Никифор хмыкнул, но спорить не стал.

К обеду все пятеро пришли в себя. Я тоже. Женька и Алиса устроили заплыв в нашей душевой кабине — вдвоём, с визгом и брызгами, так что стёкла запотели до непроглядности. Сергей слопал три порции гречки с тушёнкой и попросил добавки. Гришка после душа выглядел так, будто его заново родили — свежий, розовый, с ясными глазами и улыбкой во всё лицо.

Никифор дождался, пока я выйду на крыльцо, якобы покурить (я не курю, но люблю постоять на воздухе, глядя на дым чужой сигареты), и подошёл вплотную.

— У меня резерв подскочил на двадцать два процента, — сказал он без предисловий. — Не на двадцать, как ты говорил. Больше.

— Повезло, — пожал я плечами. — Твой организм лучше зелье всех усвоил.

— А у тебя?

Я помолчал. Проверил внутренние ощущения — непривычно, будто заново учишься считать после долгого забытья.

— Одиннадцать, — признался я. — Моя природа сопротивляется чужим усилениям. Или эликсир работает хуже на пятом ранге. Не знаю. Но одиннадцать — это всё равно прогресс.

Никифор посмотрел на меня долгим взглядом.

— И ты отдал нам по флакону, зная, что сам возьмёшь меньше всех?

— Я отдал вам потому, что вы — костяк отряда, — ответил я спокойно. — Если вы упадёте и отстанете, я один в поле не воин. Если я упаду, вы вытащите меня и отряд. Так что не драматизируй. У нас всё правильно идёт. Честно.

Он хотел ещё что-то сказать, но в этот момент из гостиницы вылетела Женька — мокрая, в одной майке, растрёпанная, и с разбегу повисла у меня на шее.

— Командир, ты чудо! Я чувствую себя так, будто мне лет пять скинули! — завопила она в ухо.

Смешно. Так-то она ещё та соплюха, чтобы про возраст переживать.

Следом вышла Алиса — более сдержанная, но тоже с мокрыми волосами и улыбкой, которую я у неё видел, кажется, впервые за всё время.

— Только не сломайте мне шею, — попросил я, осторожно отцепляя Женькины руки. — Сейчас все идём на завтрак. Сегодня все отдыхаем. Завтра — первые тесты на полигоне. Я уже для вас всех подготовил программу проверки. Дрючить буду, как свирепый сержант новобранцев, — пригрозил я.

Они помчались в столовую — громкие, счастливые, но какие-то чужие среди своих. Я на минуту остался на крыльце один. Но вскоре Катька выскользнула из дверей и молча встала рядом.

— Переживал за них? — спросила она, не уточняя, за кого именно

— Не то слово, — ответил я честно, — За всех переживал.

Она взяла меня за руку — просто так, без слов. Мы постояли несколько минут молча, глядя, как над Пирамидой поднимается Солнце.

А из столовой доносился гул голосов, звон посуды и чей-то раскатистый смех — кажется, Сергея.

Как же хорошо — жить!

Японцы смогли в очередной раз удивить. Такое впечатление, что они прямо реально готовы сотрудничать. Они прислали мне три образца шикарных светодиодных фонарей разного типоразмера и задали вопрос — смогу ли я их подготовить для работы в Пробоях, а то и вовсе улучшить, снабдив более ёмкими источниками питания.

Всё к тому, что они где-то добыли изрядное количество видосиков, в которых засветились наши багги, и проанализировав их, пришли к выводу, что гоняют они у меня вовсе не на всем привычных аккумуляторах, а куда более ёмких.

Понятное дело, что сам я, в одну каску, такое решить не мог. Попросту — не имею права.

Так-то моя технология и изобретение — это явно продукция двойного назначения. Хотя, вопрос висит в воздухе, а раз они знают, что такое возможно, то рано или поздно, но японцы сами найдут то решение, которое позволит им перерабатывать магическую Силу в электричество напрямую.

И с этим ничего не поделаешь. Так уж у изобретателей мозги устроены. Стоит им узнать, что у кого-то получилось создать бездымный порох, атомную бомбу или запустить в космос корабль, как они начнут долбить эту тему до тех пор, пока не добьются результата.

