— И зачем ты к нему полез?

Да уж… Он вроде умен, но его поведение такое нелогичное…

— Он бы упал… Извините… Я просто… хотел помочь, — тихо ответил он.

— Помог?

— Простите… Вам следует меня наказать.

Я хмыкнула. Может и стоит… Но, видя в нём Дамлина, у меня рука просто не поднимется. Да и не настолько он накосячил.

Дверь балкона с грохотом распахнулась.

— Ты! Как ты посмела?!

А вот и второй братик. Быстро же ему нажаловались…

А Цэйрид подрос. Всё больше стал походить на отца. Буквально те же черты лица, разве что волосы, как у Саманты, каштановые.

— И я рада тебя видеть, — я мило улыбнулась, натягивая на себя маску всеобъемлющего добродушия. — Как поживаешь?

— Зачем ты с ним так?

М-да… Даже мой вопрос проигнорировал. Ну что за манеры?

— Как так?

— Ты толкнула его с лестницы, — процедил он. — А если бы он себе что-нибудь сломал?!

— Но он ничего себе не сломал. И даже сам приказал, чтобы его никто не ловил.

— Ты… Он же ребенок!

— Бывает… — Я пожала плечами.

— Твое своеволие уже всем надоело. Мать который раз волнуется. И всё из-за тебя. К тебе сегодня приехал достойный кандидат… Ты согласишься на брак. В этот раз без твоих выкрутасов. Это больше не обсуждается. Ясно?

— Мой младший братик мне что-то приказывает?

Еще один…

Может, его столкнуть с балкона?

— Да. Приказываю. Я будущий лорд и потакать твоим капризам не буду.

— Братик… — Я подошла к нему и невзначай стала стряхивать невидимые пылинки с костюма, поправляя и без того ровно лежащий галстук. — Знаешь… Ведь каких-то семнадцать лет назад лордом должен был стать Герил… Но какая же трагедия с ним произошла… Вдруг и с тобой случится несчастье?

— Ты мне угрожаешь?

Я даже мелодично рассмеялась.

— Кто я такая, чтобы угрожать будущему лорду?..

Всего лишь предупреждение, чтобы меня не бесил.

Я ушла с балкона, оставляя его одного.

Ни на Асмелиде, ни уж тем более внутри этого поместья ничего интересного нет. Но есть одно менее удручающее место. Библиотека. Настоящая бумажная библиотека. Где стеллажи ломятся от книг, распределённых по не очень оптимальному порядку. И тем не менее в большинстве точек галактики таких уже не осталось. Зачем, если всё в электронных архивах? Но…

Именно тут или в дальней беседке с книгой в руках я обычно провожу «каникулы» на Асмелиде. В большинстве случаев никто не трогает… А я просто отсчитываю дни от отбытия, коротая время за каким-нибудь произведением.

Наверное, мне всё это еще не надоедает из-за Дамлина. Это ему нравились настоящие бумажные книги.

Что ж… Видимо, теперь и мне тоже. По крайней мере, они напоминают о нём.

Я зашла вглубь зала, выбирая раздел наугад.

Да, стеллажи валились… Но выбор литературы был весьма посредственный. Всё же Асмелида…

— Можешь выбрать, что хочешь почитать, — бросила я Ладмину.

— А можно? — хрипло переспросил он.

И с чего он так удивился?

— Я же только что сказала…

— Спасибо…

Я бродила между стеллажами, пока мой взгляд не наткнулся на один корешок. «Взаимодействие механизмов в моторе». До сих пор тут…

Что ж… Выбор очевиден.

Мы уселись в отдаленной беседке внутри сада поместья.

Ну как уселись… Я вполне удобно сидела на лавочке, а Ладмин сел на пол у моих ног. Вообще я не заставляла, но и комментировать никак не стала.

Исходя из Ланиных конспектов для рабов это нормальное положение… Только на Асмелиде явно не поймут. Но кого это волнует?

Он за сегодня, видимо, настолько перенервничал, что решил не рисковать. Я же… зачем-то решила положить руку на его волосы и довольно аккуратно гладила… На Офролее это же его вроде успокоило. Да и его волосы довольно приятные на ощупь. Мягкие, рассыпчатые…

Ладмин напрягся в первые секунды прикосновения, но потом его плечи опустились.

