Михаил схватил молодого человека за плечи.

— Назови себя!

— Илья.

— Что сделал первым?

— Выбрал один возраст.

— Что почувствовал?

— Боль.

— Потом?

— Страх.

— Потом?

— Не знал, что будет.

— Держись этого.

Илья закрыл глаза.

— Я не знаю, что будет после десяти минут.

Корона остановилась.

Старый император не мог произнести эту фразу. Он всегда видел рассчитанные последствия и считал их обязанностью.

На груди Ильи появился счётчик:

«ДЕСЯТЬ МИНУТ».

Он поднял руки.

Пять первичных башен ответили.

Первая стояла в пустыне, окружённая городом добровольных мёртвых.

Вторая — под имперской столицей.

Третья оказалась будущим основанием Научной крепости Ротенбурга.

Четвёртая находилась в исходном мире Сергея, замаскированная под вычислительную систему.

Пятая не имела места.

— Где последняя? — спросил Зорич.

Первый через Лёшу побледнел.

— В городе без времени.

— У нас нет доступа.

Анна подняла ладонь.

— Есть.

Знак закрытой двери раскрылся на одну щель.

За ней жители одновременного города спорили. Для них уже появилась последовательность, но не общий ритм. Одни формы старели, другие молодели, третьи застывали между возрастами.

— Пятая башня удерживает их полные формы, — сказал Илья памятью императора. — Если отключить без замены, они распадутся на все возраста.

— Пусть выберут, — сказала Анна.

— Миллиарды за десять минут?

— Не возраст. Способ существования.

Она открыла связь и произнесла:

— Вы можете остаться множественными, войти в последовательность одной формой или закрыть контакт. Но общий император больше не будет решать ваш ритм.

Ответы пришли хаосом.

Илья едва удержал контур.

— Они не согласны.

— Не должны, — сказал Молчанов. — Раздели линию башни на локальные каналы.

— Она построена как единая.

— Тогда сломай.

— Погибнут.

— Возможно.

— Вы легко говорите.

— Нет. Я построил систему, которая тоже считала единый узел необходимым. И стал чудовищем в одной линии. Ломайте сейчас, пока знаете, что боитесь.

Илья разорвал пятую линию.

Город без времени вспыхнул.

Миллиарды возрастов разделились. Некоторые жители исчезли, не сумев выбрать устойчивую форму. Другие остались множественными в отдельных областях. Третьи вошли в последовательность.

Илья почувствовал каждую потерю.

— Я убил их.

— Ты отключил принудительную связь, — сказала Елена Павловна. — Это не снимает ответственности за последствия, но не делает тебя владельцем их жизни.

— Разница не помогает.

— И не должна. Помогает не повторять.

Счётчик показывал семь минут.

Четыре оставшиеся башни получили новые команды:

«СИНХРОНИЗАЦИЯ ТОЛЬКО ПО ВЗАИМНОМУ СОГЛАСИЮ».

«ПРАВО ОТКАЗА НЕ ПРИОСТАНАВЛИВАЕТСЯ».

«ЕДИНЫЙ НОСИТЕЛЬ НЕ НАЗНАЧАЕТСЯ».

«ЛОКАЛЬНЫЕ ОБЛАСТИ ОБЯЗАНЫ ОБЪЯВЛЯТЬ ФИЗИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ ПЕРЕД КОНТАКТОМ».

Последнее предложил Зорич.

— Чтобы человек знал, стареет ли он на дороге, — пояснил инженер.

— Очень узкое правило, — заметил Воронцов.

— Оно переживёт ваши законы.

— Сомневаюсь.

Башни начали перестраиваться.

Золотые линии из приказов превращались в маршруты. Не железные рельсы буквально, а договорённости о расстоянии, времени и сохранении тела при переходе. Каждая область могла отказаться от контакта, но тогда оставалась без обмена.

Старый император слабел.

— Вы строите мир торга, — сказал он.

— Да, — ответил Илья.

— Богатые области навяжут условия бедным.

— Возможно.

— Возникнут новые империи.

— Возможно.

— Тогда мой контур вернётся.

— Только если люди согласятся.

— Согласятся из страха.

— Поэтому согласие придётся проверять.

— Кто проверит?

