Часто этого персонажа обнаруживали в каких-нибудь заведениях: барах, клубах. Нередко он оказывался в неоднозначных компаниях. Дважды его задерживала полиция и передавала через осведомленных сотрудников в руки книжников. Одного Дориана в Костроме искали восемь месяцев, пока случайно не обнаружили на общегородском мероприятии в компании известной местной предпринимательницы. Оказалось, что он завел роман с ее подругой, дочерью подруги, а затем добрался и до самой дамы.

— Отлично, посмотрим ночные активности в клубах и ресторанах. Готова поспорить, на вечеринках читающих немного.

Констанция заехала домой, забросила вещи, переоделась. Ночная вылазка могла затянуться, поэтому она решила освежиться, раз уж оказалась в квартире, и сменить платье на брюки и бадлон.

После этого отправилась пешком в Библиотеку. Снег все еще шел, решив щедро одарить Петербург перед Новым годом. В наушниках играла приятная музыка, оранжевые фонари подсвечивали огромные, похожие на перья снежинки, серые тротуары укрылись белым. В такую пору можно было поверить в любое волшебство.

Пообедав в столовой, Констанция решила зайти к Илье — поговорить насчет Маруси. И ей показалось, что она совсем сошла с ума, когда в коридоре перед самой дверью обнаружила письменный стол и сидящую за ним симпатичную девушку с темными, собранными в аккуратный хвост волосами.

— Что вы тут делаете? — спросила Констанция.

Девушка подняла голову а затем, будто увидела бывшую одноклассницу, с которой не виделась десять лет, внимательно оглядела с ног до головы оценивающим взглядом, чуть склонив голову набок.

— Работаю. А вы? Что-то другое?

Секретарь? Констанция дернула плечом и вознамерилась пройти вперед, но девушка проворно встала и прижалась к двери, защищая от вторжения.

— Прошу прощения? — Констанция изогнула бровь и оглядела девушку, как та несколько мгновений назад — ее.

Слишком ладная фигура, чтобы не думать о том, по каким критериям Илья подбирал себе секретаря. Конечно, внешняя красота не означала отсутствие интеллекта или других талантов. И Констанции вовсе не хотелось мыслить стереотипно и вешать ярлыки.

Но все эти округлости, не скрытые, а наоборот, подчеркнутые приталенной белой блузкой и юбкой-карандаш, было трудно игнорировать.

— Вам назначено? — спросила девушка.

— Нет, это сюрприз, — съязвила Констанция и попыталась обойти секретаря.

Но та не сдавалась. Раскинув руки в стороны и полностью перекрыв дверь, она сквозь зубы процедила:

— Вы должны согласовать со мной время визита.

— Ну вы с Ильей Петровичем просто команда мечты. Как вас зовут?

— Елена, — чуть воинственно отозвалась та.

— Констанция, очень приятно.

Протянутую ладонь секретарь не приняла. Дружелюбие не помогло. Никогда не помогало, поэтому Констанция им и не пользовалась!

— Есть какая-то причина, по которой я не могу сейчас пройти? — строго спросила она. — У Ильи Петровича встреча? Телефонный звонок?

— Да, у него посетитель, — очень важно ответила Елена.

Из кабинета раздался смех, и Констанция многозначительно подняла брови. Если честно, разговор мог и подождать, но сейчас это было делом принципа. Некая Елена решила, что она теперь царица полей. Это было недопустимо.

Констанция достала из сумочки телефон.

Когда она произнесла: “Илья, здравствуй”, на лице секретаря отразилась обида: как у ребенка, который понял, что его обвели вокруг пальца.

— Я пришла обсудить новую сотрудницу, а у тебя тут цербер на входе. Можешь отозвать?

В трубке послышался смешок, затем дверь кабинета открылась, отчего Елена едва не ввалилась внутрь. Она отошла, поправляя рубашку.

— К вам посетитель без предварительной записи, Илья Петрович, — сообщила она, стараясь сохранить достоинство.

Констанция закатила глаза, но не стала сразу прорываться в кабинет — дождалась, пока Илья сказал:

— Спасибо, Лена. Я приму.