Так мы и сидели, читая в тишине. Я гладила его по волосам, и похоже, что это уже входило в какую-то странную привычку. Он же явно расслабился. Только в один момент шелест его страниц затих.

Я скосила глаза на его книгу. Ха… А это довольно древний культурный трактат.

И он понимает?

— Ты настолько хорошо знаешь асмелидский, что и в литературе, полной архаизмов, разбираешься?

— Когда-то учил…

Он осекся и поморщился. Сработала печать Забвения? Ну да… Упомянул о прошлом, пускай и вскользь.

Видимо, учил углублённую версию языка.

— Это диалект.

— Что?

— Фраза, на которой ты застрял. Это старый диалект южного народа. Их раньше часто использовали на мероприятиях высшего света. Но последнее время они практически вышли из обихода. Дословно переводится как: «С Праздником Великой Бэриады». Праздник, кстати, тоже уже давно не отмечается. Бэриада была местной богиней. Но сейчас тут мало кто верит в старых богов. — пояснила я.

Если быть точнее, то и процента не наберется.

— Так намного понятнее… Спасибо.

Он вернулся к чтению. А я вернула свою руку на его голову. Волосы приятно рассыпались под пальцами. Интересно, а ему приятно или он терпит, потому что не может возразить?..

Но додумать мысль об этом я не успела. Показалась знакомая фигура. Надо же… То годами не практически не замечает, то уже приходит второй раз за день. Теперь-то что?

— Корнелия.

— Отец.

Ладмин еле ощутимо напрягся. Я бы этого и не заметила, если бы не зарыла ладонь в его волосах.

— Что ты тут делаешь? — Он нахмурился.

— Сижу. Читаю.

— Почему он на полу?

— А где ему нужно быть?

— Как ты можешь так издеваться над живым человеком?

Он всерьез снова пришел читать мне нотации? И как ему еще не надоело…

— Я пока что ничего не делаю. Просто глажу его по волосам.

— Да кому будет от этого приятно… Разве так я тебя растил?!

— Держу в курсе, ты меня вообще не растил.

— Да как ты смеешь?! Я…

— Отправил меня жить в самое дальнее старое крыло, избегал, забывал про мои дни рождения, не приглашал на семейные праздники, с радостью сослал в Академию Благонравия, а сейчас активно ищешь мне хорошую партию, чтобы побыстрее избавится, — и я молчу о том, что это всё лишь верхушка списка.

Вообще мне было все равно. Просто не хотелось тратить время на разговоры с ним. А когда он злиться, то чаще всего сваливает.

— Я делал для тебя всё, что мог…

Пфф… Лучше бы не делал вообще ничего.

— Определенно, — даже спорить не буду. — Это, видимо, твой удел.

— Видимо, мои попытки воспитать из тебя высоконравственного человека закончились полным провалом.

— Забавно, что про нравственность, и тем более высокую нравственность мне говорит человек, которой изменял своей жене. Между прочим, от которой уже были дети.

— Я полюбил. Я искренне любил твою мать. И несу ответственность за эту любовь и по сей день.

Как бы меня не раздражала Саманта, но логики в ее действиях побольше, чем у него. Да и с какой стороны не посмотри, отец явно сам загнал себя в такое положение. Но меня его душевные терзания и уж тем более личная жизнь вообще не волновала.

— Как благородно…

Может, это и правда. Но мне-то какое дело?

— Я пришел не ссориться с тобой… — Он подошел ближе. — А извиниться. Я… посмотрел камеры и журнал вызова… Прислуга и в самом деле намеренно довела твою комнату до такого состояния. Они уже всё убирают с моего личного приказа.

Вовремя… Я надеялась, что сказав это, он наконец-то уйдет, но отец продолжал стоять. И зачем? Еще о чем-то хочет сказать?

— Лучше бы нанял штаб рабов. Их за такое хотя бы можно наказать.

— Ты бы своего за такое наказала?

— Конечно.

Если бы не сходство с Дамлином, к Ладмину у меня было бы абсолютно другое отношение.

— И как часто ты его наказываешь? — На его глазах блеснуло что-то отдаленно похожее на слезы.

Вау, какие эмоции… Может, теперь не будет портить мне воздух тут и уйдет?