- Вадим Борисович, почему мне не сказали, что отец в больнице с инсультом? Мы же виделись в столице? – негодовал я, когда уже вечером, после приезда, встретился на конспиративной квартире с Асобистом.

- Извини, Стас, но это ничего бы не изменило, тем более, что я и сам не знал. Мне не сообщают такие вещи, за твоим отцом не следят. А в столице я был уже как десять дней. И прекращай истерику! Я узнавал, Сергей Иванович жить будет, проблемы правда останутся, бодрым мужиком ему уже не быть, - оправдался Коледин, хотя и не должен был, значит, решения сегодня будут серьезные, а Асобист так сглаживает углы.

- Сразу к серьезному, Вадим, Борисович. И я даже предполагаю, о чем пойдет разговор, - я выждал паузу и продолжил. – Кандидатура Колесникова интересна, но он умен и прозорлив, можно и попасться, влезть в игры, которые нам ну никак не нужны. Важно чем он может помочь в нашем деле и взвесить риски.

- Главное, что он, как и генерал-лейтенант Буданов, включен в комиссию, которая рассматривает вопросы в нарушениях с госзакупками и армейскими заказами. Буданов уже в деле и много не потребует, Колесников же на деньги может и не повестись. Тут другое, когда я с ним выпивал, он чуть ли не сам меня убеждал, что миру осталось не больше десяти лет, - сказал подполковник и взял паузу, указывая на то, что теперь высказаться нужно мне.

- Первое – мне не понятно, почему Колесникова переквалифицировали в интенданты. Как по мне, в такие сроки такую операцию организовать многого стоит и это его специфика, можно сказать, призвание. Второе, не может ли быть это провокацией, Вы же интересовались некоторыми аспектами вероятного Апокалипсиса, это могло стать известным и Колесникову, а тут документики из Черногории? Ну и третье, после громких дел, вы, товарищ подполковник, так или иначе, но личность приметная и интересная, не проверить Вас – халатность, - сказал я и выдохнул.

- Итак, по порядку. Мы можем от Колесникова получить многое. Это и поддержка и возможность залегендировать многие приобретения, прежде всего, оружие. А по поводу искренности слов генерала, то так скажу, - я не супермен, но отличить пьяного человека от трезвого могу. Вообще мы вроде, как друзья с ним, он же старше меня только на три года, мы еще в Академии подрались. Представляешь, ему сны сняться о конце света! Я об этом знаю, но не дай Бог медицинская комиссия проведает. Стас, я тебе это говорю только, чтобы ты понял, он Наш, такой же чокнутый, - Колядин улыбнулся.

- И он такое сказал Вам? Это же сколько он выпил? Не верю! - включил я «Станиславского».

- Я же тоже признался. Стас, вообще оставь это мне. Договориться о госзаказе получится, только если Колесников будет делать это не ради денег, а ради идеи. Ты же лучше подумай, чем удивлять будешь армейскую госзакупку, просто продать им тушенку будет мало, - сказал подполковник.

- Вадим Борисович, Марина, я бы хотел... – начал было я говорить о своих «хотелках», как Колядин меня перебил.

- Стас, ты читаем и предсказуем, я был уверен, что это «я бы хотел» обязательно насчет Марины. Признавайся, думал ее посвящать в наши тайны? Я не буду читать лекции про целесообразность, про то, что эмоции не лучший помощник в делах, вся наша ситуация уже и без того тянет на пожизненную психлечебницу. Убеждай свою пассию, как хочешь, но после, обязательно веди ее ко мне на разговор. Есть у меня некоторые материалы, которые написаны очень убедительно, даже без грифов о секретности. Поверить должна, но признание, если можно так сказать, о твоей исключительности, только после того, как хотя бы жениться соберешься и получишь согласие. А то, извини, молодость, она такая: с датой свадьбы можно быстрее определиться, чем с невестой, - Асобист развел руками.

