- Возьми меня за руку. И всё.
Антон с сомнением посмотрел на неё. Рука как рука - узкая, сильная, очень правильная ладонь, но такая светлокожая, что, казалось, светилась в полумраке собственным, призрачным, обманным, ничего не освещающим светом. И ногти на ней коротко, совсем не по-местному подрезаны...
- А в обмен что? - вдруг спросил он. Такой вот аукцион невиданной щедрости показался ему... подозрительным.
- А ничего, - парень усмехнулся. - Я тебе помочь просто хочу. Ты же ни за что тут пропадаешь. А я, знаешь, тоже не каменный, чтобы на такое вот смотреть.
Антон уже протянул ему руку... и лишь в последний миг опомнился.
- А остальные как? Серый с Андрюхой?
Парень вздохнул.
- А никак. Я помочь могу лишь одному человеку за раз. И то, лишь если он сам так решил.
- То есть, мне их тут бросить? - обиженно спросил Антон.
Парень улыбнулся... как-то странно.
- Ну вот, ты сам это мне сказал...
- Да иди ты... - обиделся Антон.
Парень вздохнул и сел на корточки, глядя на него снизу вверх. Даже как-то печально.
- Добрый ты, знаешь... Ты-то их друзьями считаешь - а они тебя? Андрей, например, завидовал тебе за то, что ты в новой квартире живешь, а он в развалюхе. И желал тебе пожара, а то и чего куда как похуже... Серый тебя вообще за клоуна держит. А ты к ним со всей душой...
- Да иди ты... - разговор перестал мальчишке нравится. Но странный гость только лишь хмыкнул.
- Я-то пойду - а ты, дорогой, здесь останешься. В этом лесу. В этом мире. Навечно. И ничего хорошего тебя тут не ждет. Дней так через несколько попадешь ты в рабство к Хорунам. Свободной воли лишишься. И будешь ишачить на них весь остаток вечности. Голый, вечно грязный, в синяках... Жрать будешь одну тухлую кашу. И каждый урод там будет об тебя ноги вытирать. И не в переносном даже смысле.
Антон вздрогнул. Именно об этом он и думал бесконечными здешними ночами. И такое вот будущее казалось ему очень даже вероятным...
- И ребята тоже? - беспомощно спросил он.
Парень вздохнул.
- Да. Маахисы у вас Ключ скоро отберут, да и бросят, нужны вы тут им... А Хоруны вот подберут.
Антон поёжился. Правду говоря, думал он и об этом... Но бросить друзей - такое у него просто в голове не укладывалось. Никак. Совсем.
- Пусть... подбирают, - пробормотал он. - Всё лучше, чем потом всю вечность предательской гнидой себя чувствовать.
Парень упруго поднялся, глядя на него с явной жалостью.
- Дурак ты, - с сожалением сказал он. - Я, знаешь, второй раз не предлагаю. Потом кровавыми слезами будешь плакать, локти себе начнешь кусать - да только будет поздно...
- Да иди ты... - в третий уже раз повторил Антон.
Парень нахмурился. Этот ответ точно пришелся ему не по нраву.
- Я к тебе со всей душой, - а ты, значит, меня посылаешь? - процедил он. - Ну, не обессудь тогда. Вспомнишь ещё, когда Хоруны тебя в говно башкой начнут макать, вместе с дружками твоими...
- Ах ты гад!.. - Антон нагнулся, чтобы подобрать копьё.
Когда он выпрямился, перед ним никого не было.
* * *
- Цыть! - Файму подняла руку ладонью вперед, давая приказ остановиться и Антон тут же замер, нагнувшись, упершись руками в колени. Впереди кто-то есть, понял он. Вряд ли Хоруны - они вроде как ещё тащились где-то сзади - но тут, в этом диком лесу, быть никого не должно...
Тот вечерний разговор не пойми с кем не шел у мальчишки из головы. Во сне он вновь и вновь протягивал странному гостю руку - и за миг до пожатия просыпался в ужасе. Интересно, что будет, если не проснусь... - подумал он и тут же недовольно помотал головой. Бесконечное бегство через лес довело его до изнеможения - но лучше уж так, чем на самом деле угодить в рабство к уродам... Хорошо ещё, что Файму всё же прокладывала путь - в конце концов, они выбрались из западного в северный лес и здесь стало полегче... относительно. Стало посветлее, сырой душный воздух не давил так на грудь. Но и этого Антон уже почти не заметил. Почти все его силы уходили на то, чтобы заставить себя передвигать ноги и на что-то другое их уже не оставалось. Маахисам этот поход тоже дался нелегко - они исхудали, под гладкой кожей проступили жилы и мускулы. Но свирепое упрямство Файму всё же принесло плоды - даже пресловутые змееволки их не догнали, к громадному облегчению мальчишки. Самих Хорунов тоже пока видно не было - хотя он и знал, что они, отнюдь не с меньшим упрямством, тянутся где-то позади...
