Он вновь недовольно мотнул головой и пошел завтракать.

После завтрака мальчишки сели на приподнятую палубу плота, удобно уперевшись босыми ногами в бревна. По морю гуляли небольшие волны и их то и дело захлестывала прохладная вода, но это Димке нравилось. Плеск волн ласкал слух, глаз отдыхал на россыпях золотых бликов, играющих на глади озера. Курорт, да и только...

Он невольно повернул голову и посмотрел на Вайми. Сразу после завтрака тот забрался в "воронье гнездо" на вершине мачты - то ли всерьёз играя роль лоцмана, то ли просто чтобы побыть одному. Больше тут уединиться было негде, что создавало порой серьёзные трудности - особенно когда в экипаже есть девчонка. Не даром, ох, не даром моряки считали, что женщина на корабле - к несчастью, подумал Димка. Особенно когда на борту нет гальюна...

- Ты заметил, какие они все тут лохматые? - бездумно спросил Юрка, тоже посмотрев на Вайми. Черная грива Астера развевалась на ветру, словно пиратский флаг.

- Ну, даже у него грива всего-то до лопаток, а не до попы, - так же бездумно ответил Димка. - С допопы он бы замучился волосы мыть и чесать.

- А чтобы до попы не отрастали, он их стриг, что ли? - вдруг спросил Борька. - А чем?

- Не стриг, - заметил Игорь. - Длиннее тут они и не растут. У парней, по крайней мере.

- А почему? - немедленно спросил Димка.

Игорь лишь пожал плечами.

- Не знаю. Коты не обрастают же. Или там зайцы.

Димка попытался представить себе обросшего зайца - и невольно улыбнулся...

Юрка нервно пригладил свои отросшие волосы.

- Мне давно стричься пора, - вздохнул он. - А то на девчонку стал похож.

- Плюнь, - посоветовал Игорь. - Ножниц всё равно нет же. И всем пофиг.

Димка пригладил свои лохмы и невольно подумал, как он выглядит со стороны. Таких длинных волос у него точно никогда ещё не было, дома он стригся каждый месяц. Хорошо, наверное, что тут нет зеркал...

- Мне сегодня дом снился, - вдруг сказал Юрка. - Как я в школу опоздал. Дома от такого сна я словно зайчик вскакивал - а вдруг правда?! А теперь грустно очень... - он вздохнул.

- Мне часто Серый снится, - вздохнул Димка. - И не дает спокойно жить. Или бежать-бежать куда-то надо, или патроны ему подносить или защищать родную школу от нашествия каких-то мерзких динозавриков. Которых надо ловить и выбрасывать в окно, а они высоко прыгают и кусают за ух. А иногда мне снится, что это Я Серый и тогда я думаю, какой этот Димка тупой. Никак не может понять... а что понять, я не могу понять, - он ещё раз вздохнул.

- В Вольных Землях есть эликсир, который помогает видеть сны другого человека, - сказал, сев рядом, Вайми и Димка едва не подскочил. Он так и не привык к тому, что люди здесь босые и потому подходят бесшумно - и даже не затем, чтобы напугать его... - На любом расстоянии, кстати. Только в нем должна быть кровь этого человека. И эликсир этот... от него потом такие побочные действия, что и здоровому мало не покажется, а уж больного могут вовсе в гроб загнать.

- Розовые крокодилы, голубые слоны и маленькие зеленые чертенята? - тут же предположил Юрка.

- Нет, - Вайми мотнул головой. - Души можно лишиться. Её как бы... ну, вытягивает. В... междусонье.

- И что будет, если... вытянет? - хмуро спросил Димка.

Вайми удивленно взглянул на него.

- Как что? Помрешь, вот и весь сказ. Если повезет. А если нет - на место твоей души дух какой-нибудь проскочит или даже демон. И превратишься ты в нежить - или во что-то, куда как похуже...

- Да ну нафиг, - буркнул Димка. - Это всё сказки. Души не существует же.

- В Замке Душ бестиарий есть - как раз из тех, в кого что-то вселилось, - возразил Вайми. - Я сам видел.

- Может, они просто чокнулись все, - буркнул Димка.

- Нет. Потому что, знаешь, у чокнутых не отрастают рога, копыта и всякое такое...

- Да ну тебя, - буркнул Димка. - Нет никакой души.

- Есть, - возразил Вайми. - Хотя никто не знает, из чего она. Просто считается, что души создает лично Господь Бог и душа есть натурально у каждой твари, которая вообще-то - тварное создание, то есть это почетное название.