Та, гордо подняв подбородок, вернулась за свой стол.

В кабинете в кресле с чашечкой чая вольготно расположился Артур Кинг. Констанция тут же ощутила раздражение пополам с тревогой. О чем это они так по-дружески беседовали? Смеялись! А как же “мы стали не слишком близки в последнее время”.

Она почувствовала почти иррациональное желание рассорить этих двоих. Порыв недостойный, неправильный, Констанция постаралась сдержать его.

— А-артур, — протянула она с акцентом на первый слог.

— Конста-анция, — передразнил он ее интонации, а затем вежливо предложил:— Чай?

Ну каков нахал? Распоряжался в кабинете Ильи, будто хозяин, предлагал ей напитки! Он был тут таким же гостем, как и она!

— Я по делу, — сдержанно ответила Констанция.

Илья прошел к креслу напротив Артура, но не стал садиться, предложив сперва Констанции занять место на свободном диване между ними.

Решив, что стоять, как школьница перед директором и завучем, она не станет, Констанция приняла приглашение. Положила ногу на ногу, сжала руки в замок.

— Одна читательница создает разрыв уже в третий раз. Скрывать факт существования книжников оказалось невозможно.

— О, снова Маруся? — благожелательно спросил Артур.

Илью это удивило, но Констанция не стала ничего объяснять. Вместо этого продолжила:

— Девушка приятная, адекватная, поэтому я решила предложить ее в качестве сотрудника Библиотеки. Сегодня спросила у нее, заинтересована ли она в подобной работе. Ей идея очень понравилась. Поэтому, если в ней заинтересованы мы, я готова передать ее адрес и номер телефона.

— Девушка действительно хорошая, — кивнул Артур. — Я бы высоко рекомендовал взять ее. Ты же знаешь, Илья, у меня есть интуиция на это.

Это начало откровенно раздражать. Она, Констанция, нашла хорошего человека, а Кинг примазывался, перетягивая одеяло на себя. Проглотив недобрые слова, она обратилась к Илье:

— Что полагается делать в таком случае? Я могу привезти ее сюда.

— Мне кажется, лучше привезти… — начал Кинг, и это стало последней каплей.

— Святые Первопечатники! Артур! Я не настаивала на том, чтобы мы говорили с Ильей наедине, но ваше участие в этом деле совершенно необязательно. Найдите собственного новобранца и разбирайтесь с ним.

Кинг поднял подбородок, сложил руки на груди, а затем, глядя на нее из-под опущенных ресниц, сказал:

— Я уже нашел и разобрался. И мы все счастливы насчет этого.

Он имел в виду ее, Констанцию. Она закатила глаза, а потом посмотрела на Илью. Он наблюдал за ними с чем-то вроде снисходительного любопытства. Столкнул их нос к носу — и доволен.

— Так что? — резко спросила она.

— Что?

Констанция устало потерла переносицу.

— Что с Марусей делать? Везти сюда? Сами разберетесь? Кому передать контакты?

— Пришли мне контакты сообщением, я дам соответствующие поручения.

— Лене? — уточнила Констанция зачем-то, а потом добавила: — Кстати, ее рабочее место просто ужасно. Куда ты посадил бедную девушку? В темный коридор без окон. Почему не поставил ее стол в свой кабинет?

— Здесь она будет мешать. Я не намерен отвлекаться на нее весь рабочий день.

— Попроси ее одеваться менее вызывающе, вот и все.

Илья сперва поднял брови, затем состроил утомленное лицо.

— Я не об этом. Это просто неизбежно, если она будет работать здесь же: будут телефонные звонки, какие-то вопросы ко мне. Я тоже буду вынужден просить выходить ее, когда хочу провести приватные разговоры. Это совершенно невозможно. Пока она не жалуется, пускай сидит в коридоре.

— Трудовой комиссии на вас нет, Илья Петрович. Я совершенно уверена, что в коридоре слишком темно, и он ни по каким параметрам не соответствует нормам.

— Давай ты будешь хлопотать только за себя, а за Лену, которую ты увидела впервые в жизни, похлопочет она сама.