Бродяги, вопреки прозвищу, привыкшие всё же к относительно оседлой жизни, ещё в начале пути начали ныть - но Маахисы отнюдь излишним гуманизмом не страдали, пресекая жалобы затрещинами. С любым другим здешним племенем такой трюк не прошел бы, но вояками Бродяги были никакими. Даже Юока. В бою даже против самой последней девчонки Маахисов он, несмотря на все свои в целом неплохие качества, продержался бы примерно полсекунды, так что всё это сходило им с рук. Потихоньку Бродяги втянулись и перестали скулить, но всё равно именно они тормозили весь отряд. Антону, совершенно не к месту вспоминался тот дурацкий сон, где он защищал почти таких же ребят от каких-то жутких слепых тварей - и это совсем ему не нравилось, он уже понимал, что в этом мире и сон может обернуться явью...
Файму между тем махнула рукой вправо. Отряд беззвучно скатился со звериной тропы в заросли. Навстречу кто-то идет, понял Антон. И явно не один - иначе Файму не стала бы прятаться, а сама допросила бы путника. Наверняка, какое-то племя... вот весело-то будет, если Хоруны нас обогнали...
От усталости он задремал и очнулся лишь услышав шум шагов. По тропе шел целый отряд, шел, ничуть не скрываясь. Мальчишка осторожно выглянул из зарослей...
И замер. По тропе, уверенно и деловито, шел отряд парней, совсем не похожих на Хорунов - кожаные куртки, кожаные штаны, сапоги... В руках парни держали короткие тяжелые копья и длинные луки, из колчанов за спиной торчали оперения стрел. Антон без особого труда узнал приснопамятных Нурнов. Шагавший впереди высокий парень в сапогах со смешными цветными кисточками и широким, нагловатым лицом был, конечно, Йэррой, их вождем. А рядом с ним... рядом с ним...
Антон выскочил из зарослей раньше, чем успел осознать это.
- Эдик!
* * *
Мальчишки замерли, ошалело глядя друг на друга. Но тут же из зарослей полезли Маахисы и Нурны отпрянули, ощетинившись копьями. Антон как-то вдруг осознал, что стоит между двумя готовыми к бою отрядами - но это почти его не трогало. Одежда мальчишки за время этого жуткого побега пришла в полную негодность, так что сейчас на нем были лишь кеды и юбочка из нанизанных на гибкий стебель листьев. Наряд, конечно, очень легкий, не обременяющий - но свои функции он выполнял с очевидным трудом и Антон боялся, что сейчас он просто свалится. Его друзья, впрочем, выглядели ничуть не лучше - а на груди у Серого вдобавок ещё и болтались светящиеся бусы! Неудивительно, что глаза у Эдика натурально полезли на лоб...
- Макс с Сашкой где? - между тем спросил Сергей.
Эдик мотнул головой и наконец опомнился. Сейчас он тоже был голый по пояс и уже ничуть не походил на хомяка. Ему все эти бесконечные походы пошли лишь на пользу - жир сошел еще не весь, но под ним уже проступали твердые мускулы. И становилось видно, что Эдик вообще-то не "жиртрест", а очень крепкий парень, обижать которого не следует...
- Макс с Воронами вас пошел спасать, - Эдик откровенно пялился на Файму. Она, конечно, тоже похудела - но это придало ей ещё более... стройный вид. - А Сашка в Столицу двинул, Волков на войну с Хорунами поднимать.
- Поздно уже поднимать, они за нами тащатся, - буркнул Сергей.
- С рабами? - лицо у Йэрры стало странно напряженное.
- Вроде нет.
- Тогда потолкуем, - на лице Йэрры расцвела не очень приятная усмешка. - У них перед нами должок... А это ещё кто? - он показал на некстати полезших из зарослей Бродяг. Должно быть одним им там стало страшно...