- "Я - тварь Господня, меня сотворил лично Бог!" - тут же съязвил Юрка. - Ну - по крайней мере душу.

- Ты так говоришь, словно это что-то плохое, - удивился Вайми. - Многие гордятся.

- Ты, между прочим, говорил, что сам другие миры видишь, - заметил Димка. - А это круче чужих снов.

- Иногда, - Вайми вздохнул. - Иногда их, чаще нет.

- А что тогда?

- Бездну. Ничто.

- Ничто нельзя видеть, - возразил Димка.

Вайми нахмурился.

- Нужно самому видеть, чтобы понять, - наконец ответил он. - И ты никогда не чувствовал Бездну.

- А ты-то что чувствовал?

- Ощущение, что наш мир на самом деле - это сыр, зияющий дырами в пустоту. И в каждой дыре - новые дыры в ещё более пустую пустоту, а в них - ещё, ещё и ещё! Дна нет, - Вайми задумался, видимо пытаясь передать непередаваемое. - Нельзя пережить такое и остаться прежним.

- Ой, да хватит! - разозлился Димка. - Нечего жуть тут наводить. Иди рыбу ловить лучше...

День проходил неожиданно сонно и лениво. Они, все семеро, в основном сидели на палубе - в трусах, уже совсем не стесняясь Машки, отдыхая и принимая воздушные ванны. Море, к радости и облегчению Димки, оставалось пустынным. Ему всё время казалось, что за ним из Столицы кинутся в погоню - то ли чтобы отомстить за выходку назначенного им Асэта, то ли чтобы призвать назад на царство, а он не хотел ни того, ни другого. Но за весь день они никого не заметили и мальчишке под вечер показалось, что они незаметно попали в какой-то совсем другой мир из его сна...

На закате Димка поднялся в "воронье гнездо" на вершине мачты "Смелого". Солнце уже скрылось за призрачным силуэтом хребта Хат, тех самых зловещих западных гор, в которых ему не довелось побывать. Южнее, далеко в море, темнел силуэт какого-то острова. Длинные облака, как пластины литого золота, повисли над огненным озером дали. На их фоне вновь чернел чеканный силуэт дымного столба.

Вытянувшись струной, Димка всматривался в безмерно далекий пожар - отсюда он не мог даже понять, на берегу моря или за ним. Затем огненное озеро заката померкло, в него словно перелились краски облаков, ставших серо-фиолетовыми призраками. На западе поднялось несколько новых дымных столбов. Их силуэты казались теперь ещё чернее и Димку передернуло - прямо сейчас в покинутой ими Ойкумене творилось что-то страшное...

- Это степные пожары, - сказал Вайми. Димка не заметил, как он поднялся вслед за ним и едва не подскочил от неожиданности. - Пошли назад.

Когда они спустились вниз, на них начали вопросительно посматривать, но Вайми не стал ничего рассказывать и Димка, подумав, тоже: настроение у всех и так было невеселое и незачем было портить его ещё больше. Но Борьке с Юркой он всё же рассказал - просто потому, что они были друзьями...

- Не иначе, Волки степь жгут, чтобы отпугнуть тварей, - тут же хмуро предположил Борька.

- Ага, местный Рим сожгли, теперь за степь принялись, - не менее хмуро возразил Юрка.

- Рим ещё Нерон сжёг, тоже дело серьёзное, не дули воробьям показывать, - буркнул Димка, уже жалея о своём рассказе. Он понимал, что никогда не узнает, что случилось там, в степи - и был искренне рад этому...

После полудня на востоке тоже показались горы, но они плыли ещё два дня, прежде чем берег показался вблизи. Перед ними простерлась волнистая равнина. Сами горы зеленоватыми силуэтами высились далеко впереди. Их голые каменистые склоны таяли в жарком свете стоящего над ними солнца и Димке казалось, что край неба там оборван - смешной и глупый образ, но ему было лень бороться с ним...

Он поднялся в "воронье гнездо" на вершине мачты "Смелого". Отсюда, с десятиметровой высоты, казалось было видно всё море, залитое ослепительным солнцем. Где-то невероятно далеко, на том берегу текучего воздушного океана, виднелись зеленовато-синие силуэты гор, изгибы холмов, спички редких деревьев... мощный поток теплого ветра непрерывно омывал почти обнаженное тело Димки и он смеялся, чувствуя, что летит в мягких качаниях мачты... запрокидывал голову так, что весь обзор его ошалелых глаз занимало бездонное сине-зеленое небо, и хотел, чтобы это длилось вечно...