И разведка дремать не станет. А у меня магоаккумуляторы уже в серийное производство пошли. К примеру, на те же армейские БТРы, которые я завтра собираюсь передать армейцам.

Зная нашу армию, не сложно предположить, что там наверняка найдётся Иуда, который за хорошее вознаграждение согласиться сбежать в сопредельную страну с накопителем в рюкзаке. Не факт, что потом долго проживёт, но технология уже уйдёт за недорого.

И что делать? Правильно — договариваться. Сначала со Всеволодом и его ведомством. Потом, если они добро дадут, то с японцами про лицензию. И, пожалуй, сразу же не только с японцами. А со всеми желающими.

Так-то идея не нова. Существуют сотни, а то и тысячи моделей, которые позволяют переработать Магию в электричество. Но там работают старые схемы, где магия или воздух или воду гонит, в итоге вращая лопасти электрогенераторов. У меня же преобразованием занимаются рунные цепи.

КПД в разы выше, а магоаккумуляторы на порядки легче и компактней.

Запретить копирование, нет, не смогу. А раз запретить нельзя, то нужно это дело возглавить. Хотя бы на три, а лучше на пять лет согласовать параметры и размеры магоаккумуляторов, которые будут производиться по лицензии. Вот с этой идеей я и поехал в ФСБ.

Скажу честно, мои доводы и предложения были восприняты холодно и с подозрением. Но в их рассмотрении мне не отказали, и на том спасибо.

Так что японскому партнёру я ответил довольно обтекаемо. Мол, пока мы изучаем их модели фонарей и свои производственные возможности.

Не сомневаюсь, что мой ответ он поймёт, как и то, что я понял его вопрос. И я вовсе не про фонарики, а про намёк на их модернизацию.

— Александр, — нравоучительно начал куратор, — Я надеюсь, вы понимаете, что может произойти в случае войны с Японией?

— Конечно. У меня уже тридцать восемь магов, — кивнул я с самым серьёзным видом.

— При чём тут маги? — уставился он на меня, словно я сказал несусветную глупость.

— А давайте к окну подойдём, — подозвал я его к окну, выходящему во внутренний двор местного управления ФСБ.

— И что мы там увидим?

— Допустим немножко магов, которые за секунды превратят это здание в пылающий костёр, — я щёлкнул пальцами, и во дворе появилось пятеро наших магов, которые помахали руками и скрылись, — Или четырёх тонный погрузчик, вот только на поддонах у него будут не кирпичи, а четыре тонны взрывчатки с поражающими элементами, — прокомментировал я появление погрузчика на радиоуправлении от Хуго.

Он крутанулся во дворе и тоже вернулся в портал.

— Это же ты сделал?

— Если вы про портал, то уже нет. Не я.

— И много у тебя… таких?

— Пока не очень, но дети растут быстро.

— Я правильно понял, что погрузчик может быть и побольше, чем на четыре тонны? — помолчав, спросил Всеволод.

— Правильно. Просто у нас только этот был свободен, — кивнул я в ответ, — Но дешевле использовать грузовые платформы — камикадзе. Этак, тонн на десять.

— А если к этому добавить твои артефакты на невидимость… — призадумался куратор.

— Во-во, и я про то же, — поддержал я его мысли, которые наконец-то пошли в нужном направлении.

— И как часто твой отряд готов исполнить такие фокусы?

— Если вы про погрузчик и расстояние до ста километров, то раз десять — двенадцать в сутки, а если про группу магов, то раз в шесть больше. Но это пока. Мы только начали необходимые тренировки. Дайте нам два — три месяца спокойной жизни, и вы удивитесь ещё раз. Мы увеличим и расстояние, и частоту забросов.

На самом я слегка жульничаю, но в пределах допустимого.

Ясен пень, что за такое короткое время обучить своих бойцов магии Пространства я бы не смог. На её первоначальное освоение годы потребуются, настолько там всё сложно. Но есть же «костыли»! Да, я говорю про артефакты.

Вот их-то мы с Хуго и сварганили. Пока немного, чисто экспериментальную партию в пять штук.

Работая с артефактом телепортации маг выступает всего лишь в роли оператора. Он может собственноручно ввести координаты, или выбрать функцию «Маяк №…».