Воронцов поднял формуляры.

— Начнём с временного суда маршрутов.

— Новая власть.

— С ограниченным сроком.

Берестов вмешался:

— Десять минут.

— Не всё должно длиться десять минут.

— Тогда власть привыкнет.

Илья улыбнулся, но старик попытался использовать улыбку как мост. Корона снова двинулась внутрь черепа.

— Осталось четыре минуты, — предупредил Первый.

— Команды приняты не всеми башнями, — сказал Зорич. — Четвёртая молчит.

— Исходный мир, — произнёс Сергей.

На мозаике появилась лаборатория из его прошлого. Молодой Сергей сидел перед компьютером за минуты до аварии. На экране возникал внешний ответ.

Башня находилась не в машине.

В нём.

Его мозг использовали как четвёртый узел, потому что он был первым внешним инициатором.

— Чтобы отменить древнюю команду, ты должен согласиться на новый ритм, — сказал Илья.

— Согласен.

— Не нынешний ты.

— Исходный.

— Он рассыпался под вокзалом.

— Но запись момента до перехода хранится в локальной области.

Сергей увидел себя молодого. Тот ещё не знал ни Варвару, ни Михаила, ни двух миров. Он собирался нажать кнопку.

— Я не могу решить за него.

— Тогда контур сохранит императорский приказ через твой мир.

— Можно поговорить?

Первый открыл узкий канал.

Сергей оказался по другую сторону экрана.

Молодой он поднял голову.

— Кто ты?

— Результат кнопки.

— Модель?

— Человек.

— Это невозможно.

— Да.

— Что произойдёт, если нажму?

— Переход откроет мир источников и начнёт выкачивать вероятность из твоего.

— Сколько погибнет?

— В конце — все.

Молодой Сергей отдёрнул руку от клавиши.

— Тогда не нажму.

— Подожди.

— Что?

— Если не нажмёшь, наш мир не станет реальным.

— «Наш»?

— Четыреста миллионов людей. Они существуют из-за перехода.

— Ты просишь нажать?

— Нет.

— Тогда зачем остановил?

— Потому что не могу дать честный совет.

— Семь миллиардов против четырёхсот миллионов.

— Люди не числа.

— Но решение всё равно будет.

— Да.

Молодой Сергей посмотрел на экран.

— Ты нажал.

— Да.

— Сожалеешь?

— Да.

— Отменил бы?

Сергей вспомнил Варвару, Михаила, Марию, Лёшу, Ротенбург и мать.

— Не знаю.

Молодая версия засмеялась от нервного напряжения.

— Очень полезно.

— Зато правда.

— Что требуется сейчас?

— Не повторить кнопку. Согласиться, что твой момент не обязан управлять всеми следующими.

— То есть признать тебя отдельным.

— Да.

— А если откажусь?

— Древний контур сохранит право прошлого приказывать настоящему.

— Тогда согласен.

— Быстро.

— Я не знаю тебя, но не хочу владеть человеком только потому, что он вырос из моей ошибки.

На четвёртой башне появилась новая команда.

Молодой Сергей снова посмотрел на кнопку.

— Теперь что?

— Решай сам.

— Ты не скажешь?

— Нет.

Канал закрылся до нажатия.

Сергей не узнал, какую линию выбрала исходная версия.

— Жестоко, — сказала Варвара.

— Да.

— Правильно.

— Не уверен.

— Поэтому правильно.

Оставалось две минуты.

Четыре башни приняли новый протокол. Пятая разделилась. Илья должен был снять корону до нуля.

Старый император удерживал.

— Если уйдёшь, я исчезну.

— Выбери отдельную архивную форму.

— Империя была моим телом четыре столетия. Без неё я не знаю, кто я.

— Начни с имени.

— Элиас.

— Это имя полной формы.

Старик смотрел на молодого себя.

— Тогда у меня нет другого.

— Выбери.

— Я император.

— Это должность.

— Основатель.

— Это прошлое действие.

— Хранитель ритма.

— Функция.

Счётчик показывал минуту.

Корона врастала глубже в обоих. Если старик не отделится, Илья либо станет им, либо погибнет при завершении полномочий.

Елена Павловна подошла к старому Элиасу.