уничтожит морально. Затем уволит, а затем уже и казнит. И зачем возвращаться в обреченный город? Сразу бы в столицу и того…

– Не найдем, – уныло пробубнил заместитель. – Сами подумайте, дон начальник. Парню почти пятнадцать, а тут целый мир! Не вернется он. Бродяжничать пойдет, свободный и веселый. Менталист без куска хлеба нигде не останется. И главное, найти его почти невозможно!

– И чем ему, паразиту, не воля была, бегали, где хотели, – сварливо отозвался начальник. Девчонки ему тогда зачем? – По свидетельству этих отбросов, он и две девочки прыгнули в воду, где на косе был оставлен небольшой отряд. Их обстреляли…

– За то руки уже сломаны, стражники… того, превысили. И ноги, чтоб в побег не пустились.

– Никакого превышения, все в ходе задержания. Страже – премию!

Кто в детей стреляет – не человек, и убили бы, не жалко. Все равно казнить, раньше ли, позже... Публичных казней в Берсебе лет сорок не проводилось.

Чужие руки и ноги дона Данкайра нисколько не волновали. А вот свое место так очень. Бургомистр на каторге, ему, кроме управления правопорядка еще и городские проблемы навесили… взвыть впору!

Мундир болтается, экономка третий раз пуговицы перешила. Вместо лоснящейся и выпирающей солидности важного мужчины волчья поджарость образовалась. Жена правда, радуется, худым он ей больше нравится. Но ему-то какая разница, на плаху худым или толстым идти?

Заглянувший секретарь молча кивнул. Без крика и суеты. Значит, показался королевский кортеж. Дон Данкайра пригладил волосы, уныло переглянулся с заместителем и поплелся встречать высоких гостей.

Жители тоже высыпали на балконы и террасы. Молчали. Нападение на школу магов король им не простит. Это уже и до самых недогадливых дошло.

– Меня стошнит, – предупредила Эухения мужа.

Они чинно въезжали верхом в город. Флаги спущены, герб перевернут. Тяжек гнев короля!

– Надо, – король смотрел строго и надменно поверх голов. Щиты держал.

– Мне точно не надо. Я понимаю, чтоб все содрогнулись и забоялись, но я-то тут при чем?

– Дженни, ты королева. Если не пойдешь на казнь, скажут, что между нами размолвка, и ты мою политику не разделяешь.

– Боги, за что мне это? - тихо простонала королева.

Даэнир положил руку поверх руки жены в перчатке и ободряюще улыбнулся.

К обеду была приглашена вся знать. Дженни на за что не упустит это зрелище. Хочется ей посмотреть, как воспримут появление блудных отпрысков чванные сеейства и на сколько им той чванности хватит.

Шпионы докладывали, что знать петицию подготовила, о снисхождении просить будут, умолять простить прегрешение недалеких горожан. Однако, рыба гниет с головы. Не позволяй аристократы себе высказываний об интернате, подчиненным в голову бы не пришло повторять их глупости.

А тут шум-гам, слезы, обмороки, до петиции и дело не дойдет. Надоела им эта Берсеба до печенок. Пересидеть обед, вытерпеть казнь, да и домой.

Даэнир представил себе детскую, где возятся на ковре их тройняшки, и улыбнулся.

Дон Данкайра поперхнулся на приветственном слове. В этой улыбке он увидел страшные кары для себя и своего аппарата. А он, между прочим, старался!

Встреча произошла, все сделали положенные по протоколу приседания. Вместо отдыха королевская чета попросила дона Данкайра пройти в кабинет.

Потрошить будут. Заместитель сглотнул и сотворил обережный знак в спину начальства. Кого еще пришлют вместо этого?

– …таким образом, у нас трое погибших и трое пропавших детей, – закончил доклад дон Данкайра.

Королева ласково улыбнулась.

– Один. За судьбу двух девочек, Лайсы и Венди, можете не волноваться. Они отныне считаются королевскиим воспитанницами. Аймар настоящий герой, мальчик втолкнул их в поезд, идущий в Лундази. Наши люди их нашли.

– Так… розыски возле стрелки мы не вели, – моментально подобрался начальник. Где рельсы и где школа, чуть ли не четыре лиги! Хотя, по реке… – Позвольте распорядиться немедленно?

– Еще секунду и пойдете распоряжаться. Семейства Илерет, Сигида, Капедо, Гарсен и Эмбру получили приглашения?

– Так точно.

– Проследите, чтоб все явились. Что по казни?

– Все готово, ваше величество. Своих-то горлопанов мы сразу повесили, без затей, а катабцам подготовили обширную программу, как вы изволили приказать, колесование, четвертование, варение в масле…

– Палачи опытные у вас? Не оплошают?

– Из Цехейма, Омеруру и Саракувисы приехали городские палачи с помощниками, вся же провинция гудит, ваше величество! Сказали, что раз по ведомости не предусмотрено, жалованья им никакого не надо, мстить будут за детишек, – кашлянул дон Данкайра.

– Жалованье выплатить в тройном размере, – распорядился король. – За такое рвение. Помосты, столбы, котлы…

– Ой, вот только не при мне! – возмутилась королева. – Инструктируй палачей без меня!

– Простите, веше величество, – Даэнир поцеловал руку Дженни. – Увлекся.

– По поиску Летиции Тиман есть новости?

Начальник отрицательно покачал головой с некоторым удивлением. Где Гедареф и где Берсеба? Как тут искать, если бабы головы и лица от солнца прячут? И каждая вторая с ребенком?

Ему точно не показалось, королева прошипела: «Болваны»? Или показалось?

***

Даэнир стремительно шел по переходу полицейского управления, направляясь к моргу.

Собственно, возвращаться в Берсебу они не планировали, воссоединение семей не такое уж важное для страны событие, да и публичная казнь катабцев так себе развлечение. Но пока он снимал массовую порчу в Лундази, кое-что вспомнил. И удивился, как же он раньше не разглядел такого? Не туда смотрел, одно слово! Просто не заподозрил такой наглости от ведьминого отродья.