И я, и Асобист были едины во мнении, что необходимо уже сейчас привлекать людей, создавать команду. Причем не только из тех персоналий, что были известны по другой реальности, но и заниматься рекрутингом в других городах, даже в соседней стране. Прикинули некоторые фамилии, из тех, кого в первую очередь следовало бы привлечь к реализации, как глобального проекта, так и множества составляющих направлений. Кого и в темную привлекать, с вуалью таинственности и отыгрывая роль повернутого на безопасности и идеи конца света, богатея. Видока, к примеру, следовало в открытую вербовать в свои ряды, тем более, что в его службе никакого противоречия не предусматривается, будь конец света, или он не состоится. Вот только силовой блок собирались начать формировать только через год. И это будут не только группа Видока и подобные ей, что станут работать при новом учебном центре по исследованию и внедрению перспективных образцов вооружения. Нужны и сторонние люди, может спортсмены страйкболисты, даже реконструкторы. То есть те, кто подсознательно будет более подготовлен к изменениям, как и иметь склад ума и умелые руки как раз для того времени, когда не станет всего этого ныне окружающего благолепия.

После того, как я войду в управление предприятий отца, предполагается, что так же буду создавать раздутый штат службы собственной безопасности из подготовленных бойцов, которых постепенно будет вербовать в нашу «секту» Асобист. Были и другие пути формирования силового крыла, которое предполагалось численностью, как минимум, в тысячу бойцов. Так, уже в начале лета наш фонд, которым уже управляет некий Кирилл, организовал страйк-клуб с оплатой профессиональным командам немалых денег. Пусть ребята бегают, тренируются, после из них будет намного легче формировать силовые подразделения, чем из вчерашних менеджеров.

Для таких масштабных задач нужны финансовые и административные ресурсы. И, если последние частью решает Колядин, то финансовые, как стояли во весь рост, так и стоят, и даже подпрыгивают, выкрикивая «нужно больше!».

Циничные, подлые, недостойные мысли лезут в голову, но невозможно их не принять. То, что случилось с отцом, после чего он не может управлять компанией, мне на руку, как главному наследнику при матери, которая и близко не ориентируется ни в каких делах, кроме домашних. Да, инсульт отца выгоден для дел, но, как сын, я не испытываю радости. За время после хронопутешествия, я прикипел к матери и отцу, смог посмотреть на них другими глазами, без экспрессии разбалованного сына, а как уже много понимающий. Но дело превыше всего.

Не хочется думать о смерти отца, тем более меркантильно, но он действительно плох. Этот инсульт он с трудом, но преодолеет, оказывается у, кажущегося брутальным, мужика уже давно не все в порядке со здоровьем. В той реальности к этому году отец уже умер, но там «доконала» любовь к Марии, сейчас же мама сидит в палате отца, как курица-наседка. Так или иначе, но даже после выписки Сергей Мирный не сможет полноценно управлять огромным предприятием, а вот наследник, на которого и было написано завещание, Станислав Мирный, сможет это сделать. Если понадобиться, смогу оформить и справку о частичной дееспособности отца, тем более, что тот получил группу по инвалидности.

- Вадим Борисович, а выживальщики? – спросил я, и дождавшись не сразу проявленного интереса продолжил. – Есть же целое движение, которое может не такое массовое, как реконструкторское, но мы можем его возглавить и развить у нас, на нашей территории. К примеру, создать базу и обучать, проводить семинары, составлять брошюры и разные рекомендации по выживанию, в том числе и завлекать в движение сотрудников с отцовских предприятий. Да, и реконструкторы — это люди, у которых, как правило, руки из нужного места растут, если только не позеры, но финансирования у них, как правило, нет, и некоторые придут к формату выживальщиков со своей исторической спецификой.

- Направление интересное и обойдется не так, чтобы и дорого. Организовывать один-два раза в год фестиваль, так еще и заработать на этом можно, или не в сильный минус уйти, - сказал Асобист и улыбнулся. – Видишь, мозговой штурм полезное дело, открыли целое направление, где даже не начинали работать.